Пропащие девицы
Шрифт:
Пожалуй, окажись она точно так же между Сциллой и Харибдой, ее нервы сдавали бы еще круче. Газеты врали. И в устах Патриции Бэйтман это заключение звучало особо иронично. Алекс Тернер действительно не давал покоя Анаис Шарпантье, но совершенно не в том наивно-романтическом тоне, который задавали этим отношениям СМИ. За те полтора часа, пока они с Аной обсуждали детали их будущего сотрудничества, бриолиновый рокер успел позвонить девушке раз пять и сжечь драгоценных нервных клеток столько, сколько самой Бэйтман их вымотали за последние недели. Патриция считала себя первой клиенткой на очередь в реабилитационную клинику по части нервных срывов,
Телефон же Патриции молчал, если не считать сообщений от Робин о положении дел, которое, судя по весьма разнообразному их эмоциональному диапазону, вплотную зависело от прихотей гормонов. И после всех этих разборов полетов, свидетельницей которых она невольно стала, Бэйтман все больше сомневалась, хочет ли она сама нарушать молчание и вносить определенность в их с Джаредом щекотливую ситуацию.
И еще несколько часов спустя она спешила прочь из лабиринтов и хитросплетений городов и мест, которых никогда не было, к такси, которое увезло бы ее домой, где она надеялась хоть немного отдохнуть, выгнав оттуда всех к чертовой матери. Девушка отвлеклась на сообщение, Скай писала что-то о вселенском заговоре и сгущающихся тучах, Патти была совершенно не в настроении опять разбираться со своей латиноамериканской семьей, потому, все так же пялясь в телефон и не сбавляя скорости, придумывала, как бы отмазать себя от возвращения домой еще на пару часов, и врезалась в чью-то широкую спину.
– Извините, – пробормотала девушка, строча ответ Иендо.
– Патти? – удивление, смешанное с чем-то совершенно этому голосу несвойственным, чужим, заставило девушку поднять взгляд на мужчину.
Бен Аффлек в том самом костюме, о котором она как-то так пространно и слишком эмоционально для почти замужней дамы распространялась на посиделках со Скай и Робин, был настолько неотразим, что на него было буквально больно смотреть и не иметь возможности снять этот пиджак, подтяжки, брюки, рубашку – всю эту чертову гангстерскую амуницию к хренам и…
– Привет, – улыбнулась девушка своим мыслям и обняла мужчину, не заметив даже, как тот застыл и не ответил на ее объятия. Она была настолько рада его видеть, как спасительный корабль в океане безумия, что утратила свою обычную наблюдательность, иначе тут же насторожилась бы, заметив отстраненность в его взгляде и совершенно несвойственную ему резкость движений, будто он заметно нервничал. – Вот уж неожиданность!
– Джаред не смог оторвать тебя от работы даже после свадьбы? – Бен наблюдал, как она что-то быстро набирает на своем коммуникаторе.
– Что? – Патти с удивлением уставилась на мужчину, смысл его слов дошел до девушки далеко не сразу. – Не знаю, возможно, несколько журналов со сплетнями уже отправили нас в кругосветное свадебное путешествие, но, к сожалению, я все еще неприлично свободная женщина, которая не прочь выпить по лонг-айленду с главным гангстером Голливуда, если он, конечно, не против.
Патриция очень надеялась на положительный ответ, потому что эгоистично хотела провести следующие несколько часов в его компании и, как всегда за разговорами с ним, забыть обо всем на свете.
– Вегас так и не научил вас, юная мисс, что пить в компании мужчин опасно?
– Опасно? – переспросила она. – Разве что мужчинам. Бойтесь меня, мистер Аффлек, а то на утро по примеру Джареда Лето тоже проснетесь
– Пожалуй, я рискну…
– Через секундочку, – перебила его Патти, беря трубку. Если Робин решила позвонить вместо очередного сообщения, значит, дело дрянь, и вселенский заговор, о котором предупреждала Иендо, уже вступил в действие.
– Патти, Крис прилетает через несколько часов, и я сказала ему приехать к тебе, – взволнованно шептала Уильямс в трубку. – Прости, но я просто не знала, что делать! Макс совершенно слетел с катушек, когда узнал об этом! И еще они со Скай целый день ругаются. Такое ощущение, что еще немного и кинутся друг на друга!..
– Твою мать… – обессилено выдохнула Патти, не забывая, что рядом с ней стоит Бен. Иначе вся эта животрепещущая ситуация заслужила куда более красноречивые эпитеты.
Мужчина наблюдал, как по мере разговора Патриция менялась в лице. Ее веселость и задор точно рукой сняло, в голосе звучала тревога, вся она излучала сосредоточенность и внимательно слушала подругу.
– Пожалуйста, приезжай скорее! – умоляюще произнесла Роббс перед тем, как отключиться. – Тебя он хотя бы слушает!..
Патриция опять улыбнулась той самой искренней улыбкой по версии Анаис Шарпантье, и Бен понял, что их планам на вечер не суждено было состояться. За улыбкой должен был последовать извиняющийся монолог ни о чем, после которого Патриция Бэйтман вновь исчезнет героически сражаться со своими проблемами.
– Бен, – она действительно собиралась сказать что-то о переносе ужина и о том, как она сожалеет, но затем произнесла то, что удивило ее саму не меньше Аффлека, – кажется, мне нужна твоя помощь. Я не в праве тебя просить ни о чем, – тут же пошла на попятную Патти, – но…
За последние двое суток Крис почти не спал. Он сел в самолет сразу после концерта в Амстердаме, который отыграл практически на автомате. Каждая сыгранная песня, ведущая группу к финалу шоу, была для музыканта точно глоток свежего воздуха. В этот раз Крис просто хотел, чтобы все закончилось как можно скорее.
Продолжая бороться с собственными догадками и переживаниями, он несколько раз позвонил Робин, но так и не добился от девушки ничего внятного. Она говорила, что все хорошо, но при этом голос ее был чужим и далеким.
Уже в воздухе Мартин попытался хоть немного поспать, но мыслей в его голове оказалось слишком много. Пожалуй, сейчас он был готов к чему угодно, кроме одного – навсегда потерять ее.
Из аэропорта ЛА на такси Крис добрался до дома Патриции Бэйтман. Когда хозяйка апартаментов встретила его на пороге и поздоровалась сквозь зубы, мужчина тихо спросил:
– Все в порядке?
Патти же смотрела на него со смесью раздражения и жалости во взгляде. Во-первых, Мартин выглядел просто ужасно. По ее меркам он никогда и не был красавчиком, но сейчас, когда на нее так испуганно смотрели его покрасневшие от недосыпа глаза, врезать ему хотелось уже гораздо меньше. Он похудел. Осунулся. И, кажется, действительно, нормально не спал.
– Есть разговор, – произнесла Патти, как можно спокойнее. – Приходи в гостиную.
Но в этот момент в прихожую влетела Уильямс и, едва не сбив подругу с ног, бросилась на Криса. Девушка обвила его шею руками и всем телом прижалась к возлюбленному. Только сейчас, когда она наконец была в его объятиях, музыкант позволил себе забыться. Она все та же. Ее руки, как и прежде нежные, а губы теплые и мягкие. И она любит его. Любит.