Пропаданцы

Джиллиан

Рита вдруг вспомнила чьи-то недавние слова, что для повелителей мёртвых свежий труп — лучшее на свете блюдо.

— Мы… на пороге нового мора? — медленно спросил Кассиус, словно не веря собственным словам. — Вымирания?

Он внезапно взглянул на Пэйона. Рита проследила его взгляд и вспомнила, как тот недавно говорил о городских целителях: те рассказывали, что в городе уже известно по последним дням о нескольких странных смертях. Кассиус прошептал:

— Надо бы спросить бургомистра, сколько человек в последнее время пропало в городе. Нас дела городской

стражи обычно не касаются, но теперь…

— Это потенциальное будущее, — хмуро сказал Артём. — У меня следующий вопрос: можно ли убить повелителя мёртвых?

— Ну, в общем-то, он уже мёртв, — сказал старший некромант.

— А что будет, если попытаться? — настаивал парень. — Предположим, я нападу на него и порежу ему лицо. Сумеет ли он восстановить внешность?

Сидящие за столом переглянулись.

— Объясняю подоплёку своего вопроса. Вы ведь не знаете, как выглядят повелители мёртвых. Тэрон показал нам с ана Маргаритой: повелители похожи на скелеты. Только на лицах есть кожа. И то — клочьями. Предположим, что в царстве мёртвых им и не надо соблюдать человеческую внешность. Но здесь-то?.. Среди живых они уж должны выглядеть живыми? И вот, предположим, мне повезло: я сумел добраться до него и исполосовать князю лицо. Скоро ли он сумеет снова появиться перед своими подданными в том же обличье? Сколько ему придётся прятаться?

— Иллюзия, — напомнил Мэнтор. — Он сильный мастер иллюзии. Он будет так же появляться в свете. — Преподаватель боевой магии судорожно выдохнул. — Но за время пока он восстанавливается, погибнет немало народу. Я и сейчас сижу здесь — и мне кусок в горло не идёт: в казарме мы сумели предупредить убийства. А что было сегодняшней ночью в городе?

— Извините мою приставучесть, — упрямо сказал Артём. — Но я, напоминаю, плохо разбираюсь во всём этом. Поэтому задаю вопросы. Что будет, если я проткну его мечом? Тело-то — живого человека. А внутри повелитель мёртвых. Как понимаю, чуть ли не бессмертный. Как он объяснит, что смертельный удар не убил его? Или он сумеет отвести глаза всем, кто видел бы мой удар?

— Скорее всего — отведёт, — вздохнул Кассиус.

— К чему вы ведёте, анакс Артём? — спросил насторожённо прислушивавшийся Кирос. Он опустил на стол руки и, сдвинув брови, смотрел на парня, словно пытался разгадать загадку.

— Если повелитель мёртвых не получит вовремя свежего трупа для залечивания смертельной для живого тела раны, будет ли он использовать иллюзию, чтобы оставаться внешне таким же? Или кто-то успеет увидеть его истинное лицо?

— Расклад — половина на половину, — напряжённо сказал Кирос. — Но этот случай — опять смертелен для многих горожан.

— Анакс Артём, что у вас на уме? — спросил Пэйон, поскольку парень глубоко задумался и замолчал.

— Я всё думаю, — медленно сказал Артём. — Правителю было плевать, уйдёт — не уйдёт Кирос, потому что он прекрасно знал, что последние два слоя не снимутся. А не снимутся они, потому что никто не догадается, что слои завязаны на самом повелителе мёртвых. Поэтому и думаю: чтобы Кирос получил память и свою внешность, надо убить

тело, в котором сидит повелитель мёртвых.

Снова все затихли так, будто в кабинете Кассиуса никого не осталось.

Первым нарушил тишину Кирос.

— Чисто практически убить его невозможно, — заговорил он. — Вас, анакс Артём, просто не подпустят к нему.

— А какое-нибудь заклинание? Ритуал? — спросил парень. — Ведь можно же что-то сделать, чтобы нанести вред физическому телу, а не самому повелителю мёртвых?

— Телу? — переспросил Пэйон. Переглянулся с Мэнтором. — Есть множество заклинаний тёмной магии, рассчитанных на применение с расстояния. Но подготовка такого заклинания требует долгого времени и тщательности исполнения.

— Ну почему же… — размышляя, выговорила Рита. И подняла глаза на Артёма. — Есть ещё вариант. Только мне бы хотелось знать… Если вред телу нанести в определённое место, потеряет ли Кирос свои слои?

— Не совсем понимаю, что вы хотите сказать, ана Маргарита.

— Если повелитель мёртвых получит смертельную для человека рану в сердце, будет ли этого достаточно, чтобы анакс Кирос пришёл в себя?

— Рит, ты что? У нас вообще это под вопросом… — начал было Артём — и вдруг замолчал. Прикусил губу, глядя на девушку, смотревшую на него в упор. — Да… — снова заговорил он, уже глядя на остальных. — Вы мне ведь так и не ответили: сможет ли Кирос получить своё назад, если умрёт человеческое тело повелителя?

— И что будет, если живое тело повелителя мёртвых умрёт при всех? — добавила уже испуганная Рита, примерно представившая эту картину.

— Будет несколько мгновений, когда он преобразится в того, кто он есть на самом деле, — сказал старший некромант. — Я не могу поручиться точно… Никогда мы с этаким не сталкивались. Но, если всё рассчитывать, исходя из того, что мы знаем о них… После смерти живого тела при стечении народа повелитель мёртвых, особенно если он голодный, может по инерции высосать жизненные соки занятого тела.

— И покажется сам, — растерянно завершил Кассиус. — Но кто решится приблизиться к нему настолько, чтобы поразить его в сердце? Есть в городе известные стрелки, которые берут призы на соревнованиях, но… Кто из них согласится стрелять в правителя? В самого Светлого князя? Пока суд да дело, охрана князя просто похоронит смельчака под стрелами! Да и народ, не разобравшись, может накинуться…

— Значит, стрелять надо так, чтобы до стрелка не добрались.

— Что у вас на уме, анакс Артём? — поинтересовался Кирос.

— Мне кажется, правитель приедет сегодня, — нерешительно сказал парень. — Вот бы узнать: когда, хотя бы примерно?

— В замке у меня есть несколько человек, близких к покоям князя, — негромко сказал Кассиус. — Могу послать к ним, чтобы они потом моего же человека отправили назад, перед выездом князя сюда. Но… Как первое лицо государства, князь Хэймон защищён охранными заклинаниями. То есть защищено его тело. В заклятии на его охрану перечислены все мыслимые и известные способы убийства, против которых они будут действовать. Все.