Радужные Мосты
Шрифт:
Алхимик больше не слушал. Он вскочил на ноги, бросился к спасенному и запрокинул тому голову, словно намеревался перерезать горло.
— Как тебя зовут?! Кто ты?! — голос Вивьена взвился до крика. — Зачем ты потащился в Радужные Мосты и что делал в дороге?! Что делал каждый из вас?!
— Полегче с ним, — вступилась за мужчину чародейка. — Ты его пугаешь.
— Я сам испуган, — бросил алхимик и взглянул в лицо незнакомца. — Лучше тебе ответить.
— Вы ничего не понимаете. Они у меня в голове. Я чувствую, как они выгрызают мой мозг, мою душу. Эта боль не проходит, она лишь
— Отвечай на мои вопросы! — Вивьен с силой тряхнул говорившего.
— Вопросы? — осклабился тот и начал вставать. — Герри — маг-самоучка, к вашим услугам. А зачем вы потащились? Власть, богатство, сила? Чего вы сами хотели?
— Вивьен, — окликнула алхимика Мили, — лучше отойди от него.
Девушка уже поднялась и стояла, облокотившись о дерево.
— Чего же вы добились, людишки? Отвечайте на вопросы, — мужчина вперился взглядом в алхимика. — Что, страшно?
Вивьен почувствовал, как от лица отхлынула кровь. В нос ударил запах мертвечины. Воин невольно разжал пальцы, выпуская спасенного человека. Человека ли? Только что сломленный и подавленный он преображался буквально на глазах. Не столько внешне — обильное кровотечение еще можно было как-то объяснить, сколько внутренне. Перед путниками стоял уже не прежний доморощенный маг, лепечущий мало связные слова, но некто, облеченный силой.
— Страшно, — проговорил Герри и закашлялся.
Алхимик успел отскочить в сторону. И вовремя. Изо рта спасенного выплеснулась вся та же черная тягучая жидкость.
— Лич, — прошептала Мили.
— Еще нет, — в тон ей ответил Вивьен. — Но процесс обращения запущен. Ты говорила, что это невозможно. Что думаешь теперь?
Чародейка ничего не ответила. Она вжалась в шершавый ствол, словно пыталась стать с ним одним целым.
Между тем, Герри снова упал наземь — ничком, словно подкошенный. Его тело дергалось и извивалось, из горла вырывались громкие стоны.
— Больно, — прохрипел он, когда приступ закончился. — Помогите. Я больше не могу. Они ползают внутри меня. Это ужасно. За что? Они резали меня. Смотрели пустыми глазами и продолжали резать. Каждое прикосновение стали растягивалось на годы, на века. Боль. Они учили меня принимать ее и наслаждаться ею. Я кричал, молил о пощаде, но все тщетно. Они разделывали меня, словно на бойне. И сейчас это все еще продолжается. Я уже не боюсь. Боль отнимает страх. Убейте меня. Прошу вас…
В глазах Герри стояли слезы, лицо исказилось невыносимой мукой.
— Не могу я ему помочь! — кричала Мили. — Не могу! Так же, как и себе. Тут нужен не боевой маг, не лекарь, не знахарь, а самые сильные молитвы. Из уст служителя светлых богов, даже блаженного или убогого. Человека истинно верующего и облеченного силой. Ты такой? Я — нет!
— Ему надо помочь, — упрямо стоял на своем алхимик. — Не зря же его спасали. Что, получается весь риск впустую?
— Дурак, — Мили поморщилась. — Мы уничтожили их лагерь. Тебе этого мало? А ему, — она посмотрела на плачущего мужчину. — Ему мы можем помочь лишь одним способом. И чем раньше, тем лучше. Или ты хочешь проследить
— Будьте людьми, — взмолился Герри, — вы представить себе не можете эту боль. Я умер еще на тракте, когда те твари рвали моих товарищей. Все было решено уже тогда. Спасибо вам за спасение. Доведите же начатое до конца.
Вивьен вытащил стилет. Цепь он так и не нашел — та затерялась где-то среди бурелома во время взрыва.
— Давай! — выкрикнул Герри и привстал на руках, открывая незащищенную шею.
Алхимик полоснул так, словно бил наотмашь. На примятую, порядком выпачканную траву, плеснуло алым. Глаза незадачливого мага закрылись и он упал.
Вивьен все еще продолжал стоять над недвижимым телом, когда Мили бесшумно подошла сзади.
— Идем, — сказала она очень тихо, — нам нельзя здесь долго оставаться.
— Что? — алхимик выглядел растерянным.
— Идем отсюда, — терпеливо повторила девушка. — У меня очень мало сил, поэтому желательно уйти подальше. Мы и так потеряли много времени.
— Ты же говорила, что…
— Молчи.
— А он? Он мертв? — Вивьен указала на окровавленный труп. — Если превращение началось, то, как далеко оно зашло?
Мили задумалась.
— Я не в себе. Извини. Ты прав. Оставлять за спиной потенциального черного мага не стоит. Отойди.
Чародейка сосредоточилась, вытянула над Герри руку раскрытой ладонью вниз. С заметно подрагивающих пальцев потекли струи белого пламени. В тех местах, где они касались тела мага, появлялись черные расползающиеся пятна. Запахло паленым. Через несколько минут у ног девушки лежали сильно съежившиеся, обугленные останки. Вивьен, который все это время стоял рядом, готов был биться об заклад, что видел, как дергалась голова Герри, как впивались в податливую землю скрюченные пальцы.
— Мили, ты видела, что…
— Видела, — оборвала его девушка и пошатнулась. — Идем.
Алхимик подхватил чародейку под руки.
— Тебе надо отдохнуть. Ты на ногах не стоишь.
— Просто немного голова закружилась. Скоро пройдет. А если останемся, то… — девушка сглотнула. — Обещай мне одну услугу.
— Какую?
— Обещай.
— Мили, я не смогу тебя убить, — потухшим голосом сказал алхимик. — Ты же об этом хотела попросить? Извини. Ты же об этом хотела попросить?
— Ты видел, что они сделали с ним? Слышал, как это делалось?
Вивьен неохотно кивнул.
— Я не хочу. Ты слышишь?! Я не хочу подобного! — по щекам чародейки побежали слезы. — Если я хоть немного… если ты… — плач душил, проглатывал слова. — Не отдавай меня им. Пожалуйста.
— Хорошо, — прошептал алхимик, — я обещаю.
— Спасибо, — Мили улыбнулась сквозь слезы и поцеловала Вивьена в губы. — А теперь идем.
Тропа бежала под уклон, и от того идти стало легче. Девушка пришла в себя, однако ни о каких более-менее сильных заклятия не могло идти речи. Чародейка чувствовала себя, как подчистую опустошенный колодец, в который по капле вновь набиралась вода. Однако о первоначальном ее уровне впору было только мечтать. Медленно, очень медленно прибывали магические силы.