Прогрессоры
Шрифт:
Часть 4. 'Место под солнцем'.
15 июня 1-го года Миссии. День тридцать второй. Бискайский залив, 180 километров западнее современного Бреста
Когда над морем наконец-то взошло солнце, Петрович увидел, что 'Отважный' со всех сторон окружен бескрайней соленой водой и лишь на востоке, чуть правее восходящего солнечного диска, видна узкая черная полоска суши.
– Горизонт чист, капитан, - шутливо доложила ему стоящая на вахте впередсмотрящим Лиза.
– Благодарю за службу, матрос, - отшутился Петрович и осмотрелся. Глубина, согласно сонару, была уже около шестидесяти метров. Ветер свежий,
– Курс сто пятьдесят, на моторе малый ход - скомандовал Петрович стоящему на штурвале Антону Игоревичу, а сам, с помощью Сергея-младшего и Валеры приступил к постановке всех парусов. Фок, грот, стаксель.
Вскоре мотор был выключен вовсе. 'Отважный' шел под свежим ветром курсом полный бакштаг, слегка накренив корпус на левый борт. После постоянного тарахтения и вибрации мотора наступила непривычная тишина, был слышен лишь свист ветра в снастях, и шипение разрезаемой форштевнем воды. Скорость на лаге шесть с половиной узлов. Собственно для такого хода в открытом море под парусами сей кораблик и строился. Длинное и утомительное путешествие вниз по Великой Реке было для него не больше чем вынужденной импровизацией.
Сергей-младший умоляюще посмотрел на Петровича, и тот сразу понял этот взгляд. Парню отчаянно хотелось встать за штурвал. Строили то 'Отважный' вместе, но пока ни он, ни Валера, ни разу не были еще допущены к управлению.
– Так, - сказал Петрович, - Антон Игоревич, будьте добры, уступите, пожалуйста, управление молодому человеку.
Антон Игоревич кивнул и уступил место, а за рукояти штурвала осторожно взялся весь бледный от волнения Сергей-младший.
– Держи штурвал крепче, Сережа, - поправил Петрович, - вот так, жми, не стесняйся, это тебе не свою бабу за сиськи щупать. Молодец, так держать.
Услышав это, стоявшая рядом, Катька странно хихикнула.
– Не ржи как лошадь, Катя, - обернулся к ней Петрович, - если он тебя так схватит - синяками точно не отделаешься. И вообще - марш на бак, поработай впередсмотрящей. Цирк ей тут, понимаешь!
Катя хмыкнула и придерживаясь рукой за леера удалилась на бак, но и оттуда нет, нет оглядывалась на своего супруга, показывая ему язык. Дурачилась, одним словом. В ответ Андрей Викторович показал ей кулак. Намек был понят. По сравнению с плаванием по реке, работа впередсмотрящим в открытом море это настоящая синекура. Не надо высматривать коварные мели и плавающие в воде коряги, ближайший берег за несколько десятков километров. Глазей себе по сторонам в поисках бурунов, возникающих вокруг подводных скал, и высматривай скрытый в туманной дымке берег. И пусть до предполагаемого берега было еще весьма далеко, но крутизна и изрезанность рельефа южного побережья Бретани совсем не исключали наличия тех самых подводных скал или даже выступающих на поверхность островов. А потому - смотреть в оба.
А 'Отважный', оставляя позади пенный кильватерный след, и захватывая ветер всеми парусами, шел и шел себе дальше курсом юго-юго-восток, одну за другой глотая морские мили. После Сергея-младшего на штурвал встал Валера, и снова все повторилось сначала. Сил, правда, у него было поменьше, чем у более крепкого товарища, и штурвал он держал не вполне уверенно.
– Тренироваться тебе надо Валера, - сказал ему с легким назиданием Андрей Викторович, - тренироваться, тренироваться
Дара и Мара при этом смотрели на своего супруга с гордостью, восхищением и умилением. А то, как же - мужчина у них оказался ничуть не хуже чем у остальных женщин в клане.
Когда время подходило к полудню, Сергей Петрович и Андрей Викторович, вытащили на палубу ПАР, развернули его и приготовились к обсервации. Момент наступления астрономического полдня давал долготу, а широта вычислялась по высоте солнца над горизонтом с поправкой на дату. Сделав замеры, Петрович немного поколдовал над картой и ноутбуком, нанес на карту свою нынешнюю позицию и проложил курс.
– Так, - заявил он Андрею Викторовичу и Антону Игоревичу, - Сейчас мы здесь. Шесть градусов двадцать две минуты западной долготы и сорок восемь градусов восемнадцать минут северной широты. Если будем идти тем же курсом и с той же скоростью, то к завтрашнему полудню выйдем вот сюда в точку с примерными координатами четыре градуса западной долготы и сорок шесть градусов северной широты. После завтрашней обсервации ляжем на курс сто. Конечно, расчет сделан мною с точностью плюс-минус лапоть, но, следуя в Бискайском заливе таким курсом, промахнуться мимо берега будет просто невозможно.
Андрей Викторович внимательно посмотрел на карту.
– Значит, - сказал он, - послезавтра утром мы будем уже на месте.
– Не совсем на месте, Андрей, - ответил Петрович, - я же сказал, что расчет сделан с точностью плюс-минус лапоть. Просто послезавтра утром мы должны уже увидеть благословенные берега Аквитании и только. Устье Гаронны нам надо будет еще найти.
Петрович замялся и внимательно посмотрел на друзей.
– Проблема только в том, - добавил он, - что мы вполне можем выйти к берегу еще до рассвета, а это, сами понимаете, может быть очень опасно. Не хотелось бы рисковать, почти уже дойдя до цели. Сколько парусных кораблей в прошлом погибло вот так по глупости, напоровшись в темноте на скалы или на берег.
– Действительно, - сказал Антон Игоревич, тоже посмотрев на карту, - убиться об стену на самом финише - это верх глупости. Мы можем сделать так. Завтра на закате, уберем паруса и встанем на якорь. Глубины здесь не океанские, длины якорных тросов должно хватить. Переждем на якорях ночь, а как рассветет, двинемся дальше тем же курсом.
– Можно и так, - сказал Сергей Петрович, прикинув по карте расстояния, - Только на якорь мы встанем не на закате, а в полночь, тогда и у берега мы будем еще до полудня. Там причалим, сойдем на берег и окончательно определимся с местом.
– Ладно, - сказал Андрей Викторович, - будет день, будет пища. Сейчас над этим голову ломать совершенно незачем.
– Лишь бы не было шторма, - зачем-то сказал Антон Игоревич.
– Не надо каркать, - заметил Андрей Викторович, - и ничего не будет. Ну что, братцы, совсем немного осталось. Сдюжим?
– Сдюжим, - ответил Сергей Петрович, - а сейчас все по местам и вперед.
Когда команде 'Отважного' сказали что послезавтра днем 'все уже почти кончится' и они увидят свой обетованный берег, народ сперва пришел в состояние некоторой эйфории. Потом это настроение сгладилось, сменившись нетерпением. 'Отважный' продолжал резать пустынное море форштевнем, берег по левому борту превратился в далекую туманную полоску у самого горизонта, а Антон-младший опять на удочку натягал на ужин свежей рыбы.