Противотанкист
Шрифт:
Серёга стрелял с левой, но он хоть своей правой мог шевелить свободно, рана у него затянулась, но нагрузки были пока противопоказаны, так что стрельбу по-македонски, он нам не продемонстрировал, зато показал класс стрельбы из нагана, навскидку, и из разных положений. Вдоволь настрелявшись, разобрав и почистив каждый своё оружие, разделили по-братски оставшиеся патроны к трофейным стволам, примерно через час заканчиваем и расходимся каждый по своим делам или делишкам. Это у кого как, но лично я понёс на примерку Ольге Анатольевне новую форму. Как командир взвода она пользовалась привилегиями и занимала отдельную палатку, деля её ещё с одной врачихой.
Постучавшись во входную дверь. Ну как постучишь в
— Тук, тук, тук. Есть кто дома?
— Это ты, Коля? — Спросили из палатки.
— Ну да я. Разрешите войти?
— А что ты хотел? — Высунула голову из-за полога Оля.
— Да вот, обновку принёс примерить, для тренировок. — Протягиваю я ей свёрток.
— Хорошо, сейчас переоденусь, ты подожди здесь. — Она протянула руку, в обычной нательной солдатской рубахе и забрала одёжку.
— Заходи, — минут через пять, или около того, пригласила она меня в свои «апартаменты».
Ну что я могу сказать? Когда я увидел девушку в новом обличье, то челюсть у меня отвисла. С размером старшина угадал, почти. По росту «костюмчик» подходил вполне, а вот по размеру… Нет, если бы форму одел солдатик мужского пола, то она сидела бы нормально, но вся фишка в том, что солдатиком была очаровательная женщина, и некоторые части её фигуры, были не предусмотрены уставом. Спереди гимнастёрку натягивала грудь третьего размера, а вот сзади, вторые девяносто с трудом помещались в солдатском галифе. Я в первый раз смог визуально изучить достоинства моей подруги, на ощупь-то всё было понятно, и мне нравилась эта упругость, а вот на глаз я оценил всё впервые. Так-то Ольга ходила в форме для женского комсостава, или в белом халате, надетом на эту форму, естественно под довольно плотной и мешковатой юбкой, оценить точные размеры не получалось, зато в тонкой хэбэшке фигура смотрелась отпадно. Загнав подальше, пришедшую мне в голову мысль — поменять форму и взять на пару размеров больше. Я вернул отвисшую челюсть на место и, подняв вверх большой палец, только и смог вымолвить.
— Во! — Большого зеркала в палатке естественно не было, и Ольга только крутила головой, пытаясь посмотреть назад и оценить свою попку в новой форме.
— Тебе не кажется, что форма мне маловата? — спросила она.
— А что, разве она тебе где-нибудь жмёт?
— Да нет.
— Ну, тогда не бери в голову. Часиков в пять я за тобой зайду. Будь готова.
— Всегда готова! — Вскидывает в пионерском приветствии руку Оля.
Выйдя от подруги, я первым делом пошёл к старшине, надо было ковать железо пока горячо, а то этот хитрый хохол забудет о моей просьбе. Петрович сидел на чурбаке возле своей каптёрки и смолил папироску.
— Как дела Стёпа? — Задаю я ему вопрос.
— Да какие у меня дела, одни заботы. — Со вздохом отвечает он. — Завтра вон в деревню будем передислоцироваться, это же сколько всего погрузить надо, хорошо хоть пока не все.
— Ты не забыл о моей просьбе? Насчёт кожевенных дел мастера.
— Вот завтра, в деревне, я тебя с ним и сведу. Вас-то, курортников, в первую очередь переселять будут.
— А что так, разве в лесу места мало?
— Если ты заметил, осень уже на дворе, это ладно сейчас «бабье лето», а когда дожди пойдут, да морозы ударят, долго ты в своих палатках не проживёшь. Топишь их топишь, а тепла как не было, так и нет. Помнишь, поди, как на финской было?
— Склерозом ещё не страдаю. Мы тогда палатки снегом закидывали, и если сильный ветер его не сдувал, то до утра поспать удавалось, а вот если пурга или метель, тогда приходилось из под снега долго выкапываться. Хорошо хоть полушубки выдали, а то бы позамерзали насмерть.
