Реликт
Шрифт:
После Энни сообщила, что ее родители наконец-то приняли факт, что она любит «этого чертова русского», так что теперь мы можем проводить вместе много времени безо всяких танцев с бубном и минивэном.
— Это замечательно, — сказал я, — меня порой бубнеж автокинотеатра бесил.
Мы уже собирались спланировать совместную субботу, когда у меня вдруг зазвонил телефон.
— Алло?
— Привет, Владислав, — раздался в трубке голос Евы Леринц. — Завтра загляни на базу. Генетики накопали кое-что интересное.
Парадокс природы
Я приехал на базу только к обеду.
Сам комплекс великоват для того контингента, который тут работает и живет: всего человек сто, и много неиспользуемых кабинетов. Вероятно, задел для расширения.
— Я к Еве Леринц, — сказал я внутреннему охраннику.
— Двести три.
— Двести три чего?
— Второй этаж, налево по коридору, третья дверь.
— Вот так бы сразу, спасибо. А то двести три да двести три…
Охранник малость обиделся:
— Стандартный способ нумерации кабинетов в любой больнице или в НИИ, между прочим!
Я вообще-то не был в больнице ни разу в жизни, но говорить этого охраннику не стал: мало ли какой у него уровень допуска.
В нужном кабинете я Еву не нашел, зато там сидят Рик, Морти и еще какая-то девица в белом халате.
— Привет, — сказал я, — а где Ева?
— Привет, — ответил Рик. — Ева занята, но тебя интересует отчет генетиков, да? Вот его-то мы и обсуждаем.
— Да, именно он меня и интересует.
— Садись тогда. Это Саммер, — представил он девицу, — наш специалист по ксенобиологии.
— Очень приятно, — сказал я. — Так что там по моим предкам?
— Отчет вот, на столе. Сам прочтешь?
— Да ты издеваешься? Кто-то может его изложить простыми словами?
— Без проблем. Саммер, давай ты.
Саммер взяла планшет с бумагой и маркер и принялась чертить схему.
— Смотрите, — сказала она мне, не переходя на «ты», — надсемейство гоминоидов состоит из двух семейств, это гиббоновые и гоминиды. Гоминиды делятся на подсемейства понгинов — это орангутаны — и гомининов. Гоминины делятся на трибы гориллини, куда входят гориллы, и гоминини, куда входят люди и шимпанзе. Специалисты научно-исследовательского института, которому мы поручили исследование образца крови, изначально предположили, что образец принадлежит межвидовому гибриду гориллы и какого-то другого существа, в частности, некоторые фрагменты ДНК совпали с таковыми у гориллы. После того, как мы заверили их, что кровь не принадлежит «гибриду», выведенному нами, доктор-генетик, руководивший исследованием, сказал, что остается только один вариант — неизвестный науке вид, родственный горилле примерно настолько же, насколько горилла родственна человеку. Возможно, индивид с дичайшими мутациями. При этом он исключил взаимосвязь с понгиновыми. Таким образом, вы, по всей видимости, входите в подсемейство гомининов, вопрос только в трибе: толи это триба гориллини, то ли третья, неизвестная науке.
— И тут забавный новый вопрос наклюнулся, — сказал Морти.
— Какой?
— Гориллы — стопроцентные вегетарианцы. Шимпанзе — преимущественно вегетарианцы, мясо едят редко и мало. Человек — самый хищный из всех гоминоидов, может быть как полным вегетарианцем, так и иметь в рационе много мяса,
— Ну, я ем мороженое, шоколад, некоторые другие сладости. Пью сладкий чай, могу съесть яблоко, апельсин там. Они на вкус мне довольно приятны. Прочую растительную пищу употребляю зачастую только в компании людей, больше для маскировки, у нее питательность низкая и вкус… так себе. Основа моего рациона — мясо.
— Употребления не-мяса просто не питательно или имеет побочные эффекты? — уточнил Рик.
Я пожал плечами:
— Для меня естественно есть плоды и ягоды в дополнение к мясу, из них я получаю витамины. Всю остальную растительную пищу я ем в небольших количествах для маскировки. Последствий не бывает. Пару раз за последнее тысячелетие мне приходилось некоторое время выживать на сухарях, воде, каше — сильно оголодал в итоге, хотя при таком же питании человек чувствовал бы себя вполне сыто. Для меня все это недостаточно питательно, я нуждаюсь в мясе.
— Да уж, интересная проблема. Получаем картину, при которой некий вид гоминидов в какой-то момент резко переключился на мясо. Было бы не резко — ты должен был бы быть ну очень дальним родственником человека и гориллы, а получается, что ты нам ближе, чем гиббоны и орангутаны.
Тут дверь открылась и вошла Ева.
— О, вот и ты, Владислав. Уже обсудили отчет?
Я кивнул.
— Обсудили. Какой теперь следующий шаг?
— По твоей проблеме — мы сейчас подыскиваем кандидатуру ученых, которых привлечем к исследованию. Нужны такие, кому мы сможем доверить секретные данные. После того, как таких найдем — уже они будут говорить нам, какие шаги нужно предпринять. А по нашей теме — у нас есть идея, как ты можешь принести практическую пользу уже сейчас.
— И как же?
— Ты будешь «условным андроидом», учебным противником для группы захвата. Тебя «брала» та же команда, что и андроида, бойцы сказали, что ты доставил больше хлопот, даже несмотря на то, что на тебя лучше подействовал электрошок. Раньше мы для тренировок использовали профессионального борца громандного роста и веса, он очень силен, но это не то же самое, что андроид, такой же сильный, но меньше и подвижнее.
Я приподнял брови в характерном человеческом жесте.
— А зачем это надо? Вы же с первым не церемонились.
— Пришлось. Мы-то очень хотим взять следующего в функционирующем состоянии, но на него не действуют почти никакие нелетальные средства. Сеткомет у нас был в прошлый раз, но андроид оказался предусмотрительным, у него был тактический нож, с виду обычный карманный ножик, но сетку он им разрезал только так… Мы планируем захват с применением грубой силы, так что учебный противник с сопоставимыми способностями будет очень кстати.
С группой захвата я познакомился в тренировочном зале.
— Так это вы те самые ребята, которые научили меня ненавидеть электрошокеры? — с легкой ухмылкой спросил я у лидера, крепкого парня военной наружности по имени Лесли с кодовым «Бык».