Прилив
Шрифт:
— Не совсем.
Буссе Тюрен встал с места. С тех пор как Метте позвонила ему накануне вечером, он успел проделать кропотливую работу.
— Дан Нильссон заказал билет на утренний поезд из Стрёмстада на четыре тридцать пять на утро прошлого понедельника, потом сел на поезд, отправлявшийся из Ётеборга, и в десять пятьдесят прибыл на Центральный вокзал Стокгольма. Я проверил бронирование в «Шведских железных дорогах». На вокзале он арендовал автомобиль около четверти двенадцатого и в двенадцать зарегистрировался в отеле
— Замечательно, Буссе, — кивнула Метте. — А какие-нибудь новости о его мобильном у нас есть?
— Нет. Но мы получили заключение врача. Кровь со скалы у места убийства принадлежит Нильсу Венту. Там нашли еще и фрагмент кожи. Кровь на земле, у колес машины, — тоже его.
— Значит, рану на затылке можно связать со скалой?
— Похоже на то.
— Но умер он от нее? Или все-таки утонул?
Лиза посмотрела в заключение.
— Он был жив, когда машина упала в воду. Скорее всего, без сознания. Он утонул.
— Хорошо.
Метте встала.
— Отличная работа, коллеги… Теперь нам нужно сконцентрироваться на его перемещениях с момента регистрации в гостинице до обнаружения его трупа. Наверняка его видели не только в отеле в день заезда. Вероятно, он питался в каком-то ресторане, может быть, использовал ту же банковскую карту, что при аренде автомобиля, звонил из отеля…
— Нет, этого он не делал, я проверила, — сказала Лиза.
— Хорошо.
Метте пошла к двери. Оставшиеся в комнате продолжили работать.
За несколько домов отсюда, в том же квартале, в похожей комнате сидели Руне Форс и Янне Клинга. УБ превратилась в группу по расследованию убийства из-за случая Веры Ларссон. В группу добавили несколько человек, и Форс получил в свое распоряжение дополнительные ресурсы.
Он отправил в город информаторов и поговорил с бездомными, которых избили до убийства Веры Ларссон. Один из них по-прежнему оставался в больнице, крупный житель Норрланда, но он ничего не помнил. Сотрудники группы мало что еще могли сделать в нынешнем положении.
Так считал Форс. Он сидел и листал «Страйк» — журнал о боулинге. Клинга просматривал техническое заключение из фургона.
— Посмотрим, даст ли что-нибудь фильм, — сказал Клинга.
— Тот, где они трахаются в фургоне?
— Ага.
Личность мужчины, осуществлявшего половой акт с Верой, все еще не была установлена. Вдруг в дверь постучали.
— Войдите!
Вошел Стилтон с обмотанной головой. Форс опустил газету и устремил взгляд на посетителя. Тот в свою очередь посмотрел на Форса.
— Здравствуйте, меня зовут Том Стилтон.
— Здравствуйте. — Янне Клинга вышел вперед и протянул руку. — Янне Клинга.
— Так ты теперь бездомный? — спросил Форс. Стилтон не отреагировал. Он мысленно подготовился, психологически;
— Это вы ведете следствие по делу об убийстве Веры Ларссон?
— Нет, а…
— Знаешь, кто тебя избил? — спросил Форс. Он изучал Стилтона, который не спускал глаз с Клинги.
— Я думаю, Веру Ларссон убили Kid Fighters, — произнес Стилтон.
На несколько секунд в комнате наступила тишина.
— Kid Fighters? — переспросил Клинга.
Стилтон рассказал все, что знал. О боях в клетках, о точном месте, где проходили бои, о том, кто в них участвовал и кто, по его мнению, выступал организатором. И рассказал, татуировки с какими символами набивали некоторые из участников.
— Две буквы в кружке, «KF», они мелькают в одном из фильмов на Trashkick. А вы видели?
— Нет.
Клинга покосился на Форса.
— «KF» расшифровывается как Kid Fighters, — сказал Стилтон.
Он направился к выходу.
— Как вы все это выяснили?
— По наводке мальчика из Флемингсберга — Аке Андерссона.
Стилтон покинул помещение, ни единого раза не взглянув на Руне Форса.
Вскоре после этого Форс и Клинга отправились в служебную столовую. Форс к информации Стилтона отнесся более чем скептически.
— Бои в клетках? Дети, дерущиеся в клетках? Здесь? В Швеции? Такое не могло оставаться незамеченным. Это же безумие.
Клинга молчал. Форс предположил, что Стилтон снова стал жертвой одного из своих многочисленных психозов и ему привиделся совершенно сумасшедший сюжет.
— А ты что думаешь? Kid Fighters? Может в этом что-то быть?
— Не знаю, — ответил Клинга.
Он не был так убежден в нелепости слов Стилтона. Янне решил просмотреть скачанные с Trashkick фильмы и проверить, видна ли где-нибудь упомянутая татуировка. Позже, в одиночестве.
Оветте Андерссон шла одна по Карлавэген. Черные шпильки, облегающая черная юбка и короткая коричневая кожаная куртка. Она только что обслужила клиента в личном гараже на Банергатан, и потом ее высадили там же, где забрали. Обычно она тут не работала. Но прошли слухи, что в районе улицы Мэстер Самюэльсгатан появилась слежка, поэтому Оветте переместилась сюда.
Подкрасив губы, она свернула на Сибиллегатан и пошла в сторону метро. И тут увидела знакомое лицо в магазине на другой стороне улицы. Магазин назывался «Необычное & Привычное».
Оветте остановилась.
Вот как он выглядел, ее бутик. Ее выпендрежная обложка. «Далеко она шагнула от тех времен, когда сосала с сыпавшимся из носа кокаином», — подумала Оветте. Андерссон впервые проходила мимо бутика. Этот район был ей чужим, во всяком случае теперь. Одно время она чувствовала себя на Ёстермальме почти как дома, хоть в это и трудно поверить. Это было время до Аке.