Руна
Шрифт:
Подняв глаза, он успел заметить, что к ним бежит Кармоди, рассекая руками воздух и срывая с себя клеммы проводов. Прежде чем Гарри успел сообразить, что происходит, Кармоди схватил жену за руку и потащил за собой, подчиняясь тяге напрягшихся электродов, с новой силой вонзившихся в свою жертву.
Охваченная паникой, Силия закричала, но Кармоди продолжал тянуть ее к разбитой стеклянной стене, туда, где на полу образовалась лужа от дождя. Бедняга попыталась было подняться на ноги, но Кармоди ударил ее изо всех сил, и она рухнула навзничь на сверкающие осколки стекла.
За спиной Гарри распахнулись двери. Силия все же смогла в очередной
Гарри со всех ног бросился на помощь к Силии и, как ни странно, все же успел схватить ее руку. Какое-то время она балансировала на краю зияющего отверстия в стеклянной стене — казалось, бушевавшая снаружи стихия удерживала ее от падения. Мраморный пол, залитый дождевой водой, обильно разбавленной кровью, был скользок, что послужило причиной падения Гарри. Ладонь Силии выскользнула из его руки, и какая-то могучая сила швырнула ее в яростное небо. На долю секунды она как бы повисла в воздухе, подобно тряпичной кукле, поддерживаемой порывами бушующего ветра, а затем исчезла, словно поглощенная грозовыми тучами.
Гарри встал на ноги, чувствуя, как грудь заливают потоки горячей крови. Кармоди теперь уже целиком оказался внутри компьютера, острые клеммы электродов глубоко вонзились ему в глаза, десны, уши и череп. Он конвульсивно дернулся, когда серебряные провода плотно стянули его шею и одним резким рывком рассекли мягкую плоть. Из раны хлынула кровь, но он все же каким-то образом смог в последний раз окликнуть Гарри, захлебываясь булькающей в горле кровью.
— Это еще не конец! — кричал он, когда обвивавшие его провода стали плавиться под воздействием бегущего по ним электричества. — Подожди, сам увидишь! Лучше тот дьявол, которого знаешь... чем неизвестный!
В простиравшейся над залитым дождем городом вышине, в роскошной мансарде штаб-квартиры корпорации “ОДЕЛ” на стены брызнули потоки крови, когда от избытка напряжения электронные сети рунического компьютера Кармоди раскалились добела, после чего внезапно возникшая внутри них могучая сила окончательно разорвала тело Кармоди, поглотив его окровавленные останки в жутком электрическом пламени.
Чудовище, рожденное фантазией Кармоди, само же и погубило своего создателя.
Глава 50
Воспоминания
Придя в сознание, Гарри обнаружил, что лежит на кушетке в маленькой и уютной комнате, в студии “ОДЕЛ”. Поднеся ладонь к груди, он осторожно ощупал рану. Кто-то уже промыл ее и наложил швы, а сверху заклеил лейкопластырем. Он попытался было сесть, но тут же почувствовал острую, пульсирующую боль в голове и снова откинулся на подушку. Краем глаза он видел стоявшие в дальнем конце зала студийные мониторы — все они оказались выключенными.
— А, проснулись, ну вот и хорошо, — проговорил Брайан, склоняясь над ним. Старик ткнул его, не так уж чтобы очень легонько, в руку. — Да, ослабли вы, как я погляжу.
Найдя наконец в себе силы говорить, Гарри выдавил из пересохшего горла хриплое:
— Где Грэйс?
— Внизу вас поджидает. Мы не хотели поднимать сюда слишком много
— Но почему... что случилось? Кто ее остановил?
— Джон Мэй, — ответил Брайан с явной гордостью в голосе. — Весь в крови, вы вывалились из лифта в студию и тут же отключились, к немалому изумлению какой-то ужасно крикливой телемадонны, без конца твердившей, что она — звезда. А Мэй поднялся сюда сразу после того, как жена Кармоди рухнула на тротуар.
— Дэниел забрался в компьютер.
— Об этом мне ничего неизвестно, но на верхнем этаже вспыхнул пожар, который стал распространяться по вентиляционным шахтам и в итоге серьезно нарушил трансляцию. Техники безуспешно пытались вытащить своего босса из кучи проводов, и в тот самый момент, когда прибыл Мэй, взявший ситуацию под свой контроль, они все еще продолжали выскребать его окровавленные лохмотья. В настоящий момент помещение находится под охраной полиции, которая останется здесь до тех пор, пока все окончательно не прояснится. Так что стряслось там наверху? Ваших рук дело, да?
— Нет. — Морщась от боли, Гарри все же заставил себя сесть. — Силия Кармоди подменила пленку и прокрутила ее перед собственным мужем. Никак не могу понять, зачем он держал запись, которая могла причинить вред ему самому? Разве можно было позволять техникам создавать нечто подобное? Да и Силия никогда не смогла бы самостоятельно ее сконструировать.
— Если у вас есть желание обсудить какие-то технические детали, то лучше всего поговорить с моим напарником. — Брайан тяжело вздохнул и добавил: — Правда, сейчас это сделать будет непросто.
— Почему?
— Чрезмерное напряжение снова уложило его на больничную койку. Ведь именно он взял на себя всю ответственность за происходящее, когда прибыл сюда. Вам же удалось лишь разрушить здесь все, что только можно, подставить себя под пулю и позволить главному обвиняемому покончить с собой.
Гарри предпочел не вступать в спор с пожилым полицейским. Он понимал, что Силия поступила так под воздействием их разговора в прошлый уик-энд. Брайан куда-то исчез, но через минуту вернулся с чашкой горячего чая.
— И что теперь будет? — спросил Гарри, принимая из его рук чашку.
— А что будет? Вас на удобных носилках доставят вниз, в то время как слабому и престарелому полицейскому придется спускаться в лифте, щедро окрашенном вашей собственной кровью.
Гарри посмотрел вслед Брайану, который медленно удалялся по коридору, раздраженно постукивая палкой по стенам и бормоча себе под нос что-то нечленораздельное.
Декоративный сад вокруг обсерватории в парке Гринвич пребывал в весьма запущенном состоянии. Его лужайки с четко обозначенными границами чередовались с садиками, украшенными декоративными каменными горками, сквозь которые пролегали основательно заросшие тропинки. При всей своей миниатюрности парк был спланирован таким образом, что, пока не опала листва, за деревьями виднелся лишь позеленевший медный купол самой обсерватории. В дальнем конце парка в окружении цветочных клумб стояла деревянная скамья под навесом. С давних пор, когда Дороти еще приходила сюда со своей матерью, это было ее любимое место отдыха. Вот и сегодня она села на скамью и вдохнула прохладный, наполненный ароматом сырой земли воздух, в то время как в свете заходящего солнца постепенно удлинялись тени, а в зарослях кустов лаванды резвились белки.