Руна
Шрифт:
Как всегда, Кармоди сидел, вытянув длинные ноги под столом, высеченным из целой глыбы черного мрамора с зелеными прожилками, и чем-то напоминал священника, присутствующего на церемонии жертвоприношения.
— Гарри! — воскликнул он, чуть привставая. — Ну надо же, какой приятный сюрприз! — Он коротко и довольно мрачно хохотнул. — Знаете, у меня почему-то было предчувствие, что вы непременно захотите присутствовать на скромной торжественной церемонии.
Гарри направился к Кармоди, протягивая на ходу руку. На фоне изысканного убранства кабинета вид у Гарри был явно непрезентабельный. Однако Кармоди не позволил ему приблизиться.
— Я предпочитаю,
Кармоди аккуратно стряхнул сигарный пепел в ладонь, пронес его над мраморной столешницей, после чего выбросил в мусорную корзину. Пальцы Гарри плотно сжимали спрятанную в кармане кассету.
— По правде говоря, вы не представляете для нас такой уж большой опасности, — сказал Кармоди. — Все равно вашему рассказу никто не поверит — впрочем, это еще один штамп, не так ли? — Он поднялся из кресла и стал обходить письменный стол. — С данного момента мы, можно сказать, погружаемся в область самой банальной фантастики; А знаете, Гарри, вы до сих пор продолжаете представлять для меня определенный интерес. — Он склонил голову набок и выпустил струю дыма. — Скажите, почему вы так упорно идете против течения? Почему столь рьяно сражаетесь с новыми идеями? Не лучше ли просто подождать и посмотреть, что получится? Уверен, что пройдет какое-то время, и вы сами же будете приятно удивлены результатами “ОДЕЛ”. Большинство наших будущих партнеров уже разделяют подобные чувства, а все они, должен вам заметить, весьма разумные и высоконравственные мужчины и женщины.
— Масса людей поначалу тоже была убеждена в том, что идеи нацистов являются благом для общества.
— Это типичный “коленный рефлекс”, Гарри, и вы это прекрасно понимаете. Что и говорить, нацизм оказался скверной затеей, и любой здравомыслящий человек понимает это. Но почему всякий раз, когда какой-то человек выступает с новыми идеями относительно устройства общества, его сразу же начинают сравнивать с Гитлером? А ведь, в сущности, то, чего добиваюсь я, может быть, лишь на йоту отличается от того, к чему стремитесь вы. Просто я не столь сентиментален, как вы, вот и все. — Он глянул на часы. — Прошу извинить, но я хочу присутствовать в студии в момент запуска программы, которой суждено — о чем, естественно, этот ужасный оператор даже не догадывается — возвестить миру о начале новой эры так называемой конфронтационной бизнес-технологии. — Он изобразил озорную улыбку и направился к дверям.
— Подождите, — окликнул его Гарри. — Неужели вам не хочется взглянуть, что я для вас приготовил?
— По правде говоря, не особенно. Если бы у вас было при себе оружие, то электронные датчики обнаружили бы его еще на подступах к моему кабинету.
Стуча каблучками по паркету, к Кармоди подошла чем-то явно встревоженная секретарша и, понизив голос, что-то сообщила шефу. Когда женщина удалилась, он уже не улыбался.
— Ну что ж, кажется, я могу уделить вам дополнительно еще несколько минут, — проговорил он с напускным радушием.
— Почему? — спросил Гарри. — Разве вы не намерены начать передачу?
— Небольшая заминка, не более того. Маленькая техническая неполадка.
Итак, решил Гарри, сейчас или никогда. Вынув из кармана коробку с кассетой и протягивая ее Кармоди, он почувствовал, что в глубине души тот продолжает восторгаться его настойчивостью и не желает терять столь изобретательного человека. Определенно Дэниел еще не разуверился в нем окончательно.
— Прокрутите вот эту пленку. Думаю, даже вы найдете ее удивительной. — Он положил кассету на мраморный стол, словно бросая Кармоди вызов. Несколько секунд тот пристально всматривался в лицо Гарри, после чего протянул руку и нажал кнопку интеркома:
— Позвоните мне, как только все будет готово к началу сеанса. Я наверху.
Следом за директором корпорации Гарри прошел к лифту. Оказавшись в кабине, Кармоди достал маленький стальной ключик и вставил его в прорезь верхней части панели управления. Лифт поднялся всего на один этаж, доставив их в личные апартаменты Кармоди, выдержанные в безупречно холодной тональности, присущей всему зданию корпорации, — черной, зеленой и серебристой. Одна стена целиком представляла собой наклонную стеклянную плоскость, из которой открывался вид на омываемый дождем город. Кармоди вынул кассету из коробки и вставил ее в видеомагнитофон.
Гарри просто отказывался верить в свою удачу. Неужели Дэниел и в самом деле намеревался просмотреть ее? Как только замелькают на экране образы, сам он сразу же отвернется...
Кармоди взял один из пультов дистанционного управления и нажал кнопку “СТАРТ”. Прежде чем отвести взгляд, Гарри успел заметить на экране Грэйс и Дороти, стоявших перед книжными стеллажами. Прошла минута, пока пленка прогоняла одну за другой несколько снятых ими сцен.
Гарри продолжал рассматривать панораму за стеклянной стеной, когда до него донесся довольный смешок Кармоди. Гарри повернул голову и заметил на его лице чуть ли не виноватое выражение.
— Простите меня, Гарри. — Директор как-то смущенно потирал нос, словно желая скрыть усмешку. — Так это и есть то самое? И ко мне вы пришли, вооружившись вот этим? Поначалу я предполагал; что вы попытаетесь прокрутить мне одну из тех кассет, которые были похищены из “Мгновенного образа”, но, едва взглянув на кассету, понял, что это не наша продукция.
Он еще несколько секунд смотрел на экран, после чего нажал на кнопку “СТОП-ВЫБРОС”.
— По правде говоря, я рассчитывал на нечто изысканное. — Покачивая головой, он подошел к бару и плеснул в бокал немного джина. — В вашем распоряжении был целый день, и это все, на что вы оказались способны? Разумеется, кадры очень милые. Я даже сохраню пленку, как своеобразный сувенир. — Он достал из ведерка несколько кубиков льда и бросил их в бокал.
— Ничего не понимаю, — пробормотал Гарри.
— Как же вы наивны! Ведь рунические пленки — это наш конек. Просто невероятно, что вы посчитали наше самое значительное открытие нашей же ахиллесовой пятой. Никудышная стратегия. Может, оно и к лучшему, что вы ушли из рекламного бизнеса.
Он протянул Гарри высокий запотевший бокал и сел с ним рядом — впрочем, слишком близко, чтобы тот мог испытывать удобство от подобного соседства.
Гарри подозрительно посмотрел на напиток.
— Всего лишь джин с тоником, — сказал Кармоди, живой глаз которого выражал нескрываемое торжество, — и повредит он вам лишь в том случае, если вы будете пить его слишком долго и помногу.