Превращение

Усачева Елена Александровна

— Я серьезно!

— Все вампиры живут по-разному. — Макс подбросил полено в огонь и устроился в кресле, оставив меня на своих коленях. — Кто-то, как Лео, гуляет по музеям. Кто-то тихо живет в своей деревне, наслаждаясь сельской тишиной. Кого-то тянет на бойцовские подвиги. Мир неспокоен. Всегда есть с кем и против кого воевать. Таких, как Олаф с Аскольдом, много. Собирается небольшая группа, начинает жить по своим правилам. Чаще всего вампиры выступают против Смотрителей. У них вечное противостояние. Какое-то время обе стороны держатся нейтрально, потом начинается

вот такое коловращение. Я думаю, появление Аскольда с Олафом — начало нового передела мира.

— А наша смерть станет его концом, — мрачно произнесла я. А ведь Аскольд сильно меня напугал. Если бы не Маринка, о конце света сейчас Максу не с кем было бы рассуждать.

— Как в любой сказке!

— Ну, Макс… — протянула я недовольно.

— Я буду осторожен и больше ни одного вампира ближе чем на километр к тебе не подпущу.

Если бы все благие намерения сбывались.

— Страшна не та ошибка, что ты совершаешь осознанно. Чаще всего мы думаем, что поступаем правильно, — сказала и тут же подумала про несчастного Ромео. Он-то был убежден, что, убивая себя, поступает правильно.

Снегоход чихнул и замолчал. Я так и представила, как Дракон обегает дом, вваливается в коридор, топает на проседающих досках…

Что-то не успела заметить — упал только один нож? Или нам ждать еще каких-нибудь гостей мужского пола?

Я уютней устроилась, поерзала, заставляя Макса крепче меня обнять. Он тихо поцеловал меня в затылок, в шею. Я ткнулать в его плечо. Как же хорошо! Почему так бывает редко?

Глава VI

ИМАГО

— Они сюда приходили, да?

Сторожев был засыпан снегом с головы до ног, словно не машина его везла, а он всю дорогу тащил технику на себе.

— Как кино? — выглянула я из-за плеча Макса.

— Какое кино! Эта ненормальная сорвалась посередине сеанса!

Дракон прошел через кухню, застыл на пороге комнаты. Света не было, но и без него погром был виден хорошо. Из разбитого окна тянуло холодом.

— Ушли уже?

Перчатки полетели в угол. Дракон пнул ногой подвернувшийся спичечный коробок и сел

прямо на пол.

— Я же просил меня предупредить!

— Они пришли не по билетам.

Ярость Дракона, похожего в своей обиде на мокрого гусенка, веселила.

— А чего, подождать не могли?

Я выбралась из таких уютных объятий и с удивлением взглянула на Сторожева.

— Как ты себе это представляешь? Подождите немного, с вами тут хотят поговорить о

превращении?

— Да хоть так! — Дракон толкнул стул, тот уперся в стол, наклонился и повалился на обидчика.

— Пойду, свет сделаю, — прошептал Макс, и я оказалась в кресле в одиночестве, а его шаги уже были слышны в коридоре.

— Не, ну что за дела?

Все внутри Сторожева клокотало, и он не знал, на что направить свое раздражение. Крушить и переворачивать здесь было уже нечего, стучаться головой об углы стола — жестко, бить кулаками об пол — себе же хуже.

— Как будто бы так сложно! Я что, хуже мелкой? Почему ей все просто так выдали, а мне условия ставят?

Мельник еще этот… Я ведь первый разгадал, что он колдун. Если бы не я, наша тусня так и сидела бы тупо на кладбище. А помирать стал, не ко мне отправился, тебя выбрал. Скажешь, так честно? Я его больше года пас, а как до дела дошло, он из рук ушел!

— Жизнь вообще штука нечестная. — Утверждение было риторическое, но на Дракона могло подействовать. Дима в принципе был не из везунчиков.

— Вампиров полный город. Рядом ходили, никто, кроме меня, не заметил! Хоть бы кто премию, что ли, выписал… Я сам к вампирам пришел, уже вроде и договорился — опять мимо! Обманули, пустышку подсунули. Да я сразу понял, что ничего из убийства Макса не выйдет. Что надо по-другому подставляться. А Мельник все твердил: «Ты не подходишь, ты не подходишь…» А чего не подхожу-то? У меня глаза не того цвета, чтобы из меня кровь пить?

— Хочешь, чтобы из тебя выпили кровь? — Мне снова было неуютно рядом с Драконом.

— Хочу стать вампиром.

— Тебя сюда пригласили не для того!

— Чтобы мне кто-нибудь дал об этом забыть!

Фыркнул, начиная работать, дизель. Лампочка под потолком ожила, стала нерешительно накаляться.

Я перегнулась через спинку кресла, чтобы лучше видеть Сторожева. Тот был расстроен так, что казалось, будто его круглое лицо сейчас растает. Да, не повезло парню. Во всех историях он бежит рядом с тепловозом, не в силах даже на подножку запрыгнуть. Если бы поезд жизни все время проносился мимо меня, я бы, наверное, тоже расстраивалась. Но все дело было в том, что свой поезд я формирую сама, придумываю вагончики, населяю их пассажирами, подбрасываю уголь в топку. И не пытаюсь вклиниться на чужие пути. Дракон же хочет к кому-то пристроиться, и у него не выходит. Хотел быть повелителем тьмы, властителем дум — не получилось. Вампиры им не интересуются. Колдун тоже не посчитал его достойным преемником. Прямо какая-то невезуха в зените.

Мне стало жалко парня.

— Мы скоро уедем, — Дима заслужил предупреждение. Пускай готовится возвращаться домой.

— Куда вы без меня!

— У нас свадебное путешествие. Ты будешь

лишним.

— А Маринка?

— Не думаю, что ты за ней угонишься.

От печки пошло долгожданное тепло, и меня после пережитого волнения потянуло в сон.

— Это мы посмотрим, — дернул подбородком Дракон.

Его самоуверенность вызвала усмешку. Поразительный человек! Что бы ни происходило, во всем видит свою выгоду. Настоящий псих с маниакальными наклонностями.

— И кино какое-то было — фигня полная. Про вампиров! Там один ходил, обмазанный кремом от загара. Типа от солнца прятался.

— Как называется? — Я сползла в кресле, вспоминая то чудное состояние, что пережила сегодня, наблюдая за охотой Макса. Правда, потом мне довелось принять участие в другой охоте. На фильм о вампирах я не скоро пойду.

— Не помню, — мотнул головой Дима.

— Когда начнем обучение? — Я не могла его не поддеть.

— Время еще не настало. — Дракон сдулся. Больше ругаться его не тянуло.