Рикошет
Шрифт:
Он был начеку. Она это почувствовала и сказала:
— Здесь больше никого нет, если вы об этом думаете. Я должна поговорить с вами наедине.
— Чей это дом?
Впервые он видел ее с распущенными волосами. Когда она двигала головой, волосы гладили ей плечи.
— Друга.
— Вашему другу пора сделать в нем ремонт.
— Он давно здесь не живет. Он разрешил мне пользоваться этим домом в обмен на то, что я буду иногда его проветривать.
Дункан кивнул, словно ее слова все объясняли. На самом деле они ничего не объясняли, а только порождали новые вопросы. Но эти вопросы пока подождут. Им и так есть о чем поговорить.
— Ладно, я попался на удочку и пришел. Чего вы хотите?
— Дункан, дело не в том, чего я хочу, а в том, что мне нужно. Ваша помощь. Я в отчаянии.
Когда она назвала
— Значит, мужу пришлось наврать.
— Нет. Ваш звонок его расстроил. Он уехал в загородный клуб. — Заметив его удивление, она пояснила: — Там сегодня играют в покер многие его коллеги, и окружной прокурор в том числе. Като уверен: завтра все узнают, что меня опять допрашивали в полиции. Он хочет показать, что нисколько не встревожен. Сам он мне этого не сказал. Просто я знаю, о чем он думает. В общем, он уехал. Я дождалась, когда миссис Берри уйдет домой, и позвонила вам.
— И заманили меня в дом Бу Рэдли [17] . С какой целью?
— Вы не уберете пистолет?
— Нет.
— Я не сделаю вам ничего плохого.
Вот только лишишь работы, подумал он. И карьеры. И хорошей репутации.
— Вам незачем меня бояться. — Она сделала к нему несколько шагов.
Он почувствовал запах ее духов. Легкий, цветочный Опьяняющий. Она была одета точно так же, как в тот раз когда явилась к нему домой. Юбка, сандалии, топ на бретельках. Одежды на ней было раз в десять больше, чем на невесте Эстебана. И все же она позволяла Дункану угадать очертания ее груди. Поставив этим Дункана в весьма неудобное положение.
17
Один из персонажей романа «Убить пересмешника» («То Killa Mockingbird», 1960) американской писательницы Харпер Ли.
— Миссис Лэрд, я отлично понимаю, к чему ведут все ваши уловки. Чтобы сбить меня со следа, отвлечь от расследования и помочь вам избежать ареста за убийство Гэри Рэя Троттера.
Так-то. Хорошо сказано. Он детектив, она подозреваемая. Это так и должно быть, даже если у него руки чешутся обнять ее.
— Почему вы не верите, что я застрелила Троттера, защищая себя? Почему не верите про Като? Про Коулмана?
Он помолчал для пущего эффекта.
— Рад, что вы его упомянули. Сегодня я ездил в Атланту и встретился с Тони.
Его слова сильно ее удивили:
— Вы с ним говорили?
— О да. Очень мило поболтали.
— Что он сказал?
— Не скажу, что он хорошо к вам относится.
— Взаимно.
— Откровенно говоря, он называл вас психованной сукой, если не сказать хуже.
— Он меня едва знает. Мы виделись один раз на вечеринке.
— Где Коулман Гриэр вусмерть напился, а вы с его другом Тони разделись и отлично повеселились вдвоем.
— Что?
— Жалея вашу стыдливость, не стану углубляться в подробности. Достаточно сказать, что это была ваша идея. И пока ваш дурачок Коулман валялся в отключке, вы с Эстеба-ном задали жару. Но на следующее утро вы превратили жизнь Тони в кошмар. Ревновали. Липли к нему как одержимая. А когда стало ясно, что Тони всего только и хотелось как следует вставить вам пару раз, вы поклялись отомстить. Что и сделали вчера, превратив в голубого и навязав ему в любовники Коулмана Гриэра.
Она потрясенно качнула головой.
— И вы ему поверили?
— Больше, чем вам.
Она оперлась на пухлую ручку дивана, одного из немногих предметов меблировки, стоявших в комнате, и медленно села. Несколько минут она молча смотрела перед собой.
Потом подняла на него глаза.
— Он лжет, — просто сказала она. — Он лжет. Коулман действительно пригласил меня на вечеринку «Брэйвз». Я вам про это говорила. И там познакомил с Тони Эстебаном. Коулман действительно напился в тот вечер. Но только из-за того, что Тони флиртовал со мной. Коулман уже был в него влюблен, а Тони дал ему понять, что отвечает взаимностью.