— Это да, полушубки вещь хорошая. Как думаешь, Мыкола, к зиме немца одолеем?
— К зиме думаю, вряд ли, но вот в холода он у нас попляшет.
— Вот
— Спасибо. — Жму я ему руку. — В самый раз.
— Если в самый раз, тогда пусть носит. — Посмеивается, крутя ус он, и уходит в свои закрома.
Свою «амазонку» я встретил на выходе из апартаментов и накинул на неё плащ-палатку, а то мало ли что, вдруг «простудится». Хотя и были мы при оружии, но на стрельбище не пошли, а забрались подальше вглубь леса и, найдя небольшую полянку, приступили к тренировкам. Начал я с того, что разрядив оружие, показал Ольге, как быстро выхватывать из кобуры ствол и стрелять в сторону цели навскидку. С её наганом это просто, а вот «Вальтер» нужно было предварительно подготовить к стрельбе, но его можно носить и с патроном в патроннике, так что скоростная стрельба из этого пистолета, тоже не являлась проблемой. Секундомера у меня не имелось, но мы тренировались вместе, наводя оружие друг на друга и щёлкая курком, кто вперёд. Пока Ольга тренировалась с наганом, шансов опередить меня, у неё не было, зато когда она поменяла револьвер, на подаренный ей Вальтер ПП, то после небольшой тренировки, стала работать практически в одном ритме со мной.
Наша «дуэль» продолжалась в течение часа и, немного передохнув, я решил проверить её навыки в переползании по-пластунски, также объяснив кое-что, показал, что нужно делать по команде «Воздух». И если падала на землю, она более-менее, то вот «ползуниха» из неё была никакая. Оля ползала, смешно поднимая свою упругую попку, которая выпирала у неё гораздо выше головы. Как правильно нужно ползать, я к сожалению показать не мог, поэтому закончив это безнадёжное дело, мы продолжили наши «игры на свежем воздухе». Один из нас прятался, а второй его искал, выигрывал тот, кто успевал первым нажать на курок, наведя на «противника» своё оружие. Теперь, в случае выигрыша, я целовал подругу в губы, а в случае проигрыша в лобик.
Набегавшись вдоволь по лесу, мы выбрались на полевую дорогу и пошли, но почему-то не в расположение, а в сторону деревни.
— Оль, нам же в другую сторону.
— Молчите больной, мне как вашему лечащему врачу, лучше знать, куда нам идти.
— Ну, раз врач сказал в морг, значит в морг. — Притворно ворчу я и следую за ней. Ольга прыснула и побежала ещё быстрее, так что через двадцать минут мы были уже в деревне. Войдя в ограду вокруг небольшого домика, милая сразу повела меня в баню, где и помогла мне раздеться, а потом разоблачилась сама. Солнце ещё не закатилось, так что света из небольшого окошка вполне хватало, и я залюбовался на эту наяду. Плеснув на каменку растворённого в воде пива или квасу, девушка взяла меня за руку и усадила на скамью. Запах свежего хлеба витал в воздухе, а она мыла меня как маленького ребёнка. Я бы, конечно, мог помыться и сам, но с этим гипсовым панцирем, делать это было проблематично. Хорошенько оттерев меня мочалкой, и ополоснув из деревянной шайки, подруга стала мыться сама.
— Молодой человек, может вы потрёте даме спинку? — игриво виляя бёдрами, спросила она.
— С превеликим удовольствием, — отвечаю я. И легонько тру её спину, а потом намыливаю груди, и другие, не менее аппетитные части тела. Ополаскивались мы, с последними лучами заходящего солнца, а вытирались уже в потёмках. Одеваться не стали, а сложив всё наше имущество на плащ-палатку, и надев только сапоги, быстро идём в хату. Я перестал всему удивляться уже после того, как Ольга разделась, приведя меня в баню. Поэтому, накрытый стол и большая кровать с пуховой периной, не вызвали у меня никаких эмоций кроме радости. Положив свёрток с одеждой на лавку, и закрыв на щеколду входную дверь, подхватываю любимую одной рукой и несу прямо на кровать…