С утра и до вечера
Шрифт:
молоко из вымени убитых ими овец и из желудков ягнят.
Что овец рвут волки — давно известный факт. Удивительно
то, что некоторые попугаи усвоили эти дурные волчьи
манеры. Имя этим попугаям кеа. Живут они в Австралии.
Миллионы лет мирно ели кеа фрукты, как вдруг подошли к их
берегам большие корабли и приплыли на них странные
блеющие животные. Попугаям овцы пришлись по вкусу, и,
презрев фрукты, они быстро научились есть их живьем:
садятся
крючками вырывают из овечьего «филе» большие куски
мяса.
Да что овец! Даже тигров едят дикие собаки колзуны,
нападая стаями.
Едят нечто еще менее съедобное: падаль — грифы и
гиены (зубы которых, разгрызая кости, развивают давление в
5000 атмосфер!); воск — африканская птичка-медоед и
наша восковая моль (кажется, больше никто); ил — голотурии
1 Зайцегубые. Они живут в Южной Америке. Летая над морем,
нащупывают рыб в воде своим эхолотом и быстро выхватывают их
когтистыми лапами. Я рассказал об этих интересных животных в книге
* Куда и как». Изд. « Мысль»,, 1965.
и морские звезды; перегной — дождевые черви; помет
чужой — жуки-навозники й свой собственный — кролики.
Наконец, бывает, с голодухи братья поедают братьев (у
сов и хищных птиц, когда пищи мало). Это называют каиниз-
мом. Родители — детей, по-научному — кронизм. И дети —
родителей (молодые уховертки и некоторые паучата свою
умершую мать). Для такого «варварства» даже ученые не
нашли названия!
Редкие животные едят что-то одно или кого-то одного.
Обычно меню их очень разнообразно. Вот, например, чем
питают себя хищные, но полезные птицы канюки, или
сарычи: в желудках 214 исследованных канюков зоологи нашли
670 мышей и полевок, 36 ящериц, 20 тритонов, 20 мелких
птиц, 9 зайчат, 7 куропаток, 6 кротов, 4 лягушки, одну утку,
одного голубя, одного ужа, одну летучую мышь и
бесчисленное множество сверчков и других насекомых.
А кровожадный разбойник тигр охотится не только на
оленей, косуль, свиней, но и на медведей, рыб, черепах,
кузнечиков, а также ест кедровые орехи, ягоды и траву!
Здесь уместно задать (и попытаться на него ответить)
такой вопрос: как узнают животные, что перед ними
действительно их пища?
Осьминоги, например, и существа, устроенные не более
сложно, съедобно или несъедобно то, что они поймали,
определяют главным образом по запаху. Но запах осьминоги
чуют не носом, которого у них нет, а присосками.
Вкус пищи, предлагаемой экспериментаторами,
осьминоги распознавали щупальцами. Вся внутренняя поверхность
щупалец, но не
дегустировании. Чтобы узнать, соответствует ли его вкусу
предлагаемое блюдо, осьминог пробует его кончиком
щупалец. Если это съедобный кусочек, тянет его в рот, не считаясь
с мнением других чувств, например осязания. Давали
осьминогам пористые камни, смоченные мясным экстрактом. На
ощупь можно было заключить, что предмет этот.несъедобен,
но щупальца-дегустаторы, соблазненные соком жаркого, не
обращали внимания на протесты осязательных нервов.
Осьминог подносил предательский камень ко рту, пытался его
разгрызть и лишь потом выбрасывал. Напротив, вполне
съедобные куски мяса, но лишенные соков, осьминог с
презрением отвергал, слегка коснувшись их кончиком одной из
восьми рук.
У птиц обоняние слабое. Как они решают дилемму, без
которой не проживешь: что хватать и есть, а что выбросить?
Опыты доказали, что у животных есть стереотипная схема,
в соответствии с которой они и делают свой выбор. Схема
эта инстинктивная, то есть врожденная, запрограммирована в
мозгу естественным отбором за миллионы лет эволюции. Она
довольно проста, учитывает в поведении и форме жертвы
лишь главные и самые характерные черты. Очевидно,
делается это из экономии нервных средств.
Каждая сова, например, даже выращенная человеком и
никогда других сов не знавшая, с рождения получает
понятие о том, что мышь, которую надо хватать,—это шуршащее,
бегущее, монолитное, компактное тело на коротких ножках,
а птица (тоже вкусная!) — тело яйцевидное, с крыльями и
хвостом. Движется оно или не движется, шуршит или не
шуршит — уже не имеет значения.
43
«Происхождение такой схемы,— говорит большой знаток
животных 3. Веселовский,— легко объяснить». Ведь совы
охотятся ночью, когда мыши тоже не спят, активны и
бегают, а значит, шуршат. А птицы спят, значит, не бегают и
не шуршат. Сделав соответствующие муляжи (шуршащий,
бегающий на ножках и яйцевидный с крыльями, хвостом и
неподвижный), ученые без труда обманули сову: она
схватила эти подделки (неподвижную на ножках и яйцевидную без
хвоста, которые тоже ей предлагали, не брала, игнорировала).
Схватила, подержала немного в когтях — так поступают
совы со всякой добычей, а потом только ее убивают,—