Поток алмазов
Шрифт:
— Посетить арестанта?
Он передал начальнику официальную бумагу.
— Я говорил с дамой, она ничего не имеет против, если я навещу мистера Сноу первым, — заметил он.
Начальнику не понравилось слово «мистер».
— Я многое могу понять, — сказал он раздраженно, — но я никак не пойму, что вас заставляет величать арестанта «мистером» — вас, инспектор, с вашей опытностью…
— Привычка, мистер, привычка, — мельком заметил Фельс, — нечаянно вырвалось…
Начальник прочел второй приказ, гласивший то же,
— Лучше вы посетите его первым, — сказал он и выразительно посмотрел на главного смотрителя. — Этот человек нарушил правила и теперь несет небольшое, совсем легкое наказание…
— Гм… да… — медлил сыщик. — Простите, это не та ли тюрьма, в которой скончался арестант по имени Галлерс?
— Да, — ответил начальник холодно, — у него был сердечный припадок.
— Он тоже был наказан, — заметил Фельс.
— Это только безответственные люди так говорят, — возразил начальник тюрьмы.
— Говорят, что он был наказан таким же образом, как теперь Сноу, что у него был приступ, но он не имел возможности позвонить… из-за условий «легкого» наказания.
— Не будем терять время, — сказал капитан Карден.
— Само собой разумеется, — ответил сыщик.
Начальник шел впереди. Они поднялись по железной лестнице и дошли по коридору до камеры, в которой находился Сноу. Начальник открыл дверь и они вошли. Сноу сидел на стуле и не трогался с места. Лишь увидев Фельса, он медленно встал.
— Итак, мистер Фельс, если вы имеете что-то сказать этому человеку, то говорите, — заметил начальник.
— Я надеюсь, — Фельс говорил вежливо, но тем не менее достаточно твердо. — Я надеюсь, что могу говорить с ним с глазу на глаз.
Начальник нехотя согласился:
— Если вы на этом настаиваете, конечно, — он направился к выходу.
— Простите, — остановил его Фельс. — Было бы желательно, чтобы вы приказали снять с него наручники.
— Делайте то, что вам велит долг службы и разрешите мне пользоваться своим правом, — возразил, задетый за живое, начальник. — Закон предоставляет мне право наказания!
— Хорошо, сэр, — ответил Фельс. Он обождал, пока захлопнулась за начальником дверь, и обернулся к Сноу.
— Мистер Сноу, — сказал он, — я послан сюда министерством внутренних дел со странным поручением… я понимаю, что вам надоела тюремная жизнь…
— Милый Фельс, — устало признался Сноу, — никогда еще жизнь в тюрьме не казалась мне такой скучной, как на этот раз.
Фельс улыбнулся. Он достал из кармана лист мелко исписанной бумаги.
— Я разгадал тайну вашего осуждения. — Он помахал бумагой перед глазами арестанта. — Список ваших преступлений, мой милый Сноу!
Арестант промолчал.
— Ни разу, сколько я мог проследить, вы не стояли перед судьей или присяжными. — Он взглянул на Сноу, но тот был непроницаем.
— Несмотря на это, — продолжал сыщик, — вы, по моим сведениям, сидели в семнадцати тюрьмах по
Сноу пожал плечами.
— В 19… году вас доставили в гленфордскую тюрьму по приказу, подписанному в Дэвице. Но я не могу найти никаких бумаг относительно вашего осуждения каким-либо судом в Дэвице…
Сноу упорно молчал. Инспектор медленно и задумчиво продолжал:
— Перед вашим заключением в «Гленфорд» носились разные слухи о беспорядках в этой тюрьме. Арестованные устроили мятеж, а начальника и смотрителей обвиняли в жестокости по отношению к арестантам…
— Да, припоминаю что-то в этом роде, — сказал Сноу безразлично.
— Десятого мая вас доставили в тюрьму. Первого августа, на основании приказа министерства, вы были выпущены на свободу. Третьего августа начальник тюрьмы, его заместитель и главный инспектор были отстранены от должности и уволены со службы…
Он взглянул на Сноу.
— Ну и что? — спросил тот.
— Несмотря на то, что вы в августе были выпущены на свободу, вас уже пятого сентября доставили под полицейской охраной в исправительное заведение Престона. В Престоне что-то было не в порядке, мне кажется…
— Да, мне тоже кажется, — ответил Сноу.
— На этот раз, — продолжал сыщик, — вы просидели шесть месяцев и когда вы были выпущены на свободу, трое надзирателей были уволены, так как передавали подследственным письма… М-да, нельзя сказать, чтобы вы были счастливой звездой для этих заведений, мистер Сноу, — продолжал он иронически, — наоборот, вы везде оставляли следы таинственного несчастья и никто, кажется, не мог найти толкового объяснения вашему пребыванию там…
По лицу Сноу скользнула улыбка.
— Неужели главный инспектор лично потрудился прибыть сюда из Лондона ради того, чтобы сообщить мне эти удивительные и в высшей степени загадочные выводы?
Сыщик встал.
— Не то чтобы ради этого, мистер Сноу… Что я могу вам сообщить нового? Вы ведь и сами знаете, что были… откомандированы сюда… Единственно чего вы не знаете, это о новом приказе…
— Новом? — Сноу поднял брови.
— Да, новом, — повторил сыщик. — Министерство внутренних дел откомандировало вас на колониальную станцию, и я здесь, чтобы привести в исполнение этот приказ.
Сноу звякнул наручниками.
— Я бы не хотел сейчас покидать Англию, — сказал он.
— Но вы это сделаете, мистер Сноу. Где-то течет поток алмазов и корабль с некоторым количеством мошенников, поставивших себе целью отыскать его, уже достиг суши…
— Так они действительно отправились…
Он был разочарован и не старался этого скрыть.
— Я надеялся еще побыть на свободе, чтобы этому воспрепятствовать… Но какое это имеет отношение к колониальной станции?
— Разве не имеет?