Реализация
Шрифт:
– Ну и заинтриговал ты меня, начальник, — засмеялся он, подходя ко мне. — Я к тебе, как на свидание к барышне, спешил. Даже на пятнадцать минут раньше примчался.
– Хорошо хоть букет не купил, — поддержал его настроение я и тут же добавил:
– Шутки в сторону, Архип. Разговор предстоит серьёзный. В общем, вышел на меня человек из «Мужества»… — Я вкратце поведал чекисту всё, что услышал от Шакутина, в том числе передал и его просьбу.
– Думаешь, не брешет этот Лев Семёнович? Не втирается таким макаром
– Ну, он же себе не место в ГПУ просит. На долгую и продуманную игру это не похоже. Слишком тонко, да и вряд ли вы доверите ему потом что-то серьёзное. Скорее всего, человек действительно устал скрываться.
– Ладно, твоё мнение учту. А насчёт того, что среди наших, в губернии, есть «контра» — он как, не заливал? — уставился на меня Жаров.
– Пока что его слова у меня сомнений не вызвали.
Архип задумался, снял кожаную фуражку и почесал затылок.
– Задал ты мне задачку, Георгий. Получается я даже Кравченко об операции ничего доложить не могу.
– Придётся действовать на свой страх и риск. Я тоже информацию наверх пока попридержу.
– Кравченко меня потом со всеми потрохами съест, — вздохнул чекист.
– Если возьмём Каурова, а через него узнаем, что за крот засел в ГПУ — не съест, — заверил я. — Только надо аккуратно всё разыграть, как по нотам.
– Уломал, начальник! Под монастырь из-за тебя иду! — снова развеселился Жаров.
– Вместе идём, — кивнул я.
Глава 20
Глава 20
На операцию я взял только тех, кому стал доверять: Леонова, Бекешина и Юхтина: двое последних из кожи вон лезли, чтобы показать — моё первоначальное мнение о них ошибочное, и что они хорошие милиционеры.
По линии ГПУ Архип привёл ещё пятерых. На немой вопрос — а можно ли им доверять, пояснил:
– Не переживай, милиция, товарищи проверенные на деле и не раз. В сношениях с бандитскими элементами не замечены, да и вообще: за каждого ручаюсь головой.
– Надеюсь, Кравченко ничего не сообщил?
– Обижаешь, Георгий! Мы же договорились! — замигал от удивления Жаров.
– Прости, Архип. Сам должен понимать: если наверху «течёт», результатов сегодня будет с гулькин хрен.
– Течёт — это в смысле, если кто-то на контру работает? — уточнил Архип.
– Да.
– От тебя впервые слышу, когда так говорят об этом. Надо взять на вооружение. Не возражаешь?
– Какие могут быть возражения? — Я в очередной раз употребил словечко из прошлого лексикона и теперь раскаивался за это.
Хотя, вроде, Жаров ничего такого не заподозрил.
Прежде чем выработать план, как будем брать боевиков Каурова, съездили на место: посмотреть, что из себя представляет этот склад, и как он охраняется.
– Сам понимаешь, Георгий, продовольствие — штука стратегическая, из-за нехватки
– Эскадрона у Каурова нет. Но раз планируют диверсию, значит, уверены в своих силах и знают, как это сделать. Давай искать слабые места в охране, — заявил я.
Внутрь на территорию складов заходить не стали нарочно. Ни к чему привлекать к себе лишнее внимание. Вдруг среди чоновцев, нёсших охрану на объекте, есть засланный «казачок», его может насторожить одновременный визит начальника городской милиции и ГПУ. И тогда сегодняшнее нападение не состоится.
Сами склады располагались недалеко от реки, в низине. Хорошо знавший округу Жаров повёл меня на холм, откуда вся территория виднелась словно на ладони.
– Видишь, вот там пост и вот там, — показывал чекист. — Хрен прорвёшься. Я что-то даже засомневался в твоём Шакутине. Может, он специально нам голову морочит? Пока мы здесь на боевиков засаду готовим, те нападут в другом месте…
– Нет, Шакутин говорил вполне убедительно. Да и смысла ему врать я не вижу. Просто Кауров нашёл какую-то брешь, которую мы пока не выявили.
Я внимательнее всмотрелся на живописный вид, раскинувшийся почти под ногами. Несколько строений из потемневшего от времени кирпича, солидный забор с пропущенной поверху колючкой. Пара пустых телег у КПП: кто-то приехал за грузом.
– Ночью за мукой могут приехать? — спросил я.
– В хлебопекарне ночью самая работа. Только муку отпустить будет некому: склад закрывается.
– Что если склад подожжёт кто-то из своих… Ну, завхоз, грузчики…
– Вряд ли. Если Шакутин не соврал насчёт ночи, здесь никого кроме охраны не будет.
– То есть нападение…
– Именно.
Меня немного напрягала близость склада к речке. От причала до стены было практически рукой подать. Ну да, зерно могут привозить не только по суше. Однако сам причал выглядел неважно. Даже отсюда я видел провалы в деревянном покрытии. Неужели никто не заменяет сгнившие доски? Разруха разрухой, но не до такой же степени.
К тому же за всё время, пока мы тут находились, к причалу не пристала ни одна баржа, да и людей поблизости не появлялось.
– Архип, — позвал я.
– Чего?
– Скажи, почему причал выглядит заброшенным?
– Так его и в самом деле забросили. Река в этом месте обмелела года три назад. Ни одна баржа теперь пристать не может.
– И как охраняются подступы к речке?
Он задумался.
– Ну, часовой время от времени делает обход.
– Всего один часовой? — поразился я.