Расплата
Шрифт:
– Я доверяю тебе, Питер, – сказала Катя. – Ты ведь понимаешь это?
– Конечно, – ответил я, поглощенный желанием.
Она развязала полотенце и позволила ему упасть.
Какое-то время спустя включился кондиционер, обдувая прохладным воздухом мои обнаженные плечи и торс. Катя лежала, прижавшись ко мне, закинув на меня руку и ногу. Когда пот начал испаряться с моего тела, я вздрогнул.
– Все нормально? – спросила она.
– Все чудесно, –
– Немного ошарашена, но счастлива. Мне уже надо идти.
Моя рука поползла ниже ее талии.
– Перестань. – Катя рассмеялась, отползая от меня. – У меня собрание. – Она села в постели. Черные, как вороново крыло, волосы и смуглые соски контрастировали с мраморной кожей, по груди вились тонкие голубые жилки. – А ты как? Занят сегодня утром?
– Ничего такого, где меня не мог бы подменить Теннис.
– Тебе повезло, что он у тебя есть.
– Большую часть времени. Теннис для меня как семья, и это и хорошо, и плохо одновременно. Он все время сует нос в мои дела, и у него на все есть собственное мнение.
– Ты расскажешь ему о нас?
– Не сразу, – осторожно ответил я.
– Он знает, что вы с Дженной расходитесь?
– Я же еще не пил кофе, Катя. – Я начинаю беспокоиться о том, куда нас может завести этот разговор. – Может, нам удастся встретиться попозже, выпить чего-нибудь?
Она подумала пару секунд, прежде чем кивнуть.
– Я проверю свое расписание и позвоню тебе. – Катя поцеловала меня, выбралась из кровати и подняла полотенце с пола. – Мне, похоже, опять надо в душ.
Ее рука была на двери в ванную, когда зазвонил мой мобильник. Катя стояла справа от стола, на котором лежал телефон. Она подняла его и взглянула на дисплей.
– Это Дженна. – Катя была поражена.
Звонок продолжал разрывать тишину комнаты. Катя подтолкнула телефон ко мне, и я стал нащупывать кнопки на его ребре, пытаясь отключить его. Последовавшее молчание показалось мне очень громким.
– Мне жаль, – наконец сказал я.
– Не жалей. Мне действительно нужен был звонок, чтобы проснуться. – Катя снова обернула вокруг себя полотенце, подошла ко мне и села на краешек кровати. – «Попозже» меня не устраивает, Питер. Мне нужно точно знать, что происходит между тобой и Дженной.
– Непримиримые противоречия, – ответил я, прикидываясь хладнокровным. – По-моему, это так называется?
Одно долгое мгновение Катя выдерживала мой взгляд.
– Ты переезжаешь?
– Я точно не уверен.
– Почему?
– Потому что мы еще не во всем разобрались. – Я сел, опершись на изголовье и стараясь подобрать простыни повыше, чтобы укрыться. Одеяло было придавлено ее телом.
– Ты сказал, что вы расходитесь.
–
– Но не в том, что касается Дженны, – мгновенно отреагировала она. – Ты сказал, что между вами все кончено.
– Так и есть. – Я пытался быть убедительным. – Мы просто еще не все обговорили.
Я потянулся к ее ноге. Катя схватила меня за запястье и не отпускала.
– Отвечай на вопрос. Что ты будешь делать, если Дженна попросит тебя остаться?
– Она не попросит.
Катя еще крепче сжала мою руку.
– Но если все-таки попросит?
Я не знал, как сказать правду, и не мог осмелиться солгать. Как бы я ни хотел Катю, я и представить себе не мог, что сумею противостоять притягательности Дженны. Секунда проходила за секундой. Катя сняла мою руку со своей ноги и отбросила ее.
– Дай-ка я скажу тебе, что я думаю. – У нее дрожал голос. – Дженна сердится, а ты обиделся на нее, поэтому ты затащил меня в постель, чтобы отомстить ей и чтобы потешить свое самолюбие.
– Ты не права! – горячо запротестовала я. – Я выясню отношения с Дженной сегодня вечером и позвоню тебе завтра утром.
– Не стоит беспокоиться.
– Мы спорим попусту, – умоляюще сказал я и снова потянулся к Кате. – Дженна не попросит меня остаться.
Катя резко хлопнула меня по руке и встала, ее лицо было искажено гневом.
– Как лестно. Ты отчаянно хочешь быть со мной, но сначала тебе надо удостовериться, что жене ты больше не нужен. Что ж, позволь мне кое-что тебе сказать, Питер: я никогда не была на вторых ролях и не собираюсь начинать сейчас. Я доверяла тебе, а ты меня обманул. Я не хочу, чтобы ты звонил мне, и не хочу, чтобы ты ко мне приближался. Ты причинил мне уже достаточно боли.
36
Я поворачиваю налево у второго знака «Аэропорт Истгемптона» и начинаю медленно ехать на север по длинной, извилистой, покрытой снегом дороге. Она переваливает через железнодорожный переезд и оканчивается напротив служебного въезда в аэропорт. Ворота в аэропорт закрыты на цепь, здания за забором не освещены. Покрытый льдом знак говорит о том, что узкая улица вокруг периметра называется «Промышленный проезд». Согласно указаниям, распечатанным мистером Розье, арендуемая собственность Андрея находится вниз по улице, по правой стороне. Я медленно еду на восток, ища взглядом номера домов, и с трудом различаю тускло освещенные низкие строения, виднеющиеся сквозь густые насаждения виргинских сосен. Заметив номер здания, принадлежащего Андрею, я сворачиваю к краю дороги.