Ревность
Шрифт:
Шон не поднимала глаз, смущенная тем, что Робин ее жалеет. К ее облегчению, снаружи послышались шаги Ивена.
– Вы уже готовы? – спросил он.
– Через минуту, Ивен. – Робин положила в ладонь Шон румяна, крем и карандаш для ресниц. – Не увлекайся, – посоветовала она. – На самом деле ты во всем этом не нуждаешься.
Ивен поймал лягушку у ручья. Желтую, с выпученными глазами. Он убил ее и положил в ловушку в надежде поймать крысу.
Все они, впятером, потратили остаток утра на ловлю насекомых для эльфов. Они разделились, и Шон обрадовалась, увидев, что Дэвид и Мег пошли в разных направлениях. Они наполняли легкие пластиковые пакеты сверчками
В полдень ловушка все еще была пуста. Крысы, которыми кишели окрестности их лагеря всего две недели назад, куда-то исчезли. Никто не мог припомнить, чтобы встретил хотя бы одну за последнее время.
Они сидели за столом и делили остаток сыра. Они не завтракали, на ланч каждому достался ломтик заплесневелого, похожего на резину сыра. Больше у них ничего не осталось.
Шон ухитрилась сесть за стол напротив Дэвида. Она загримировала круги под глазами, подновила румянец, привела в порядок волосы. Поймала себя на том, что позирует, стремясь привлечь его внимание. Она вспомнила, что вела себя подобным образом в старших классах школы. Желая обратить на себя внимание одного мальчика, который даже не подозревал о ее существовании, она пускалась во все тяжкие, хотя не знала, что стала бы делать, если бы он и впрямь положил на нее глаз.
Только один раз ей удалось заглянуть в глаза Дэвида, перехватив его взгляд, адресованный Мег, сидевшей за столом рядом с Шон, слева от нее. Дэвид и Мег дурачились, смеялись, флиртовали. Что чувствует Дэвид теперь, когда Мег призналась ему, что думает только о том, как бы с ним переспать? Что должен чувствовать в такой ситуации любой мужчина, особенно если его до этого три года держали на голодном пайке?
После ланча они пошли по тропинке, ведущей к речке, пока не приблизились к «кафедральному собору». Они тихо стояли в кустах, глядя на дерево, которое должно было их накормить.
– Пойду попробую, – сказала Шон. Ей хотелось первой взобраться на дерево и почувствовать себя членом семейства ревунов.
Она медленно подошла к дереву, сложенный пластиковый пакет торчал у нее из кармана шорт. Обезьяны подняли крик. Они орали так громко, что у Шон появилось искушение зажать уши руками. Хорошо еще, что они не кидались. Они уже немного привыкли к людям и ревели скорее по привычке, чем от испуга.
Шон обошла дерево кругом, оставляя следы на мягкой земле. Она насчитала двадцать три обезьяны и тысячи фиг. Она сужала круги, пока не приблизилась к массивному стволу настолько, что уперлась в окружавшую его занавесь, сотканную из надземных корней дерева. Несмотря на оглушительность, шум, поднятый обезьянами, казался Шон прекрасным.
Она подняла голову. Первая ветка, пригодная для того, чтобы на нее взобраться, располагалась в паре футов над ее головой. Значит, влезть на нее будет нетрудно. А дальше еще легче. Сеть крепких ветвей, радиально расходящихся от ствола, казалась неплохой лестницей. Чтобы добраться до плодов, нужно было пройти совсем небольшое расстояние вверх и в сторону.
Она вернулась к группе зрителей.
– Кажется, задача нетрудная, но мне понадобится поддержка. – Она взяла Дэвида за руку и легонько потащила его по направлению к дереву. – Пойдем со мной. Ты немного повыше, чем Ивен. – Ее голос дрожал. Ей стоило больших усилий разговаривать с собственным мужем.
