Руна
Шрифт:
Как сообщили полицейские источники, тело, найденное два дня назад игравшими возле стока канализационных труб в Южном Лондоне ребятишками, принадлежит семидесятиоднолетнему президенту “ОДЕЛ Инкорпорейтед” Сэмюелу Хэрвуду, которому недавно было предъявлено обвинение в связи с проводимым полицией расходованием деятельности этой транснациональной корпорации, занимающейся проблемами развития средств коммуникаций. Полицейские эксперты были весьма озадачены обстоятельствами смерти Хэрвуда, который, судя по всему, в вечернее время случайно свалился в водосток и утонул из-за внезапного притока дождевой воды.
За
В этом же году, но несколько ранее, корпорация лишилась также своего управляющего директора и фактического руководителя, который вместе с женой погиб в пламени пожара, уничтожившего верхний этаж штаб-квартиры “ОДЕЛ”.
Подробнее см. стр.6.
— Член парламента: “Почему необходимо закрыть дренажные трубы, представляющие опасность для окружающих?” (см. стр. 8)
— Это он, — сказал Гарри, указывая на помещенную в газете фотографию председателя “ОДЕЛ”. — Именно этого человека в той моей галлюцинации дикое чудовище разорвало на части.
— Кармоди понимал, что он лишь приступил к освоению подлинной силы рун, и остается только гадать, осознавал ли он, как много еще в этом деле предстоит познать. — Грэйс прислонилась к перилам речного трамвайчика, наблюдая за тем, как он отчаливает от пристани Вестминстера. Небо наконец прояснилось, а воздух наполнился чистой, приятной прохладой. Резкий контур ее прежней стрижки сменился более плавной линией, хотя она категорически отказалась расстаться со своим дождевиком и ботинками. Гарри протянул ей пластиковую чашку с дымящимся напитком.
— Как ты считаешь, почему англичане пьют так много чая? — спросила она, обхватывая чашку ладонями.
— Это помогает думать.
— Ты очень будешь скучать по своей квартире? Гарри чуть задумался.
— Пожалуй, только по открывавшейся за окном панораме. Вернувшись домой, он обнаружил, что его квартиру в третий раз обыскали, после чего принял окончательное решение отказаться от нее. Он догадывался, что это дело рук людей из “ОДЕЛ”, которые продолжали тайком присматривать за ним, хотя каких-либо доказательств на этот счет у него, естественно, не было.
— Кстати, — заметил он, — я прошел еще одно собеседование.
— С кем же?
— С представителем Палаты исследования потребительского рынка. Есть такая организация, объединяющая сторожевых псов нашей индустрии. А что? Необходимый для такой работы опыт у меня имеется. — Когда трамвайчик оказался под сенью Моста доминиканцев, Гарри обнял Грэйс за талию. — Знаешь, все это время я довольно часто размышлял на тему дьявола.
— И что же?
— Мне почему-то кажется, что он уже вернулся на Землю. И остановила его всего лишь горстка людей, которых объединило нечто большее, чем просто прихоть судьбы.
— Я всегда считала
— Таким я и был, а потом, как видишь, изменился. Ты была знакома с Фрэнком Дрейком, он работал с Дороти Хаксли. Она знала Брайана, а Мэй — того паренька, который разработал антирунный вирус. И если бы в этой цепи отсутствовало хотя бы одно-единственное звено, мы так и не смогли бы укротить “ОДЕЛ”.
— Ты упустил самое важное звено. Если бы ты не проявил доброту по отношению к жене Кармоди, всего лишь по-человечески поговорив с ней, она никогда не набралась бы смелости обратить против него его же оружие.
Перед глазами Гарри снова всплыл запечатлевшийся в памяти последний образ Дэниела Кармоди — оплетенного проводами, окровавленного. И он невольно содрогнулся.
— Ты готова?
— Готова.
Грэйс открыла свой рюкзак и извлекла из него две красные розы. Когда судно выплыло из-под моста, она бросила один цветок в серые, медленно текущие воды реки. Порыв ветра растрепал ее волосы.
— Фрэнку, — проговорила она, отбрасывая волосы ладонью. Гарри держал розу, которую ему дала Грэйс, и думал о чем-то своем. Затем он размахнулся и широким жестом подбросил ее высоко вверх, так что на какое-то мгновение она как бы застыла в воздухе на фоне догорающего солнца.
— Уилли Бакингему, — сказал он, глядя на опустившийся на воду цветок. Под ногами у них гудели и бурлили винты речного трамвайчика, совершавшего свой вечерний рейс в сторону моря.
— Слушай, старик, чертовщина какая-то получается. Руфус уселся на свой табурет и принялся внимательно всматриваться в экран. Он подозвал Киркпатрика.
— Всякий раз, как я загружаю компьютер информацией о рунах, что-то блокирует ее и тут же отправляет эту гадость назад.
— Как же такое возможно? — Киркпатрик слегка отстранился от компьютерного терминала и потер усталые глаза. — Ты же сам сказал, что эта часть системы “ОДЕЛ” представляет собой тупик и что перекрыть его особого труда не составит.
— Так я и думал, однако там определенно что-то сидит. Смотри, я еще раз проделаю то же самое. После моих манипуляций весь файл должен быть очищен, я вытру его, что называется, насухо.
Его пальцы забегали по клавиатуре, после чего большой палец ткнулся в клавишу “ВВОД”.
ПОДТВЕРДИТЕ, ЧТО ЯВЛЯЕТЕСЬ СОТРУДНИКОМ “ОДЕЛ ИНК.” — ДА/НЕТ
Руфус набрал: “ДА” и нажал клавишу “ВОЗВРАТ”. Слова исчезли, после чего на экране стали медленно проступать размытые знаки, образовывая заполнявшую все экранное пространство волокнистую диаграмму. Постепенно картинка становилась все более контрастной, пока на ней не появилась отчетливо читаемая фраза:
ДЬЯВОЛ, КОТОРОГО ТЫ ПОКА НЕ ЗНАЕШЬ
— Что это, какой-то код? — спросил Киркпатрик.
— Ни хрена не понимаю, старик, — пробормотал Руфус, озадаченно почесывая затылок. — Похоже на то, что нам попалась программа, зациклившаяся на проблеме идентификации личности. — Он снова потянулся к клавиатуре и высветил на экране нижний край страницы, где ярко-зелеными буквами было крупно написано одно-единственное слово:
ДЭНИЕЛ
В памяти всплыли обрывки фраз Гарри относительно обстоятельств смерти Кармоди. Кровь и схема.