Роль
Шрифт:
Широков посмотрел его на свет.
— Ну, ты даешь…
Он нажал кнопку и в кабинет вошел секретарь.
— Новенький? — Широков многозначительно взглянул на Бежина, мол, кого могли, заменили. Молодой секретарь покраснел.
— Вчера приняли. С испытательным сроком.
— Вот мы сейчас тебя испытаем. Как звать?
— Павел.
— Сгоняй-ка, Паша, вниз в банк, пускай девчонки обналичат. Сделаешь?
— Слушаюсь! — Паша схватил чек и побежал к двери.
— Постой. Если возникнут
— Так точно! — секретарь исчез.
Широков обернулся к Бежину.
— Какого же черта ты с такими талантами в задрипанном театре делаешь?
— Искусство, — смутился Бежин. — Кстати, нужно бы сделать последний прогон.
— Делай, — разрешил Широков.
— Я один не могу оценить свою работу.
— Я оценю, — сказал Широков.
— Нет, — возразил Бежин. — У тебя глаз замылился. Нужна свежая голова и взгляд профессионала.
— Так что ты хочешь, говори прямо?
— Мне нужен режиссер.
— Нужен — наймем. Кто у вас там в авторитете? Виктюк?
— Есть и получше, — сказал Бежин. — Но мне их не надо. У меня есть свой.
В кабинет вбежал запыхавшийся Паша, протянул деньги.
— Что это? — спросил Широков.
— Вы же просили побыстрее, — удивился секретарь.
Озадаченный Широков взял деньги.
— Проблем не было?
Паша прижал ручки к груди.
— У вас со мной не будет никаких проблем, поверьте!
— Можешь идти. — Широков повернулся к Бежину, посмотрел на деньги в руках. — Своему сам будешь платить. В разумных пределах, конечно.
Перед домом стоял мерс Павлова, в котором сидели Широков и Бежин.
— Поехали, — скомандовал Широков.
Бежин выдохнул и повернул ключ зажигания.
— Наглее, нахальней надо, — подсказывал Широков. — Скорость держи, чайников обходи.
— А если ГАИ? — спросил Бежин. Широков усмехнулся.
— Тебя это волновать не должно.
Будто нарочно, появился постовой. Он, поднял жезл, чтобы остановить иномарку, превысившую скорость, но, узнав Павлова, отдал честь. Бежин в ответ небрежно помахал.
— Примерно, так, — похвалил Широков.
Они подъехали к театру.
— Ну, ни пуха ни пера, — пожелал Широков.
— Пошел к черту. — Бежин вышел из машины, вошел в театр.
Он был одет в длинное верблюжье пальто, в широкополой шляпе, с зонтом-тростью. Вахтерша не узнала Бежина, встала.
— Вы к кому, господин?
Бежин нахмурился, как Павлов, сказал его голосом.
— Мне нужен артист Бежин… Андрей, кажется?
— Андрюшка, Андрюшка, — радостно подтвердила вахтерша. — Но его сейчас нет. Может, пройдете к директору?
Бежин словно не расслышал последней фразы.
— Владимир
— Этот всегда есть. На третьем этаже в гримерной. А может, с монтами козла забивает.
— Где лифт? — спросил Бежин.
— Нету лифта. Не предусмотрели. А вы попробуйте пешочком, по лесенке.
Постукивая зонтом по ступеням, Бежин с достоинством стал подниматься, совсем не так, как пулей взлетал наверх актер Андрюшка.
Восторженный Савинов встретил его на пороге гримерной.
— Гениально!
У Бежина упало сердце — Савинов узнал его.
— Вы — спонсор? — спросил Савинов.
От неожиданности Бежин по Павловски оттопырил мизинец с изумрудом.
— Чего?
— Ну, меценат. Вы садитесь… — Савинов придвинул стул. — Я по глазам вижу, что вы хотите помочь детскому театру.
— Детскому? — Бежин извлек огромную сигару, обкусил ее, выплюнул кончик на пол, долго прикуривал длинной спичкой. — А для взрослых вы спектаклей не делаете?
— Пока нет, — признался Савинов. Бежин встал.
— Значит, меня ввели в заблуждение. — Он направился к двери.
— Постойте, куда же вы?! Пока мы не ставили для взрослых, но мы можем, если надо! — Савинов схватил Бежина за рукав пальто, потащил обратно.
Брезгливо Бежин убрал руку Савинова с рукава.
— Мне говорили, вы на какой-то фестиваль собираетесь в Штаты?
— На О'Ниловский, — радостно подтвердил Савинов. — Собираемся — не то слово, скорее, мечтаем. А откуда вы знаете?
— Неважно.
— Действительно, — согласился Савинов. — О'Нил — гениальный драматург, и если мы его поставим, то американцы…
— Это ваши проблемы. А мне надо двоих ребятишек к Дедушке отправить.
— Внуков? — удивился Савинов. — К деду?
Бежин блеснул зубом.
— Ну да. К любимому дедуле. Нашим детишкам под тридцатник. Оформите документы, как артистам. — Он пустил дым в лицо режиссеру.
— А они артисты? — спросил Савинов.
— Еще какие, — подтвердил Бежин. — РУБОП от их концертов буквально рыдает.
Савинов сообразил.
— Ну, если вы оплатите дорогу всей труппе туда и обратно…
— Без базара, — согласился Бежин. — Еще я слышал, вы хотите поставить насчет того, как немецкие авторитеты решили шишку в Швеции держать.
— В Дании, — поправил Савинов. — Ганзейские купцы. Но, я не понимаю, откуда…
— Ну, да. Это Ганзейская группировка грамотно работала. Мне это чисто по искусству нравится. Я бы сам такое поставил, но у меня другие задачи.
— Понял! — сообразил Савинов. — Это вам Андрюшка Бежин рассказал! В «Вертепе»!
— Нина растворитель оставила? — спросил Бежин своим голосом.