Распутанный
Шрифт:
— И все… жаждут встречи с Эйденом, — продолжил Райли, — чтобы узнать его планы относительно клана.
Жаждут. Да, точно. «Извини, Эйден, — подумала она, подозревая, что он заартачится, услышав об этом. — Похоже, тебе придется принять удар на себя».
— Теперь, когда мы разобрались с вопросами жизни и смерти, ты должна сказать мне. Ты в порядке? — Райли бросил на нее обеспокоенный взгляд. — После всего, что ты видела… Я беспокоился.
— Все хорошо, честное слово. — И так и было. Да, на балу она видела, что для кровопийц люди не более чем живые
— Сейчас в порядке, — ответил он, и оба улыбнулись. От его улыбки она растаяла, как мороженое на солнце. Так, напомни ему об остальных вопросах жизни и смерти, тогда сможешь сконцентрироваться на чем-то еще. Например, на прочищенных миндалинах Райли. — Наверное, это хорошо, что ничего не произойдет с вампирами следующие две недели. Нам нужно посетить собрание ведьм. Точнее, Эйдену. — Брр. Она не выносила даже мысли о тех ведьмах. О том, насколько сильными они были. И насколько бездушными. О том, что она умрет в буквальном смысле, если Эйден не придет на эту встречу.
Несколько дней назад эти ведьмы наложили на них заклятие. Долбанное смертельное заклятие. Если через пять дней Эйден пропустит какую-то там встречу с ними, Мэри Энн, Райли и девушка Эйдена, Виктория, умрут.
Так просто. И так сложно.
Никто не знал, где будет проходить встреча или хотя бы где находятся сами ведьмы. Поэтому встреча с ними становилась невозможной.
Возможно, именно в этом с самого начала и заключался замысел.
Ее снова замутило…
И все же перспективы казались нереальными. Они обрекли ее на смерть, если Эйден не придет на встречу, и все же Мэри Энн чувствовал себя прекрасно. Здоровой, целостной, как будто впереди ее ждали десятилетия, а не считанные дни.
Ее сердце просто перестанет работать? Или она дурачила себя? Ничего на самом деле не произойдет, и проклятие — всего лишь шутка, предназначенная для того, чтобы запугать ее?
Она провела всю прошлую ночь, изучая информацию о ведьмах, проклятиях и способах снять эти проклятия. В зависимости от источников сведения отличались. И все равно Райли был источником, которому она верила больше всего, и он сказал, что проклятие, однажды наложенное, уже нерушимо.
Мышцы на руке Райли дернулись, возвращая ее блуждающий ум в настоящее.
— Поверь мне, я не забыл о встрече. — Его голос был невыразительным.
Чтобы она не испугалась? Поздно. Хотя перспективы и казались нереальными, она все еще была без ума от страха. Он всецело верил в силу ведьм, а значит, он искренне верил, что все в их компании скоро умрут.
— Есть идеи, где пройдет
— Еще нет, но я работаю над этим.
Так печально! Не то что бы ее расстраивал он сам, конечно нет, но ее огорчала вся эта ситуация.
— Все будет хорошо, — сказал Райли, будто почувствовав ее нарастающее расстройство. Возможно, он и чувствовал. Он читал ауры, а значит, и эмоции. — Мы со всем разберемся. Обещаю. Я не допущу, чтобы с тобой что-то случилось.
Она доверяла ему. Доверяла больше, чем кому-либо в жизни. Он никогда не лгал ей, говорил по существу, прямо и открыто, и неважно, насколько неприятно это было.
Наконец, они дошли до стены и, не подходя к воротам, остановились. Без слов Райли прыгнул на двухметровую высоту, его грациозные движения придали прыжку плавность. Усмехнувшись, он нагнулся и протянул ей руку.
Даже чтобы дотянуться до него, ей пришлось напрячь все свои силы, и, наверное, она была похожа на судорожного кролика, прыгая вверх-вниз, когда тянулась к нему. И все же в какой-то момент она сжала его пальцы, и он легко ее вытянул.
— Спасибо. За все, — сказала она, балансируя на поверхности стены. — И не хочу менять тему, но как ты думаешь, с Такером все будет в порядке?
Такер. Ее бывший парень. Они спасли его на Балу Вампиров, где он был ночной закуской.
Райли спрыгнул на землю с другой стороны. И снова движение было плавным, удар от приземления едва заметным.
— Он выживет. К сожалению, — ей показалось, она услышала нотки ревности в его голосе. — Он частично демон, помнишь? — Райли держал ее за руку и ждал. — Демоны излечиваются быстрее людей.
Она проделывала это так много раз, поэтому у нее не было сомнений; она тоже подпрыгнула. Он подхватил ее и поставил на ноги, соскальзывая, Мэри Энн прикоснулась к его красивому телу, их взгляды встретились. Ее ладони остались на его груди. Его сердце колотилось. Как и ее.
«Демон. Будто я могла забыть».
Кровь демона была единственной причиной, по которой Такер встречался с ней. Она успокаивала его, как он признался после их разрыва. Разрыва, которому он противостоял. Не потому что он любил ее, а лишь жаждал еще большего умиротворения, будто она была успокоительным. Возможно, она и была.
Иногда девушка задавалась вопросом, не потому ли Райли был с ней, что она успокаивала и его тоже. В конце концов, он был сверхъестественным существом, и одно только ее присутствие должно было заглушать жестокого, свирепого зверя в нем.
Если так, она все равно хотела быть с ним. Она уже привыкла к нему и наслаждалась его дикой природой. Но ей по-прежнему хотелось, чтобы он испытывал необходимость в ней самой, а не в том, что она делала. До сих пор. Ей всегда было бы достаточно знать, что она успокоила его, а не истощила, как свою мать.
— Выглядишь печальной, — произнес Райли, склоняя голову, словно изучая ее. — Почему?
Мысли о матери всегда вызывали грусть, но не они были причиной чувства, которое он ощутил.