Пупсик
Шрифт:
Ордош ежедневно мне твердит, что существует множество способов раздобыть деньги, не расходуя драгоценное время на неинтересную работу. Признаюсь честно, его слова звучат разумно. Но за долгую жизнь я так и не научился поступать вразрез со своей совестью. А та утверждает, что отнимать что-либо у других – подло, неправильно. Даже завидую Ордошу, который давно избавился от подобных предрассудков!
Смерть Липы огорчила меня. Расстроила она даже Ордоша, хотя тот и пытался этого не показывать. За дни, что прошли с момента
Мысли о нехватке денег, злость на кошек, усталость от работы – все это бурлило во мне, не давало покоя.
И вскоре превратилось в идею ограбления.
«Ты все еще уверен, что хочешь это сделать?» – спросил Ордош.
«Уверен».
«Кошки такого не простят. Рано или поздно они узнают, кто их обидел».
«И что с того?»
«Нам придется либо убить их всех, либо сваливать из города».
«Отправимся к морю, – сказал я. – Или еще куда-нибудь. С деньгами мы сможем устроиться где угодно».
«Не проще ли было бы ограбить вечером кафе, а не кошек?» – спросил Ордош.
«Рябину я грабить не буду. А кошки… этого заслуживают».
Я шел по ночному городу, кутаясь в красный плащ и накинув на голову капюшон. Под плащом прятал сумку на длинной лямке, которую надеялся наполнить в доме Кошки.
Дерево в моей руке походило на посох, какие принято носить в мире Северика. Бездомные собаки, увидев его, переходили на другую сторону улицы. Ордош все еще не признался, зачем оно ему понадобилось.
Встречая прохожих, я опускал голову, пряча лицо. Для этого и накинул подаренный Елкой плащ – чтобы не показывать всем и каждому свою мордашку. Но заглядывать мне в лицо никто и не пытался: люди мне по пути встретились редко, реже, чем собаки.
Маршрут этой ночью я преодолел почти тот же, что и прошлой. Вот только теперь я проделал его пешком. И в одиночестве, если не считать бубнившего в моей голове Ордоша.
Я стоял около металлического забора, рассматривал облицованный красным кирпичом дом.
«В сарае у ворот кто-то есть», – сказал Ордош.
«Одна?»
«Да. Не спит. И еще две собаки. Большие».
«Пообещай, что не станешь ее убивать», – сказал я.
«Обещаю, – сказал Ордош. – Но собаку-то можно? Иначе нам не хватит энергии, чтобы и ворота открыть, и усыпить всех в доме».
Я чуть помедлил с ответом.
«Ладно».
«И запомни: ты просто идешь к дому. Я же занимаюсь всем остальным».
«Ясно», – сказал я.
Натянул на голову трикотажные колготки, в которых заранее прорезал дыры для глаз. Накинул капюшон, спрятав под ним торчащие подобно заячьим ушам штанины. Выслушал остроты Ордоша.
Ордош долго не
«Про перчатки не забудь, дубина. Неизвестно, какие методы использует местная полиция. Вдруг дойдет и до нее дело. Не стоит оставлять следы».
«Я помню о них», – сказал я.
Теплый ветерок, дождавшись, когда я надену перчатки, подул мне в спину, подталкивая к дому Кошки.
«Мы долго будем тут стоять? – спросил колдун. – Иди, займись уже делом!»
***
Я успел подхватить замок прежде, чем тот упал на землю. Толкнул калитку, поморщился от ее скрипа. Бросил сломанный замок на траву, продолжая поглядывать на окна и дверь деревянного строения, стоявшего у самых ворот.
Никто не отреагировал на мое появление.
Нагрелась руна.
«Собака, – сказал Ордош. – Девка и вторая псина живы. Но нам не помешают».
«Усыпил?»
«Нет. На заклинание сна нужно больше маны. Экономлю. Просто обездвижил, как тебя тогда, в карете».
«Понял, – сказал я. – Много в доме народа?»
«Пока не вижу: толстые стены, – сказал Ордош. – Нужно подойти ближе, а лучше – зайти внутрь».
Я опустил прикрытое тканью колготок лицо, пряча его в тени. По выложенной мелкой плиткой дорожке направился к крыльцу дома, перешагивая упавшие с деревьев сухие ветки.
Около парадной двери на стене горел яркий фонарь, приглашая меня ступить на каменные ступени лестницы. Что я и сделал.
Заметил свет и в окнах первого этажа: в доме Кошки кто-то не спал, хотя до рассвета оставалось всего пара часов.
Я прислушался. Не услышал ни голосов, ни шорохов. Только едва слышно позвякивает, покачиваясь на ветру, тонкая серебристая цепь дверного звонка – такая же, как и в доме Гадюки.
«Заходим? – спросил Ордош. – Готов?»
«Откроешь тихо, или снесем дверь вместе со стеной?» – спросил я.
«Воздушный таран сработал бы эффектно. Но мы сделаем кое-что проще и экономнее».
Ордош бросил заклинание, но никаких визуальных эффектов я не увидел.
«Входи, дубина. Чего замер?»
Я потянул за массивную металлическую ручку, приоткрыл дверь, не почувствовав сопротивление. Перешагнул порог и замер, потому что Ордош снова использовал магию.
«Охранник в кресле около лестницы, – сказал колдун. – Обездвижена. Она здесь одна. Остальные наверху. Постарайся не мелькать у нее перед глазами».
Тут все было, почти как в доме Гадюки. Даже мебель похожая. Обитые бархатистой тканью диваны, столик с толстой деревянной столешницей, овальные зеркала в металлических рамках, массивные шкафы.