Потрясающий мужчина
Шрифт:
Ничего не найдя, Ева натянула джинсы на голое тело.
– Возникает вопрос: знал он о наблюдении или просто почуял неладное? Так или иначе, он узнал о том, что я веду это дело, едва ли не раньше меня.
Поиски носок оказались успешнее: она быстро нашла подходящую пару.
– Я получила картинку с места убийства Джорджи Касл меньше чем через час после ее смерти. – Ева села на край кровати и надела носки. – А в квартире Джорджи он оставил пистолет, ставящий под подозрение тебя. Таким образом он убивал двух зайцев: обвинение в убийстве доставило бы тебе массу неприятностей,
– А убийца, тоже к счастью, не знал, что я нахожусь далеко от Нью-Йорка…
– Да, в этот раз нам повезло. Но его это не остановит. – Обувшись, она встала и надела ремень с кобурой. – Он все равно будет пытаться до меня добраться. А ты в этом смысле – лучшая приманка.
На глазах у Рорка она машинально проверила боеготовность револьвера, прежде чем поместить его в кобуру.
– Зачем ты ему понадобилась?
– Он вообще невысокого мнения о женщинах. А уж женщина, ведущая это расследование, для него все равно что шило в заднице. Он воспринимает это как личное оскорбление. – Она пожала плечами и пригладила руками волосы. – Во всяком случае, так считает психиатр.
Она осторожно сняла со своей ноги начавшего восхождение кота и кинула его на кровать, где он, обиженно отвернувшись, приступил к утреннему туалету.
– Тот же психиатр, наверное, считает, что теперь он попытается вывести тебя из игры напрямую?
– Нет. Я не укладываюсь в его схему.
Борясь с тревогой, Рорк засунул руки в карманы.
– А что, если он изменит собственной схеме?
– Я сумею за себя постоять.
– Стоит ли рисковать жизнью из-за трех проституток?
– Стоит! – Ева разозлилась. – Кто бы ни были эти женщины, они взывают к возмездию.
А главное – я должна предотвратить новые смерти. Убийца проделал ровно половину пути. Под каждым трупом он оставил по записке, потому что с самого начала он хотел, чтобы мы знали о его плане. Он бросает нам вызов: попробуйте остановите меня! Первая из шести, вторая из шести, третья из шести… Я сделаю все возможное, чтобы не было четвертой.
– Потрясающее хладнокровие! Впрочем, именно это привлекло меня в тебе в первую очередь. Но теперь это меня пугает.
Впервые Ева подошла к нему сама, сама коснулась его щеки. Но в следующую же секунду уронила руку и в смущении сделала шаг назад.
– Я уже десять лет служу в полиции, Рорк, и пока отделывалась синяками и царапинами. Так что не волнуйся.
– Тебе придется привыкнуть, что теперь есть кому за тебя волноваться.
Ева нахмурилась, подумав, что привыкнуть к этому будет довольно трудно.
– Я рассказала тебе обо всем этом только для того, чтобы ты понял, с чем мне пришлось столкнуться. Сам видишь, я не могу разорваться на части. Сейчас мне не до анализа наших отношений.
– Но после этого будут другие дела.
– Очень надеюсь, что такие, как это, станут редкостью. Он убивает не из корысти, не из страсти, не от отчаяния или бешенства. Это холодный расчет. Настоящее…
– Зло?
– Да. – Она боялась показаться
– Семь смертных грехов.
Ева вспомнила старушку с отравленным пирогом.
– Пожалуй. В общем, мне пора.
– Ты приедешь ко мне сегодня вечером, после смены?
– Я не знаю, когда освобожусь. Вдруг…
– Ты приедешь?
– Да.
Рорк улыбнулся, и Ева поняла, что он ждет от нее шага навстречу. Она была уверена, что он знает, как ей трудно к нему подойти и поцеловать в губы. И все-таки она сделала этот шаг. Поцелуй длился долю секунды.
– Пока.
– Захватила бы перчатки!
Она открыла дверь и, прежде чем уйти, улыбнулась через плечо.
– Все равно я их постоянно теряю.
Настроение Евы сразу испортилось, когда она застала у себя в кабинете поджидающих ее Дебласса и его помощника.
Дебласс демонстративно посмотрел на свои золотые часы.
– Вы не торопитесь на службу, лейтенант Даллас. Можно подумать, что это банк, а не полицейский участок.
Она отлично знала, что стрелка всего несколько минут назад миновала восьмичасовую отметку, но все равно поспешила сбросить куртку.
– Да, мы тут совсем избаловались. Чем могу быть вам полезна, сенатор?
– Мне стало известно о новом убийстве.
Меня не устраивает медлительность вашего расследования. Однако цель моего приезда не в том, чтобы торопить вас. Я не желаю, чтобы имя моей внучки называлось в связи с двумя другими погибшими.
– Обратитесь к Симпсону или его пресс-секретарю.
– Бросьте ухмыляться, юная мисс! – Дебласс подался вперед. – Моя внучка мертва, и этого не изменить. Но я не хочу, чтобы имя Деблассов было дополнительно замарано смертью двух заурядных потаскух.
– А вы невысокого мнения о женщинах, сенатор!
На самом деле Ева вовсе не ухмылялась: ей было не до смеха. Наблюдая за ним, она напряженно размышляла.
– Напротив, я отношусь к женщинам с глубоким уважением. Именно поэтому те из них, кто продает себя, плюет на мораль и общественную нравственность, так меня возмущают.
– Включая вашу внучку?
Он вскочил, вытаращив глаза, с побагровевшей физиономией. Ева была уверена, что он ударил бы ее, не вмешайся Рокмен.
– Лейтенант намеренно провоцирует вас, сенатор. Не идите у нее на поводу.
– Я не позволю вам замарать наше доброе имя! – Дебласс тяжело дышал, и Ева испугалась, как бы с ним не случился сердечный припадок. – Моя внучка дорого заплатила за свои грехи, и я не отдам на поругание остальных своих близких. Я не потерплю ваших подлых измышлений!
– Я просто опираюсь на факты. – Ева решила, что должна во что бы то ни стало сохранять спокойствие. – Я стараюсь найти убийцу Шерон, сенатор. Насколько я понимаю, вы тоже считаете это важным.
– Найдя его, вы ее не воскресите. – Он снова сел, чтобы прийти в себя после недолгой вспышки гнева. – Сейчас важнее уберечь остальных членов семьи. Для этого следует отделить Шерон от других.