Ритуал
Шрифт:
– Дельный совет, – согласился Дригор. – А теперь вставайте в круг. Хотелось бы быть уверенным, что эти твари не подкрадутся к нам незаметно.
Павел всматривался во тьму, выискивая врага, пока его не отвлекло шипение, раздавшееся над головой.
Он глянул вверх, где в черном небе расплывался серовато-синий треугольный след драконьего дыхания. Неясную крылатую тень накрыло облако горячего дыма и пепла, она визжала и извивалась на лету. Рядом внезапно возникла другая такая же тень, куда более отчетливая. Нападение сорвало с Бримстоуна покров невидимости.
Вампир начал рычать слова заклинания. Его противник
Павел сообразил, что если один дракон – обитатель Тени был готов к атаке, то и второй наверняка тоже, потому что они, конечно же, собирались действовать заодно. Он поспешил осмотреться по сторонам.
И, тем не менее, едва не проворонил дракона, который уже вскинул голову и раздувал горло, готовясь пустить в ход дыхательное оружие. Дракон из Тени, хоть и был огромен, казался каким-то туманным, почти призрачным, и это делало его практически невидимым в темноте.
– Он тут! – крикнул Павел, указывая жезлом. – Берегитесь!
Его товарищи кинулись врассыпную. И все же, когда змей выдохнул, Мор Куленов и еще пять рыцарей оказались на пути ширящейся, колеблющейся тени. Маг вскрикнул и упал. Воины зашатались.
Дракон с невероятным проворством кинулся к людям. Он явно намеревался прикончить их, пока они не пришли в себя и рядом не было никого, чтобы преградить ему путь.
Но Уилл раскрутил пращу, и, несмотря на призрачную расплывчатость врага, камень, очевидно, угодил в уязвимое место. Дракон остановился. Это дало Павелу время наколдовать летучую светящуюся дубинку и обрушить ее на голову чудища. Начертив в воздухе знак, Целедон направил в дракона огненную вспышку.
И все-таки Павел не смог бы сказать, насколько тяжело ранена тварь. Из-за расплывчатости облика существа судить об этом было так же трудно, как и прицеливаться. Но, похоже, дракону действия махов пришлись не по вкусу, поскольку вместо того, чтобы броситься вперед и получить новую порцию ударов, он замер на месте.
Павел понял, что либо змей творит заклинание, либо вызывает к жизни какие-то внутренние силы. Он молил богов, чтобы удар его заколдованной дубинки помешал дракону сосредоточиться, но в следующий миг та промахнулась и пролетела мимо окутанного сумраком существа. Уиллу повезло больше. Павел слышал, как камень, выпущенный из пращи, звонко ударился о драконью шкуру. Но такой удар вряд ли мог помешать змею исполнить свое намерение.
Тьма вокруг одновременно сгустилась и словно начала расползаться на клочья, закружившиеся над полем боя, словно их подхватил порыв ветра. Стало трудно разглядеть что-либо. И тут у почти ослепленного Павела до тошноты закружилась голова.
Пока он пытался справиться с головокружением, дракон прошипел заклинание. Мышцы и внутренности жреца свело судорогой, и он пошатнулся. Он беззвучно воззвал к Летандеру, и слабость прошла, но теперь жрец почувствовал, как по его лицу струится кровь. Магия не просто вывела его из строя. Она ранила его.
Рядом, в кружащейся, мечущейся темноте, едва различимые, люди стояли на коленях или лежали на земле. Их рвало. Они еще не стряхнули с себя слабость, а значит, были беспомощны.
Дракон из Тени бросился вперед.
Целедон встретил его с треском взорвавшейся огненной вспышкой. Взмахнув боевым топором, Дригор воззвал
Он продолжал отступать и уворачиваться, следя за головой и передними лапами змея, пока дракон не отвернулся, чтобы броситься на другого врага. Тогда Павел прыгнул вперед, замахнулся, ударил… и дракон исчез. Жрец понял, что атаковал иллюзию. Змей создал призрачные изображения себя самого – еще один способ обмануть своих врагов.
В следующий миг темное дыхание обволокло Павела, и силы покинули его. Ноги жреца подкосились, и он повалился на землю. Колдун не ощущал боли, но им овладело странное тошнотворное чувство, словно из него высосали жизнь.
Дракон бросился к поверженным людям. Фантомы скользили рядом с ним. Павел попытался подняться, но понял, что не успеет.
Дригор и Иган кинулись на противника с флангов. Удар молота жреца Ильматера всего лишь уничтожил одну из иллюзий. А вот меч молодого рыцаря, по всей видимости, глубоко вошел в чешуйчатый бок настоящего дракона. Уилл проскользнул под тушей змея и вонзил меч в его брюхо. Похожее на привидение существо заметалось, пытаясь растоптать врагов или достать их когтями.
Павел, хоть его еще и шатало от слабости, должен был помочь товарищам. Он заставил себя подняться, сжал в руке амулет солнца, чтобы начать заклинание, и в этот момент понял, что больше не помнит ни единого слова. В дополнение ко всему, дыхание дракона лишило его части магических способностей.
Мысленно воззвав к Утреннему Владыке, он кинулся вперед. Ударил жезлом и промахнулся. Где-то в кружащемся рваном сумраке Целедон выкрикнул слова силы. Огненные стрелы пронзили тьму, устремляясь ко всем целям сразу. Все ложные образы дракона сгорели мгновенно.
Ободрясь, Павел ударил еще раз и промазал снова. Змей повернулся, и жрец Летандера бросился на землю, чтобы удар хвоста не размозжил ему череп. Он сразу же должен был откатиться в сторону, чтобы не оказаться раздавленным. Земля содрогнулась от удара огромной лапы.
Стал ли дракон двигаться хоть чуть-чуть медленнее? Похоже, что нет, и Павел постарался подавить кольнувший его страх. Он вскочил и попытался прочесть другую молитву.
Слава Летандеру, это заклинание сохранилось в его голове. Нахлынувшая теплота успокоила разум, изгнала боль и усталость из тела. Теперь он отчетливее видел призрачного дракона. Очертания его больше не менялись и не колебались так сильно, как прежде.
Павел подскочил к дракону, ударил жезлом и наконец-то попал в цель. Хрустнула чешуя. Иган рубанул мечом по шее змея, брызнула кровь. Уилл, вновь нырнул под брюхо твари и нанес еще одну рану. Дракон плюхнулся животом на землю, намереваясь раздавить хафлинга, но в тот самый миг, когда он уже коснулся брюхом песка, Уилл успел откатиться в сторону.