Разоблачение

Ромиг Алеата

Заключенные смотрели на толпу из-под прикрытых век. Ближе к середине толпы Брент увидел Тони, его выдавал рост, и заметил, что, как только Тони заметил своих друзей, его походка изменилась. Он больше не смешивался с толпой, слегка склонив голову и шаркая ногами. Через мгновение он уже уверенно шагал своей привычной походкой. Хотя последнее заставило Брента улыбнуться, сердце его сжалось при виде друга.

Тони протянул руку, но прежде чем Брент успел пожать ее, Кортни вскочила со своего места и заключила Тони в быстрые

дружеские объятия.

– Как у тебя дела?- спросила она самым веселым голосом.

– Я в порядке. Ты как?

Брент пожал Тони руку, прежде чем тот занял свое место.

– У нас есть новости, - предложил Брент.

Тони кивнул.

– Я уже видел. Сегодня утром в "Уолл-Стрит Джорнэл" появилась статья.

Он закатил глаза.

– Это так мило с их стороны, что они разъяснили всему Уолл-стрит связь между мной и Натаниэлем.

Брент глубоко вздохнул.

– Я надеялся, что ты еще не видел. Имей в виду, что это не было против вас. На самом деле, они сделали большой акцент на том, как «Роулингс Индастриз» была тщательно изучена и вышла чистой.

– Я бы предпочел избежать любой огласки, особенно связанной с Кэтрин.

– Теперь они добавляют Роулз к ее имени. Я имею в виду репортеров, - добавила Кортни.

– Разве это не здорово?
– спросил Тони.
– Что она собирается с этим делать? Пять пожизненных сроков в тюрьме, но она наконец-то получает обратно имя моего деда. Ха!
– Тони заставил себя рассмеяться.
– Подумай о тех жизнях, которые можно было бы спасти, если бы они оказали ей такую честь много лет назад.

Кортни протянула руку и коснулась руки Тони.

– Все кончено. Все кончено.

Его темные глаза затуманились.

– Не раньше, чем через тридцать четыре месяца.

– Знаю, что я здесь сегодня как друг, а не как твой адвокат, - сказал Брент, - Но позволь напомнить, что ты будешь проходить проверку меньше чем через год, а потом каждые полгода. Всегда есть шанс, что срок может уменьшиться.

– И я могу сойти с ума, а может, и хуже.

– Не говори так, Тони, - сказала Кортни.

Когда Тони улыбнулся ей, она склонила голову набок и спросила:

– Что?

– Наверное, это глупо, но никто здесь меня так не называет. Мне кажется, я скучаю по этому.

– Ну, Тони, - сказала она, подчеркивая его имя, - Чего еще тебе не хватает? Что мы можем сделать, чтобы сделать это лучше?

Хотя выражение его лица не изменилось, Брент заметил искорку чего-то в глазах Тони: узнавания или связи, какой он не видел уже давно.

– Что? О чем ты только что подумал?

Тони покачал головой.

– Черт, неужели меня так легко прочитать? Раньше я таким не был.

Он замолчал и посмотрел на Кортни.

– Не могу передать, как много значили для меня твои письма, особенно фотографии. Спасибо.

– Конечно, я с удовольствием это делала.

Николь прекрасна. Ты должен гордиться.

– Я горжусь.

– Тебе есть чем гордиться, - заметил Брент.

– Спасибо.

Его взгляд остановился на Кортни.

– Не могу себе представить, чтобы у меня не было твоих визитов и писем. Вот кто ты есть и всегда будешь. Спасибо, что уделила мне время. Я хотел бы знать, должен ли продолжать писать тебе домой или мне следует отправлять письма на почтовый ящик в Чикаго?

Брент повернулся к жене и увидел, как краска отхлынула от щек Кортни.

– Какой почтовый ящик?
– спросил он. Повернувшись к Тони, он продолжил свой вопрос: - О чем ты говоришь?

Тон Тони был мягким, почти печальным.

– Спасибо, Кортни. Спасибо, что ты Джей Файндс.

Слезы покатились из ее глаз, когда Кортни попыталась сохранить спокойствие.

– Кто-нибудь, объясните мне, что происходит, - приглушенно потребовал Брент.

– Т-ты не злишься?
– спросила Кортни.

Тони покачал головой.

– Возможно, так бы и было, но не сейчас. Я не только не злюсь, но и счастлив. Тогда я ее подвел. Я не понимал, как это ужасно... и это место лучше, чем то, где она была. Я так рад, что ты ей помогла.

Кортни глубоко вздохнула, пытаясь подавить рыдания.

– Я никогда не хотела лгать тебе ...
– она повернулась к Бренту.
– Ни одному из вас. Но я не могла... я просто не могла...
– ее голос затих, и она опустила лицо.

Температура в комнате повысилась в геометрической прогрессии: Брент и Тони зашли так далеко. Это действительно было похоже на то, что они были друзьями, связанными, как никогда раньше. Правильно ли оставлять обман между друзьями? Или истина отделит то, что в конце концов укрепилось?

– Я не собираюсь лгать тебе, Тони, - признался Брент.
– Я знал об этом. Я не знал ни имени, которое она использовала, ни адреса, но я знал и поддерживал Кортни... и Клэр.

Тони откинулся назад.

Когда Брент потянулся к руке Кортни, он увидел вопрос во влажных голубых глазах жены. Глубоко вздохнув, Брент продолжил:

– Ты признался нам во всем. Думаю, пришло время признаться тебе во всем. Просто пообещай мне, что ты не будешь расстраиваться из-за Клэр.

Брови Тони сошлись на переносице.

– О чем ты говоришь? С чего бы мне расстраиваться из-за Клэр, что ты написал ей в тюрьму?

Они как будто смотрели, как загорается лампочка. Искра понимания зажгла огонь в его глазах, и голос Тони наполнился эмоциями.

– Это был ты... О Боже. Это ты ее освободил.

На этот раз он был единственным, кто отвел взгляд.

– Тони?
– взмолилась Кортни.
– Это было не против тебя. Это было для нее.

Сначала Тони только покачал головой, но когда он обернулся, его глаза были красными.