Рулетка судьбы
Шрифт:
— Как идет торговля? — ненавязчиво осведомился он, жестом приглашая собеседника отведать вино. Тот охотно согласился. — Надеюсь, не помешал?
— Нет, не помешали. Дела тдут прилично, грех жаловаться. Слава
Аллаху. Вот только язва замучила, врачи запретили алкоголь, да, но разве откажешься выпить с приятным человеком… Вы тоже торгуете?
— Пока присматриваюсь. Побывал уже на Киевском, Петровском — все не
то, что хотелось бы… А сюда заехал повидать старого друга, такого же бизнесмена. И не нашел…
— Наш?
— Нет, чистокровеый хохол. Тарасом звать.
Чернявый с жадностью прикончил фужер. Начисто позабыл о донимающей его язве. Александр вопросительно наклонил горлышко бутылки, не дождавшись отказа, налил. «Язвенник» задумчиво пригладил короткие усики.
— Тарас?… Нет, не слыхал… Впрочем, погодите… Был здесь один хохол, торговал мясными продуктами. Только звали его не Тарасом — Семеном… Говорят, перебрался в другое место. Хороший мужик, уважали здесь его и кавказцы, и русаки, и прибалты. Здоровый такой, вислые усищи…
Любитель сталинской кислятины старательно описал приметы «Семена», в точности соответствующие внешним данным Бульбы. Мало того, под влиянием симпатии к человеку, хранящему добрую память о вожде, выложил: Семен купил магазинчик на Сокольническом рынке.
— Просил никому не говорить — коммерческая тайна, но вижу — настоящий друг, честный человек. Может мой Семен — не Тарас, которого ты ищешь, тогда прости за болтовню… Очень уж ты мне понравился, дружище. Почти кавказец. Понадоблюсь — приходи. Меня Ахметом зовут, русаки Андреем кличут. Спроси любого — позовет. Как величать тебя? Скакжи, пожалуйста, дорогой, кунаками станем…
— Сергеем родители назвали…
Подходя к остановке маршрутки, Собков почувствовал — пасут. Нагло, не маскируясь. Два парня в дождевиках, с плейерами.
Как всегда в минуты опасности, мышцы киллера напряглись и тут же ослабли. Будто он проверил их готовность.
Кто послал по его следу ищеек? Это может быть и «наивный» бизнесмен Некуда, и недоверчивый Монах, и лучший «друг» — Ахмет. За кого они принимают теринатора: за пациента психушки или новичка, недавно вошедшего в криминальную «обойму»?
А вдруг, протянулась ниточка из Францию, где повязали лионского лекаря? Тогда — кранты. Вцепятся сыскари — не оторвешься.
Подумал и отбросил нелепую версию. Выдаст лекарь горбоносого пациента — недалеко ему до каторги. Не рискнет! А без его наводки в России никто не узнает терминатора в новом его обличьи.
Остаются три «автора»: Некуда, Монах и Ахмет.
Парни втиснулись в ту же маршрутку, куда сел киллер. Сверх нормы. На замечание водителя отреагировали так бурно, с таким обилием непечатных фраз и обещаний, что тот посчитал за лучшее не обращать внимание на лишний груз. Один из «пастухов» потеснил дамочек, второй уселся на колени Александра.
— Ништяк, в тесноте — не в обиде, притремся. Особо мы с тобой притремся, смуглянка, — ощупал первый колено девушки. Та сбросила
Парень, прижавший Собкова с спинке сидения, откровенно лапал его. Проверяет наличие оружия. Видимо, пастухов предупредили с кем придется иметь дело. Ради Бога, пусть проверяют! Кроме отсутствующего пистолета, у киллера имеется немалая силушка и знание восточного единоборства.
Так добрались до метро. Под землю спустились одной компанией — теперь «пастухи» шагали рядом, едва не поддерживая клиента под ручки. А чего бояться? Ствола нет, остальное — до фени.
— Случайно не знаешь, как добраться до Сокольников? — спросил один из пастухов — Помоги, фрайер, малолеткам.
Злость нарастала в киллере снежным сугробом, но он внешне спокойно нарисовал маршрут: до «Кузнецкого моста», пересадка на «Лубянку» и прямиком до «Сокольников».
— Ты, случайно, не туда едешь? — порезвился второй. Оба засмеялись. — Неужто повезло — попутчика встретили.
— Повезло, — с потаенной угрозой согласился киллер. — Доведу прямо до места.
Он был готов выбрать удобный момент и пристрелить насмешников. Может быть, выполнил бы это желание, но не было ствола…
Вышли из подземки.
— Вам — направо. Перейдете дорогу и — на рынок. Удачной торговли.
Повернулся и зашагал в сторону сокольнического парка. Парни от неожиданности замемекали. Дескать, не бросай нас, мужик, сопроводи по торговому лабиринту, доставь такое удовольствие. Потом, вроде, отстали. Но Собков уверен — именно, вроде. На самом деле продолжают пасти, но не нагло, как недавно, — более хитро.
Он безмятежно шел по щироченной аллее, обставленной по бокам торговыми павильончиками. Иногда останавливался, приценивался к сумкам, видеокассетам, парфюмерии, обуви. У продавца хозяйственных товаров приобрел моток бельевой веревки. Заодно незаметно поглядывал назад, в сторону только что покинутой станции метро. Вдруг веселым парням, действительно, нужен был рынок. Дай-то Бог!
Пастухи следовали за ним по той же аллее, точно так же останавливались возле выставленных товаров, на ходу закусывали остывшими чебуреками.
Ну, что ж, тем хуже для них!
Небрежно помахивая сорванной с дерева веткой, Александр прогулялся по центральной аллее. Свернул на боковую. Гуляющих — немного. В основном, пенсионеры и мамаши с детишками, но они избегают опасных зарослей.
Именно к ним повел киллер пастухов.
Наконец, место расправы выбрано — небольшая полянка, в центре которой растет громадное дерево. Собков спрятался за ним. Вышедшие на полянку парни забегали, разыскивая исчезнувшего «лоха». Когда один из них обогнул ствол, сильный удар ребром ладони по горлу свалил его на землю. Второму Александр врезал между ног, а когда тот со стоном согнулся — коленом в лицо.