Сад Сулдрун
Шрифт:
— Довольно справедливо, — сказал Шимрод. — Я сказал не подумав, а сейчас я хочу пожелать тебе доброго дня.
— Минуточку, сэр. Могу ли я спросить, кому обязан жизнью?
— Меня зовут Шимрод; я живу в Трильде, примерно в миле отсюда.
— Удивительно! Мало кто из расы людей осмеливается заходить так далеко в лес в одиночестве!
— Я что-то вроде мага, — сказал Шимрод. — Халфлинги избегают меня. — Он внимательно оглядел Грофине. — Должен сказать, что никогда не видел никого, похожего на тебя. Кто ты, какого вида?
— Этот предмет джентльмены
— Прошу прощения! Я не собирался тебя оскорблять. И я опять желаю тебе доброго дня.
— Я могу проводить вас до Трильды, — сказал Грофине. — По дороге есть опасные места. По меньшей мере это я могу для вас сделать.
— Как хочешь.
Оба вернулись на луг Лалли. Шимрод остановился.
— Нет необходимости идти дальше. Трильда вон там, всего в нескольких шагах.
— Пока мы шли, я размышлял, — сказал Грофине. — И мне пришло в голову, что я вам очень обязан, по гроб жизни.
— Не говори больше нечего, — объявил Шимрод. — Я счастлив, что сумел помочь тебе.
— Вам-то легко сказать, но это бремя тяготит мою гордость! Я вынужден стать вашим слугой, по меньшей мере до тех пор, пока счет не уравняется. Не отказывайтесь, я непреклонен! Вам надо будет только кормить меня и давать кров на ночь. Я могу выполнять всякие мелкие дела, которые иначе отвлекали бы вас, и даже выполнять мелкие магические трюки.
— Ого! Так ты тоже маг?
— Не больше чем любитель искусства. Вы можете обучить меня чему-то большему, если захотите. Два обученных ума лучше, чем один. И никогда не забывайте о безопасности. Тот, кто сосредоточенно смотрит вперед, оставляет спину незащищенной!
Шимрод не смог поколебать решимость Грофине, и тот стал жить в доме.
Сначала Графине и его действия только мешали; за первую неделю Шимрод раз десять собирался прогнать его, но каждый раз останавливался, из-за заметных достоинств слуги. Он не вызывал никакого беспорядка и не отвлекал Шимрода от занятий. Замечательно чистоплотный, он никогда не бывал не в духе; на самом деле все неприятности происходили только из-его веселого нрава: его ум рождал одну восторженную идею за другой. В первые несколько дней Грофине вел себя с преувеличенной робостью; и пока Шимрод пытался запомнить бесконечные списки Ордена Изменяющихся, Грофине бегал вприпрыжку по дому, разговаривая с вымышленными — или по крайней мере невидимыми — собеседниками.
Постепенно раздражение Шимрода прошло, и он обнаружил, что с удовольствием ждет следующей глупости Грофине. Однажды Шимрод смахнул с рабочего стола муху; Грофине немедленно стал неусыпным врагом мух, мотыльков, пчел и других крылатых насекомых, и не разрешал им пересекать порог. Не в состоянии поймать их в доме, он широко распахнул парадную дверь и стал гнать их наружу. Тем временем в дом влетела дюжина других. Шимрод заметил усилия Грофине и наложил на Трильду маленький запрет, заставивший всех насекомых стремглав бежать из дома. Грофине чрезвычайно радовался своему успеху.
Наконец, устав хвастаться победой над насекомыми, Грофине
У Шимрода родилось искушение поднять Грофине в воздух при помощи магии, но он не поддался ему, побоявшись, что Грогине сойдет с ума от счастья и навредит себе самому. Но и без этого после полудня Грофине попытался полететь с берега и упал в реку Лалли. Фейри из Холма Таддифот так развеселились, что стали кататься по траве, дрыгая ногами в воздухе.
Грофине с отвращением выкинул крылья и приплелся обратно в Трильду.
Тогда он решил изучать египетские пирамиды.
— Это невероятно прекрасный знак почтения к фараонам! — заявил он.
— Совершенно верно.
На следующее утро Грофине вернулся к своей идее.
— Эти могучие монументы очаровательны именно своей простотой.
— Да, конечно.
— Интересно, какие у них размеры?
Шимрод пожал плечами.
— Мне кажется по сто ярдов с каждой стороны, более или менее.
После Шимрод заметил, как Грофине измеряет шагами луг Лалли.
— Что ты делаешь?
— Ничего особенного.
— Надеюсь ты не собираешься строить пирамиду! Она закроет мне весь солнечный свет!
Грофине приостановился.
— Возможно вы правы. — Он с неохотой отказался от этого плана, но быстро нашел новый. Вечером Шимрод пришел в гостиную, чтобы зажечь лампы. Из темноты появился Грофине. — Сэр Шимрод, вы прошли мимо меня. Вы видели меня?
Шимрод думал совсем о другом, да и Грофине стоял вне его поля зрения.
— На самом деле, — сказал Шимрод, — я действительно не заметил тебя.
— В таком случае, — сказал Грофине, — я научился быть невидимым.
— Замечательно! И как?
— Я использую силу кривизны и оказываюсь за гранью восприятия!
— Я должен этому научиться.
— Ключ к успеху — интеллектуальное усилие, чистое и простое, — сказал Грофине и добавил. — Если у вас не получится, не расстраивайтесь. Это очень трудно.
— Посмотрим.
Весь следующий день Грофине экспериментировал со своим новым трюком.
— Грофине! — звал его Шимрод. — Где ты? Опять стал невидимым? — И Грофине с победным видом выходил из угла комнаты.
Однажды Грофине подвесил на потолке мастерской два ремня и повис на них, похожий на гамак.
Шимрод, войдя в комнату, ничего бы не заметил, если бы не хвост Грофине, болтавшийся посреди комнаты; замечательный хвост, который заканчивался пучком коричневого меха.
В конце концов Грофине решил забыть о всех своих предыдущих желания и всерьез стать магом. Для этого он стал часто заходить в мастерскую Шимрода и глядеть за его манипуляциями. Он, однако, очень боялся огня, и как только Шимрод, по какой-нибудь причине, пробуждал язык пламени, Грофине в панике выбегал из мастерской; в результате ему пришлось отказаться и от этой мысли.