Разоблачение
Шрифт:
– Именно. Там работает всего около сотни человек.
– Сто двадцать шесть, когда я смотрел в последний раз, - поправил Тони.
– Нет. Компания не может быть продана.
– Но...
– Нет.
Его баритон стал глубже.
– Передай Тиму, что я категорически против. Мне все равно, даже если кто-то предложит в десять раз больше. Я не продам.
Она потянулась через стол и нежно коснулась его руки.
– Энтони, мистер Бронсон принял несколько замечательных решений, которые помогли "Роулингс Индастриз" сохранить свои позиции. Он не верит...
Тони отдернул
– Не обращайся со мной как с ребенком. Я прекрасно сознаю, какой хаос я создал. Ответ относительно «Мак» по-прежнему отрицательный.
– Да, мистер Роулингс, я дам ему знать.
Когда ее карие глаза опустились вниз, Тони понял, каким тоном он произнес эти слова. Во многих отношениях ему это нравилось — он чувствовал себя хорошо. Он уже почти год не говорил таким тоном. Однако выражение лица его помощницы смыло мимолетную радость. Тони легонько коснулся ее руки, и она посмотрела в его сторону.
– Патриция, я очень ценю, что ты проделала весь этот путь, чтобы держать меня в курсе событий. Мне очень жаль, что я рявкнул. "Мак" имеет для меня особое значение, и я не хочу, чтобы ее продавали.
Ее глаза смягчились, когда она улыбнулась.
– Я действительно не против путешествовать. Я с радостью помогу. Надеюсь, ты знаешь, Энтони, что я сделаю все, что тебе нужно. Я рада помочь тебе не быть таким одиноким.
То, как ее темные волосы развевались вокруг лица на легком ветру, напомнило Тони о Клэр. Он сжал губы и ухмыльнулся.
– Ты была великолепна. Спасибо. Просто скажи Тиму, что я сказал "Нет" насчет "Мак". Если он захочет обсудить это дальше, то сможет, когда снова приедет.
– Скажу и могу приходить сюда почаще, если захочешь. Я имею в виду, что мне не нужно всегда летать. Это всего лишь пять часов езды. Я могу приехать и остаться на ночь. Я читала, что в теплое время года посетители могут приходить по субботам и воскресеньям.
Тони покачал головой.
– Я бы никогда об этом не попросил. У тебя есть работа, требовательный начальник и своя жизнь. Тебе не нужно тратить целый уик-энд в Южной Дакоте.
Она снова протянула руку. Они оба читали правила посещения. Прикосновение ограничивалось началом и концом каждого визита. Правила должны были соблюдаться, иначе посетителю будет запрещено приходить, а заключенного накажут.
– Прямо сейчас я все еще помогаю мистеру Вандерсолу лучше познакомиться с "Роулингс Индастриз".
– Брент сказал, что у него все хорошо.
– Ты действительно не против, чтобы он там работал?
– Не против, - его голос стал глубже.
– Не позволяй нашему прошлому влиять на твое мнение. Ты много знаешь о компании, и ему не помешает твоя помощь.
Патриция пожала плечами:
– Если ты этого хочешь. А как насчет того, что было в прошлом году?
Брови Тони поднялись.
– Посылки, за которыми ты мне сказал следить, адресованы Роулз-Николс?
– Что на счет них?
– А разве мистер Вандерсол должен это знать?
– Нет, - ответил Тони.
– Почему ты вообще спрашиваешь?
– Ну, он задает много вопросов. Интересно, поможет ли это ему понять, что произошло?
Тони не был уверен, к чему все это приведет.
– Что ты имеешь
– Ты беспокоился о посылках и сказал, что не хочешь, чтобы они напугали миссис Ролингс, затем она ушла. Я только подумала....
– Ну, нет.
И снова ее взгляд упал на колени.
– Все кончено. Джон не должен знать об этом, и тебе не нужно беспокоиться об этом.
Патриция закрыла глаза и глубоко вздохнула.
– Я люблю запах весны.
Тони согласился.
Когда их время истекло, Патриция снова коснулась его руки.
– Я имела в виду то, что сказала. И я не думаю, что мой босс слишком требователен. Это не требует от меня никаких усилий.
– Спасибо. Я не требую и не прошу. Не беспокойся обо мне.
– Но я беспокоюсь, Энтони. Беспокоюсь.
Глава 18
Брент
– Неудивительно, что правда более странна, чем вымысел. Фантастика должна иметь смысл.
Марк Твен.
Июль 2015
Казалось, прошла целая жизнь, и вот наконец настало время для вступительных слов на суде над Кэтрин Лондон. Тони уже больше года отбывал наказание за свои преступления, и ее дело наконец-то предстало перед судом. Не то чтобы не было досудебных ходатайств - были. Адвокат Кэтрин подал почти все возможные иски. Они просили изменить место проведения, но безрезультатно. Они подавали одно возражение за другим против улик и свидетелей. Было множество свидетелей-экспертов, которые должны были дать показания в пользу обвинения. Адвокаты Кэтрин бросили возражения каждому из них. В какой-то момент они даже попытались снять обвинения. С тех пор как суд присяжных собрался и нашел предполагаемую причину, вероятность снятия была невелика; тем не менее, они дали шанс. Казалось, что ее адвокаты следуют руководству о том, как отложить судебное разбирательство, и проверяют каждый угол.
Досудебное ходатайство подала не только защита. Обвинение подало ходатайство о выдаче ордера на неразглашение. Казалось, Кэтрин не имела ничего против того, чтобы рассказать миру о своей грязной истории, однако ее история принадлежала не только ей. Приказ о неразглашении на ее суде был частью соглашения Тони о признании вины. Он утверждал, что обнародование информации о ее судебном процессе негативно скажется на тысячах и тысячах рабочих. Хотя формально дискредитация и клевета считались гражданскими обвинениями, будучи частью его признания вины в сочетании с его показаниями под присягой против Кэтрин, ордер был удовлетворен. Пока Брент, Кортни, Эмили и Джон сидели и готовились выслушать вступительное заявление правительства, Брент боялся того, что они все узнают. В конце концов, задача правительства-доказать вину. Из того немногого, что Брент знал об этом деле, они сделали свое домашнее задание.