Принцесса маори
Шрифт:
— Это просто небольшое недоразумение, ошибка прислуги. Ты ведь хочешь сидеть за столом вместе со всей семьей, в полном составе, правда, братец?
Ганс послушно кивнул. При этом Береника взглянула на Еву так, словно хотела убить ее на месте. «Значит, она сама все это затеяла», — подумала Ева.
— Ты ведь тоже этого хочешь, Береника, не так ли? — защебетала Ева.
— Да, конечно, — ответил Ганс за свою молодую жену. — Это была бы неприятная бестактность.
По лицу Береники было видно, что она уже думает о мести, но вместо этого она
— Ты — само коварство, — шепнул Даниэль Еве на ухо.
— А ты думал, я стану без причины цепляться за Бена? — тихо ответила Ева и улыбнулась.
— Вы не хотите посвятить окружающих в ваши застольные разговоры? — желчно спросила Береника.
— Я только шепнула Даниэлю, что мой брат очень тебе подходит. Ты просто сияешь от счастья.
— Я тоже хотел сказать об этом, — произнес Ганс и нежно взглянул на жену, которая тут же изобразила счастливое личико.
В этот момент раздался звон, словно кто-то вилкой или ножом стучал по бокалу. Все взгляды обратились к Люси, которая поднялась со своего места. Громким хрипловатым голосом Люси сообщила, что она как бабушка Береники, единственная из оставшихся в живых близких родственников, хочет сказать несколько теплых слов.
Лицо Береники помрачнело, а Ганс, напротив, ободряюще улыбнулся бабушке Люси.
Даниэль взял Еву за руку, и они вместе внимательно слушали слова старой маори.
— Я очень рада, что мне посчастливилось в добром здравии присутствовать на свадьбе своей внучки Береники. И я даже не могу выразить, как я довольна, что ты, дорогой Ганс, приехал из Калифорнии в Новую Зеландию. Я не могла бы желать лучшего мужа для внучки. Я еще никогда не видела ее такой счастливой. Ты заставляешь ее светиться, и это для меня, пожилой женщины, большая радость. Я всегда любила этот дом, но недавно я охотно покинула его ради внучки, и теперь она здесь живет счастливо. К сожалению, скоро они уедут из Нейпира, чтобы поселиться на ферме. Но я буду хранить этот дом, чтобы у вас в Нейпире было место, в котором ваша семья всегда будет рада вас видеть. Я бы очень хотела увидеть здесь правнуков! А теперь давайте поднимем вместе со мной бокалы за Беренику и Ганса Шиндлеров!
Люси улыбнулась гостям и чокнулась с молодоженами, прежде чем снова сесть на место.
— Ты красиво сказала, — заметила Харакеке, которая до сих пор сидела на удивление тихо и выглядела несколько уставшей, как заметила Ева.
— Тетушка Ха, тебе нехорошо? — тихо спросила она.
— Все в порядке, — чуть слышно пробормотала в ответ Харакеке.
— Спасибо, бабушка, — вежливо сказала Береника. — Но я хочу тебя разочаровать: Ганс и я решили продать дом в Нейпире. У вас же есть дом в Мини.
— Он же тебе не принадлежит! Это все еще дом твоей бабушки! — возмущенно вмешалась Ева.
— Погоди-ка, я думал, бабушка тебе его подарила. — Ганс выглядел заметно озадаченным.
Но Береника лишь нахально улыбнулась.
— Разве ты забыла об этом, дорогая бабушка? — защебетала она.
Люси
— Береника, не перегибай палку! — бросила Харакеке, но та лишь презрительно глянула в ответ.
— Береника, ты бы не могла выйти со мной на минутку? Мне нужно поговорить с тобой с глазу на глаз, — решительно произнесла Ева.
— Ева, оставь. Сегодня не тот день, — шепнул ей Даниэль.
— Какая муха тебя укусила, сестрица? — сердито спросил Ганс.
Но Ева уже поднялась.
— Береника, мы идем? Иначе мне придется сказать тебе это при всех!
Береника побледнела и тоже встала.
— Простите, я ненадолго, — вежливо произнесла она.
— Ева, перестань, сядь на место! Все так, как сказала Береника. Я подарила ей этот дом, — чуть слышно пробормотала Люси.
— Это же ерунда! Сколько все это будет продолжаться? — взорвалась Харакеке.
— Ты идешь, Береника? — Ева не могла допустить, чтобы кто-то удержал ее от того, чтобы высказать свое мнение Беренике. И ей было абсолютно все равно, праздник сегодня или нет. Ева надеялась, что ее свежеиспеченная невестка действительно изменилась к лучшему. Но то, как она отбирала дом у Люси, стало последней каплей!
Ева прошуршала по залу, не глядя по сторонам. Береника следовала за ней. Едва они остановились достаточно далеко от зала, чтобы гости их не могли слышать, Ева обратилась к Беренике:
— Скажи, ну что ты за человек? Как ты можешь отбирать у бабушки дом? Уже достаточно того, что ты выгнала нас отсюда, да к тому же сделала это с помощью беспощадного шантажа.
— Ты в курсе дела? — Береника беспомощно уставилась на Еву. — Но она наверняка сказала вам не всю правду. Я не шантажировала ее тем, что нашли под деревянным полом кладовки. У бабушки были важные основания, чтобы оставить мне этот дом. Но ты же всегда безоговорочно принимаешь ее сторону. Если бы ты только знала, почему она так безропотно перебралась в Мини!
Ева шагнула вплотную к Беренике и посмотрела ей прямо в глаза.
— Я знаю, чем ты ее шантажировала.
— Ты знаешь о скелете под кладовкой?
— Да, и я даже знаю, чей это скелет. И однажды ты это тоже узнаешь. Но если Люси хочет сохранить все в тайне, это еще не повод выгонять ее из дома. Ты об этом скоро узнаешь!
— Ах, только не лезь в мою жизнь! Ты вообще не имеешь никакого права меня поучать, аферистка! — в сердцах воскликнула Береника.
Обе не заметили, как к ним тихо подошел Ганс.
— Что здесь происходит?
— Твоей сестре не нравится, что бабушка подарила мне дом. Она считает, что если пару часов побыла замужем за моим братом, то ей тоже что-то должно перепасть, — соврала Береника, даже не покраснев.
— Это правда? — Ганс повернулся к сестре.
— Конечно, нет. У меня нет совершенно никаких планов на этот дом, но он принадлежит бабушке!
— Что за чепуха, Ева? Бабушка Люси только что за столом сказала при всех, что подарила его Беренике. Зачем ты вмешиваешься?