Ритуал
Шрифт:
Арктический карлик был не вполне уверен, что выбранный им проход на самом деле ведет к монастырю Желтой Розы. Туннель слишком отклонился к востоку, это не означало, что он не может, в конце концов, повернуть обратно, но кто мог сказать наверняка?
Сердце Рэруна кольнул страх, но он отогнал его прочь. Просто делай все, что можешь, сказал он себе. Это единственное, что остается при любых обстоятельствах.
– Я думаю, мы на верном пути, – сказал охотник, выпрямляясь.
– Давайте оставим еще одну отметку, – предложил Шатулио. Он пробормотал рифмованное заклинание, потом царапнул
Они двинулись дальше, Рэрун впереди, за ним Кара, потом медный. Дорн замыкал шествие.
Порой туннель приводил их под огромные своды, украшенные фантастическим нагромождением камней. Одни сталактиты и сталагмиты были хрупкими, словно кружево или кипящая морская пена, другие – массивными, как древние деревья. Потом вдруг стены сужались, и нависающая громада скалы сдавливала проход, будто зубастые челюсти. Чтобы преодолеть одно особенно узкое место, Шатулио произнес заклинание и сделался вполовину меньше, чем был.
Наконец путники вступили в очередную огромную пещеру с высоченным потолком. Ее надвое рассекла расселина шагов в десять шириной, но над пропастью был натянут веревочный мост.
Рэрун вздохнул с облегчением. Мост, конечно, делали монахи, а это значило, что до сих пор они шли в верном направлении. Кара ободряюще хлопнула его по плечу.
Друзья с новыми силами заторопились дальше. Шатулио расправил крылья, чтобы перелететь через пропасть. Рэрун схватился за одну из веревок, шагнул было на мост, но потом заколебался.
– Подождите, – сказал Рэрун.
– В чем дело? – спросил Дорн.
– Мы ведь думали, что нечто может таиться в засаде на нашем пути, – сказал карлик, – то, что убило монаха. Я чувствую, оно где-то здесь.
Он не мог бы сказать, откуда знает об этом, но доверял своей интуиции охотника, не однажды спасавшей ему жизнь.
Ноздри Шатулио раздулись.
– Я что-то чую, – объявил дракон.
Густой серый туман заклубился в воздухе. Кара запела заклинание. Шатулио тоже произносил какие-то магические формулы. Не сомневаясь, что туман должен скрыть появление врага, Рэрун перехватил гарпун поудобнее и прислушался. По своему опыту он знал, что Дорн делает сейчас то же самое, хотя и не мог видеть ни полуголема, ни других своих товарищей в этом вязком облаке.
Вдруг Рэрун услышал чьи-то быстрые шаги. Он обернулся на звук, и, когда существо выскочило из тумана, карлик вонзил гарпун ему в грудь. Тварь – некая разновидность огромной рептилии – в ответ щелкнула зубами размером с кинжалы. Рэрун отскочил и выхватил ледоруб.
Мгновением позже туман исчез так же быстро, как появился. Рэрун решил, что это Кара рассеяла его заклинанием. Шатулио обжег противника огненной вспышкой.
Это существо, отметил Рэрун, похоже, было одним из бескрылых драконов, именуемых земляными змеями, хотя и более мелкой, приспособившейся к жизни в пещерах разновидности, с которой он прежде не сталкивался. Чешуя его была крапчато-серого цвета, что, без сомнения, помогало ему прятаться среди камней.
Дорн встал перед тварью, выставив вперед железную часть своего тела и занеся меч над головой. Песня Кары вызвала к жизни яркую вспышку молнии, ударившей чудовище
Второй – дракон с гибким телом, узкими крыльями и блестящей темной чешуей – вскарабкался по стене расселины. Побуждаемые бешенством, они явно объединились с земляным, чтобы убивать любую жертву, которую смогут поймать в своих мрачных владениях.
– Осторожно! – крикнул Рэрун.
Долей секунды позже темный дракон изрыгнул сразу и пламя, и пар.
Мишенями были Шатулио и Кара, и оба попытались уйти от удара. Медный взмахнул крыльями, чтобы подняться выше огненной струи, а бард метнулась в сторону. И все же ядовитые испарения коснулись их обоих. Кара упала на колени, закашлявшись до рвоты.
Рэруна кольнул страх. Но земляной дракон бросился на него, и карлику стало не до размышлений. Он нанёс чудовищу два могучих удара по голове, но не смог попасть в глаз. Рэрун уклонился от нескольких бросков и ударов лапами. Потом, должно быть, Дорн крепко зацепил тварь когтями или оружием, потому что та отвернулась от Рэруна, чтобы напасть на полуголема.
Рэрун позволил себе еще раз оглядеть пещеру. Кара лежала на полу. Темный дракон бился и рычал, а целые полчища скорпионов, усеявших его тушу, кусали и жалили его. Возможно, эта была всего лишь иллюзия, один из фокусов Шатулио. Сам медный раздувался, принимая свои обычные размеры, покачиваясь на лету, поскольку трансформация на мгновения делала его неуклюжим.
Рэрун бил земляного дракона топором, пока тот снова не повернулся к нему, а затем отскочил назад, но недостаточно проворно. Нога его подвернулась, и он повалился набок.
В последнюю секунду он успел откатиться в сторону, и удар, который должен был прикончить его, лишь располосовал тунику из шкуры белого медведя и ободрал кожу над ребрами. В другой ситуации он не обратил бы внимания на такую царапину, но теперь вдруг почувствовал мгновенную слабость и головокружение, словно когти твари были смазаны ядом.
Дракон бросился на карлика. Рэрун ухитрился отскочить, но при этом потерял равновесие и снова упал. Земляной поднялся на задние лапы, наверное, хотел обрушиться сверху и раздавить врага.
Но вместо этого повернулся и прыгнул к Дорну, который, должно быть, яростно атаковал его, отвлекая от друга. Теперь он мог поплатиться за это жизнью.
Рэрун должен был, в свою очередь, снова броситься в схватку, но ему пришлось напрячь все свои силы, чтобы просто подняться на ноги. Тяжело дыша и покачиваясь, он остановился, собираясь с духом перед следующей атакой. Земляной дракон снова и снова пытался вонзить когти в железную половину тела Дорна. Удары не смогли сокрушить зачарованный металл, но охотник зашатался, не в силах ответить на нападение.