Дэвид поднял ее, держа за ноги и игнорируя ее предостережение не перенапрягать мышцы спины. Через секунду она уже поравнялась с веткой. Шон ухватилась и повисла
– Как там наверху? – крикнул Дэвид, стараясь перекричать обезьян-ревунов.
– Отлично! – крикнула она в ответ, хотя чувствовала себя неуютно, очутившись в мире ревунов, но не обладая их преимуществами: знанием территории и подвижностью. Она осторожно встала на ноги, перебралась на другую ветку и стала передвигаться по ней от ствола. Ревуны внезапно затихли, наблюдая за ее действиями. Огромная гроздь пурпурных фиг висела перед ней на расстоянии, не превышавшем ярда.
Один из ревунов приблизился к той же грозди и остановился в нескольких футах от нее. Его мордочка была морщинистой и темной, шерсть – светло-коричневой. На плече ревуна виднелись два белых гнезда личинки овода. Бедное животное, подумала Шон. Ревун открыл рот, образовав правильную, очерченную розовым цветом букву О, и закричал вполсилы. Затем он присел и стал наблюдать за Шон, следуя за каждым ее движением взглядом мягких карих глазок.
Шон нагнулась вперед вдоль ветки и начала срывать фиги и складывать их в пакет. От одного прикосновения к спелым ягодам у нее потекли слюнки. Наполнив пакет, она соскользнула на соседнюю нижнюю ветку. Когда Шон двинулась по ней, направляясь к стволу дерева, она увидела змею, не более чем в двух ярдах перед собой. Змея злобно напряглась и, поблескивая языком, ожидала следующего движения Шон. Черно-желтая, окаймленная красной лентой, змея была прекрасна. И ядовита. Шон замерла на несколько минут, боясь пошевелиться, боясь даже позвать на помощь. Шон знала, что Дэвид находится внизу прямо под ней, готовый помочь ей слезать с дерева, но страшилась вымолвить слово.
– Шон? – позвал ее Дэвид.
Она молчала. Кровь пульсировала у нее в ногах, там, где они обхватывали ветку.
– О Боже! – воскликнул Дэвид. – Ивен!
Шон услышала шаги Ивена, бегущего через полянку к дереву, но не смотрела на него. Она не могла отвести глаз от змеи.
– Не шевелись, Шон, – сказал Ивен, как будто она могла сделать что-нибудь другое. – Отсюда она похожа на коралловую змею.
Шон едва заметно кивнула головой, не в силах отвести взгляд от черных круглых глаз своего врага.
– Двигайся назад, – приказал Ивен. – Очень медленно. Ветка тебя выдержит. Когда окажешься на безопасном расстоянии, соскользнешь с дерева, а мы тебя поймаем. Поняла?
Шон кивнула. Змея угрожающе зашипела, как только Шон шевельнулась. Свернутое в кольца тело змеи, как бы инкрустированное драгоценными камнями, обвивалось вокруг толстой ветки дерева и выглядело обманчиво апатичным – все, кроме напряженной головы.
– Еще немножко, детка, – подбадривал ее Ивен. Краем глаза Шон видела, как Ивен внизу под деревом передвигается вровень с ней.
Кора немилосердно царапала ноги Шон.
– Кажется, я отползла достаточно далеко, – тихо сказала она, надеясь, что Ивен ее слышит. Шон удалилась от змеи настолько, что уже не видела раздвоенного язычка, что ослабляло чувство опасности.
– Кидай пакет, – скомандовал Ивен.
Она так и сделала. Пакет упал на землю далеко не сразу, земля показалась Шон бесконечно далекой.
– Медленно перемещайся вниз, – сказал Ивен. Шон наклонилась вперед, чтобы обхватить ветку руками, и опустила вниз правую ногу. Змея могла броситься на нее в любой момент. Если это случится, она прыгнет. Лучше рискнуть костями, чем подвергнуться укусу ядовитой змеи.