Дункан сидел молча, его выражение лица по-прежнему было скептическое.
— Тони Эстебан — лжец и негодяй, —
— Вы обвиняете его в том, в чем он сам обвиняет вас? Хотите сказать, он выдумал все это, желая отомстить за то, что вы его отвергли?
— Я понятия не имею, с какой стати он все это выдумал. И еще меньше меня интересует, как он ко мне относится, — сказала она. — Но он врет насчет себя и Коулмана. Тони разбил сердце моему другу. Он боялся, что про них узнают, и не хотел больше встречаться с Коулманом наедине. Коулман несколько месяцев страдал из-за их разрыва. Тогда мы с ним часто встречались. Ему было больно, ему нужен был кто-то, с кем он мог открыто поговорить о своей любви, кто-то, кому он полностью доверял. Он не мог пережить, что Тони Эстебан его бросил, и в конце концов покончил с с обой. Это правда. Клянусь.
Дункан снял куртку и рукавом рубашки вытер пот со л ба. Ему было жарко, он был взволнован и слишком готов е й поверить. Именно поэтому он с удвоенной энергией принялся возражать:
— У Эстебана есть невеста, рыжая секс-бомба, которая Прыгает перед ним на задних лапках, как дрессированная собачонка. Он заплатил ей за сиськи, купил бриллиантовое кольцо — камень размером с булыжник. Этой осенью у них свадьба.
— Конечно, у него есть такая девица. У него они всегда были. Из-за этого они с Коулманом все время ссорились. Коулмана очень ранило, когда Тони принимался хвастать перед товарищами по команде своими сексуальными победами или расхваливать очередную девицу.
Но, Дункан, вся эта внешняя мужественность Тони — просто для отвода глаз. И брак будет фиктивным. Неужели ты не видишь, он ведет себя так, чтобы избежать огласки. Рыжая девица — прикрытие. Через год она, скорее всего, родит ему ребенка. Уж он об этом позаботится.
Дункан думал о том же, но все еще не был готов согласиться с такой версией.
— Тони ужасно обходился с Коулманом, — сказала она. — Сегодня признавался в любви, завтра не замечал. Измучил Коулмана непостоянством.
— Почему же тогда Коулман так слепо его любил? Она помолчала, затем ответила:
— Думаю, мы не выбираем, кого любить, кого нет. А вы как считаете?
Комната вдруг словно стала меньше, темнее, жарче. Дункан весь вспотел, и тело его вибрировало, словно камертон. Он отвел взгляд.
— Не знаю, кто там голубой, кто нет, кто кого соблазнил, да это, честно говоря, и неважно. Важно, что у Мейера Наполи были на вас улики. Судья заплатил ему отступного, но Наполи, как человек предприимчивый, нашел способ сорвать еще один куш. Он пришел к вам и угрожал растрезвонить про вашу маленькую грязную тайну, в чем бы она ни заключалась. Если только вы ему не заплатите. Вы согласились и договорились встретиться с ним ночью в кабинете мужа. Но Наполи был не дурак. Чтобы защитить свою задницу, он нанял этого недоумка Гэри Рэя Троттера в качестве курьера. На случай, если вы что-нибудь задумаете. Кстати, что именно Троттер принес с собой той ночью? Фотографии, аудиозаписи, видео? Может, вы в самом деле не спали с Коулманом Гриэром. Может, вы хотели спасти для публики доброе имя свое лучшего друга? Хотя и это неважно. Что бы там Наполи ни имел против вас, это могло разрушить не только вашу жизнь, но и жизнь вашего друга, и, что гораздо важнее, жизнь вашего мужа. А ведь прежде всего вы должны были защитить миссис Като Лэрд. Вы зашли в кабинет, как и было условлено, ожидая увидеть Наполи. Но там был Троттер. Он вам что-то сказал. Я в этом чертовски уверен, хоть вы и отрицаете. Вы его застрелили, спрятали принесенные им улики и представили дело так, как будто вспугнули грабителя. Может, вы же и монтировку подложили, и окно разбили. Входит Като. Дрожит от мысли, что мог потерять свою возлюбленную жену. Он прыгает вокруг вас на цыпочках, носится как с писаной торбой и с готовностью проглатывает историю о самозащите. А Троттер ничего возразить не может. — Он пристально посмотрел на нее, его глаза сузились. — Единственное, что теперь не дает вам покоя, — куда пропал Мейер Наполи? Если бы не он, вы были бы чисты. Он — единственный человек, который может испортить вам жизнь.