Псы войны
Шрифт:
– Ну что, детишки, доигрались? – зловеще поинтересовался один из мрачных субъектов. – Думали, с рук сойдёт? Кто-то, видно, решил, что не в России живёт, а в Бельгии… Неправильно решил…
Биарм облизнул губы, лихорадочно вспоминая, чему его учили при прохождении спецкурса «Выживание на положении пленного» в части, касающейся поведения во время допроса, но мысли путались, сильно отвлекала боль в стянутых ремнём запястьях, а потому единственное, что он вспомнил, это был пункт первый: «Ведите себя вежливо».
– Извините, –
– Ишь ты, – усмехнулся мрачный субъект, – он ещё осмеливается спрашивать! А тебе не кажется, что вопросы здесь может задавать, кто угодно, но только не ты…
– Фамилия! Имя! Звание! Личный номер! – рявкнул второй мучитель.
Биарм напряг память, и та ему услужливо подсказала, что в этих вопросах нет ничего страшного – именно это и должен выяснить противник, ведущий допрос.
– Максим Ворна. Капрал Сил самообороны Биармии. Личный номер – два-четырнадцать.
– Ворна? – нахмурился первый из допрашивающих. – Это фамилия такая?
– Переделанная, наверное, – сказал второй. – Они тут все свои фамилии переделывают – мода такая пошла.
– Мода? – первый поглядел на связанного пленника. – И как тебя звали раньше?
– Воронин, – признался биарм, отведя взгляд.
– Ясненько, – первый из допрашивающих придвинулся. – Слушай меня внимательно, Максим Воронин, капрал. У нас нет времени с тобой возиться, разрабатывать по правилам. Нам нужен ваш оперативный штаб. Ты скажешь, где он, или умрёшь – вот и весь твой выбор. Отвечай быстро и не пытайся нас обмануть – мы обмана не простим.
– Я не знаю, где штаб.
– Я предупреждал, – первый из допрашивающих показал Ворне шприц. – Здесь препарат, который применяется при отлове бродячих и диких животных. Если ты будешь упираться, я введу тебе дозу, и ты испытаешь паралич. Пока это будет неопасно. Но если ты опять предпочтёшь молчать, я введу вторую дозу. И ты умрёшь. Хочешь попробовать?
– Я не знаю, где штаб.
Ни слова не добавив, первый из допрашивающих наклонился и прямо через одежду сделал укол. Ворна задёргался, но это ему не помогло.
Казалось, прошло всего несколько секунд, а пленник уже почувствовал, как замедляется сердце, как немеют конечности и мышцы груди. Воздух вокруг вдруг стал плотным и тягучим – его приходилось всасывать с усилием, но эти усилия не приносили плодов, и Ворна понял, что задыхается. При этом он оставался в полном сознании, и беспредельный ужас перед столь нелепой смертью охватил его.
Первый из допрашивающих снова показал ему шприц:
– Продолжить?
– Я не знаю, где штаб, – пролепетал Ворна. – Правда, не знаю. Нам этого не сообщали.
– Где штаб?!
– Постой, – прервал второй из допрашивающих. – Похоже, он не лжёт. Ведь ты не лжёшь?
– Нет, я не лгу, поверьте, – Ворна говорил искренне, поскольку вся наука поведения на допросах
– Кем ты был в советской армии? – спросил второй.
– Я лейтенант ПВО. Два года только отслужил. Попал под сокращение. А здесь деньги стабильно платят. И довольствие. Вот и согласился.
– А фамилию поменял тоже из финансовых соображений? – скептически осведомился первый.
– Да. Этническим биармам в полтора раза больше отстёгивают. А я и по внешности биарм.
– Нацики вы недобитые по внешности, – дал свою оценку первый. – Ладно, поверим для разнообразия. Итак, ты не знаешь, где находится штаб?
– Нет. Оперативный штаб – большой секрет. Все распоряжения во время операции мы получаем от вышестоящих офицеров или прямо в виде текстовых сообщений на сотовый. Сообщения шифруются. Нужно знать код, чтобы их понять.
Первый убрал шприц, но вид по-прежнему имел сомневающийся:
– Пример?
– Например, приходит сообщение: «а-один-шесть-восемнадцать». «А» означает, что распоряжение должно быть выполнено немедленно. «Один» означает перемещение, смену дислокации. «Шесть» означает уровень скрытности при перемещении, то есть максимальный. «Восемнадцать» означает квадрат острова, в который следует переместиться. Маршрут и транспорт выбираются по усмотрению. В зависимости от обстановки.
– Какая ерунда! – обронил первый из допрашивающих. – Да ты мне мозги паришь! – озлился он. – Разве человек в силах запомнить столько кодов?!
Второй из допрашивающих кашлянул и, когда первый обратил на него внимание, заверил:
– Способен.
– Нас готовили! – подтвердил Ворна. – Нас готовили целый месяц…
Эти слова не произвели заметного впечатления на первого, но он всё-таки покопался в куче личных вещей, снятых с пленного, и извлёк мобильный телефон. Понажимал на кнопки, просмотрел архив SMS-сообщений и с удовлетворением подытожил:
– Враньё! Нет тут никаких кодированный посланий.
– А сегодня я всего одно получил, – поспешно признался Ворна, он очень не хотел снова увидеть шприц. – И сразу стёр – таков приказ!
– Что там было? – спросил второй из допрашивающихся, казавшийся самым здравомыслящим из этой парочки.
– «А-два-ноль-ноль», – ответил Ворна. – «Внимание! Оставаться на месте!» Это пришло, когда толпа начала рваться на территорию. Я был в охране склада готовой продукции. Собирался бежать на помощь, но тут приказ… Потом-то оказалось, что штаб прав. Ничем бы я там не помог, а пост оставил…
– Ясно, – сказал первый. – Ты продолжаешь настаивать, будто не знаешь, где штаб?
– Христом Богом клянусь! Здоровьем детей! Я не знаю, где штаб и кто командует…