Распутанный
Шрифт:
Было адски неловко, что Эйден заметил. Стоило кому-нибудь узнать, и они отобрали бы его документы или еще что.
— Вы видите меня? — Он сглотнул. — Слышите меня?
— Да.
— Я… умер? — Произнести это слово вслух было сложнее, чем мысленно. И как фей видел и слышал то, что Сет и Райдер не могли?
Раскатистый смешок феи был почти похож на звуки арфы.
— Вряд ли. Ты… где-то в другом месте.
Жаль, его это не утешало.
— Где-то в другом месте? — Где все выглядело точно так же? — Ладно. Где я? Как я попал сюда? — Он
«Эйден», — произнес Элайджа, в его тоне чувствовалась тревога. — «У меня плохое предчувствие насчет этого».
Страх немедленно наполнил его. Плохие предчувствия Элайджи были, словом, плохими.
— Так много вопросов. — Мужчина хмыкнул и махнул рукой на стул у стола. — Присаживайся, я постараюсь ответить. После того, как ты ответишь на мои вопросы, конечно же.
То, что должно было быть обычной просьбой, для Эйдена прозвучало угрозой. И учитывая настороженность Элайджи, он подозревал, что скоро вспыхнет стычка. Он проверил оружие: на нем ничего не было, но в его ботинках были спрятаны ножи. В ботинках, которые были не на нем и которых он не мог коснуться. И он видел, что эти ботинки были… аккуратно поставлены рядом с кроватью.
— Садись, Эйден. — Два значительных, увесистых слова.
На этот раз Эйден сел, не пытаясь дотянуться до тех клинков. Он не хотел разыгрывать свой потенциальный туз, пока в этом не было крайней необходимости.
«Кровь прольется до конца этой встречи», — сказал Элайджа.
«Наша?» — спросил Калеб раздраженно и с нотками страха. — «Потому что мне нравится наша кровь, и я не хочу, чтоб пролилась хоть капля».
— Меня зовут мистер Томас, — произнес мужчина, прежде чем Элайджа ответил, мужчина прошел вперед и остановился всего в нескольких шагах от стула Эйдена. Сцепил руки за спиной и расставил ноги. Боевая поза.
Эйден хорошо это знал, поскольку сам много раз стоял так, а затем бросался на угрожающего ему человека. Сконцентрируйся. Простое, обычное имя никоим образом не соответствовало привлекательным чертам лица и, должно быть, было вымышленным. Иначе Эйден крепко и смачно расцеловал бы его прямо в губы.
— Ты хочешь получить ответы, — произнес он, гадая, на какие вопросы. — Тогда тебе придется рассказать мне то, что хочу знать я. Во-первых, как такое может быть, что мы здесь, но и не здесь? И почему я жив, но невидим?
Несколько мгновений стояла тяжелая тишина. Поначалу он даже подумал, что Томас намерен ударить его за то, что он обратил его собственную тактику против него же. С каждой проходящей секундой в его голубых глазах росла ярость. Ярость и возмущение.
Наконец, все же фей сказал:
— Люди называют это место другим измерением, хотя это истинное королевство Фэй. — Вопреки выражению его лица, слова были сказаны спокойным тоном.
Должно быть, Фэй подразумевает фей. И другое… измерение? Даже это было возможным? Как только вопрос дошел до него, он захотел закатить глаза от своей глупости. После всего, что парень недавно видел и делал,
— Так, только уточню, я не мертв?
— Эта постоянная необходимость в заверениях утомительна, слушай внимательно, потому что я не буду повторять еще раз. Ты очень даже жив. Но ты в другом измерении, поэтому люди не могут видеть и слышать тебя.
Если верить Томасу, Эйден не был призраком. Он мог вернуться к Виктории, к его друзьям.
— И ты перенес меня сюда? — прохрипел он.
— Да.
— Почему?
Еще одна напряженная пауза повисла между ними. Очевидно, получение ответов становилось похожим на выдирание зубов.
— Потому что, — наконец сказал Томас со вздохом, — я познакомился со всеми студентами, кроме тебя.
С последними словами ярость в глазах мужчины вернулась, на этот раз смешанная с отвращением.
«О, да. Прольется кровь», — произнес Элайджа, нервно вздыхая.
— От ножа? — Пожалуйста, пожалуйста, скажи, что не от ножа.
«Не знаю», — был ответ. — «Вижу только красные реки».
— Что значит «от ножа»? — потребовал Томас.
Должно быть, он не знал, что у Эйдена репутация парня, говорящего с самим собой.
— Простите. Я не с вами говорил.
— Тогда с кем ты говорил?
Вопрос, который ему задавали тысячу раз тысяча разных людей.
«Может, нам стоит. Бежать, я имею в виду», — сказал Калеб, вся его бравада исчезла. — «До того, как мы истечем кровью».
«Я с Калебом. Не похоже, что мы знаем, как сразить фею».
Внезапно Калеб захихикал, и веселье на мгновение сгладило потрясение.
«Сразить фею. Ты слышишь себя, Джулс?»
— Тише, пожалуйста, — огрызнулся Эйден, и в то же мгновение Томас зашипел.
— Не говори со мной в подобном тоне, мальчишка.
Вместо объяснений Эйден потер свои виски, чтобы предотвратить приближающуюся головную боль.
— Не было причин для знакомства со мной. Вы не будете обучать меня. — Он не мог убежать, как предложил Калеб. Куда бы он пошел? Плюс он пока не беспокоился. У него все еще были те кинжалы. Возможно.
— Нет. — Томас сделал вперед шаг, другой, остановился в раздумье. — Но я убью тебя. — Ладно. Теперь он обеспокоен. Эйден вскочил на ноги. Если Томас произнесет еще одну угрозу или сделает хоть одно движение в его сторону, парень метнется к ботинкам и атакует. Если же не дотянется до кинжалов, то побежит сломя голову, несмотря на то, что не знает, куда.
— Даже не думай о том, чтобы удрать, Хейден Стоун.
— Никто не зовет меня так. — С тех пор, как он ненароком исказил свое имя, будучи ребенком, и назвал себя Эйденом, и все остальные последовали его примеру. — Я убил последнего парня, который это сделал. Правда.
Совсем не испугавшись, Томас рявкнул:
— Сядь. Я ответил на твои вопросы. Теперь ты ответишь на мои.
Эм, должно быть, это было большое и жирное нет. Не дожидаясь второй угрозы смерти, Эйден решился. Уровень гнева феи только что поднялся на ступеньку выше.