Революция муравьев

Вербер Бернард

Но пирамида-то оставалась. Даже если речь шла о простом совпадении, странно умереть от укуса осы у подножия самовольно возведенной в самом центре охраняемого леса пирамиды.

Полицейский поблагодарил судебно-медицинского эксперта за его расторопность и вышел на улицу, наморщив лоб в раздумье.

– Добрый день, месье!

Трое молодых людей подходили к нему. Максимильен узнал среди них Гонзага, племянника префекта. Лицо его было покрыто синяками и кровоподтеками, на щеке виднелся след от укуса.

– Ты подрался? –

спросил полицейский.

– Немножко! – воскликнул Гонзаг. – Мы набили морды целой банде анархистов.

– Ты продолжаешь интересоваться политикой?

– Мы входим в состав Черных Крыс, авангард молодежного движения нового ультраправого направления, – уточнил другой мальчик, протягивая ему листовку.

«Иностранцы, долой!» – прочел полицейский и пробормотал:

– Понятно, понятно.

– Наша проблема в том, что нам не хватает оружия, – поведал третий соратник. – Был бы у нас хромированный револьвер, такой, как у вас, месье, многое стало бы «политически» проще для нас.

Максимильен увидел, что его перевязь высовывается из-под распахнутого пиджака, и быстро застегнул пуговицы.

– Ты знаешь, револьвер ничего не значит, – заметил он. – Это только инструмент. Что важно – это мозг, он контролирует нерв на кончике нажимающего на спуск пальца. Очень длинный нерв...

– Ну, не самый же длинный, – прыснул один из троих мальчиков.

– Ладно. До свидания, – заключил полицейский, решив, что таков, наверное, «молодежный юмор».

Гонзаг задержал его.

– Месье, вы знаете, мы – за порядок, – убежденно произнес он. – Если однажды вам понадобится помощь, не сомневайтесь, подайте нам знак.

Гонзаг протянул полицейскому визитную карточку, которую Максимильен опустил в карман.

– Мы всегда готовы помочь полиции, – еще раз крикнул ему лицеист.

Комиссар пожал плечами. Времена менялись. В молодости он никогда бы не позволил себе окликнуть полицейского, настолько эта должность внушала ему почтение. А эта совершенно неподготовленная молодежь вызывается поиграть в добровольных сыщиков! Он ускорил шаг, торопясь к жене и дочке.

На главных улицах Фонтенбло суетился народ. Мамаши толкали коляски, нищие требовали монеток, женщины везли тележки с продуктами, дети прыгали на одной ножке, усталые после трудового дня мужчины спешили домой, люди рылись в вонючих, переполненных по случаю забастовки мусорных баках.

Этот запах тухлятины...

Максимильен зашагал быстрее. В стране действительно не хватало порядка. Человеческие существа рассыпались во все стороны, безо всякой организации, не имея никакой общей цели.

Как леса завоевывали долины, так и хаос воцарялся в городах. Полицейский подумал о том, что у него прекрасная профессия, целью которой является уничтожение сорняков, защита больших деревьев, выравнивание высоких. В общем-то работа садовника. Поддерживать порядок в жизненном пространстве, добиваясь максимума чистоты и безопасности.

Придя

домой, полицейский покормил рыбок и заметил, что самка гуппи разродилась и теперь гонялась за своими мальками, пытаясь их сожрать. В аквариуме не существует морали. Некоторое время он созерцал пылающие дрова в камине, потом жена позвала его ужинать.

Меню вечера: свиная голова под соусом с зеленью, уксусом, чесноком и яйцами и салат из цикория. За столом говорили о вечно неблагоприятных прогнозах погоды, о вечно дурных политических новостях, порадовались тем не менее хорошим оценкам Маргерит в школе и чудесной кухне мадам Линар.

После еды, пока жена убирала грязные тарелки в посудомоечную машину, Максимильен попросил Маргерит объяснить ему, как играть в эту странную компьютерную игру, которую она ему подарила на день рождения, в «Эволюцию». Дочь ответила, что должна закончить с домашним заданием. Будет проще, если она установит ему другую игру: «Личность».

«Личность» – это программа, способная выстраивать фразы, как будто она поддерживает беседу. Фразы произносятся затем звуковым синтезатором и передаются двумя динамиками, расположенными по бокам экрана. Маргерит показала отцу, как запустить программу и ушла.

Полицейский уселся перед гудящим компьютером. На экране показался большой глаз.

– Мое имя Личность, но вы можете назвать меня так, как вам понравится, – объявил компьютер через маленькие динамики. – Хотите поменять мое имя?

Развеселившись, полицейский пригнулся к встроенному микрофону.

– Я дам тебе шотландское имя: Мак-Явель.

– Отныне я – Мак-Явель, – произнес компьютер. – Чего вы хотите от меня?

И глаз циклопа похлопал своим веком.

– Чтобы ты научил меня играть в игру «Эволюция». Ты ее знаешь?

– Нет, но я могу подключиться к ее инструкции по применению, – ответил одинокий глаз.

Перелистав несколько файлов, видимо, для ознакомления с правилами, глаз Мак-Явеля превратился в маленькое окошечко в углу экрана и запустил игру.

– Надо начать с создания племени. Программа Мак-Явеля была не просто инструкцией к игре «Эволюция». Это был настоящий помощник. Он подсказал полицейскому, куда поселить виртуальное племя – лучше рядом с виртуальной рекой для того, чтобы иметь в распоряжении виртуальную пресную воду. Деревня не должна располагаться ни слишком близко к берегу моря (это поможет избежать пиратских нападений), ни слишком высоко в горах (тогда торговые караваны смогут легко проходить через нее).

Максимильен слушал советы Мак-Явеля, и вскоре на экране появилась маленькая деревня, представленная в перспективе и объеме, с соломенными крышами, над которыми поднимались прямые столбики дымка. Маленькие, хорошо нарисованные жители входили в двери и выходили из них, видимо произвольно прерывая произвольные занятия. Все было очень похоже на правду.