Санация
Шрифт:
– Добро пожаловать, друг. Теперь в этом зале два совершенных существа.
– Я ничего не чувствую. Кроме горечи во рту, разве что.
– Не страшно. Зерно посеяно, а всходы не заставят себя долго ждать, - заверил его мутант.
– Отпустите Саню и его друга, - осмелев, попросил Ильющеня.
– Ваш визит принёс результаты. Разрушенный клуб, несколько трупов. Хорошего понемногу.
– Из-за него, - Питон с ненавистью указал на Ходановича, - мутанты постоянно находятся под прицелом. Прячутся, страдают, каждый день благодарят Бога за то, что не получили пулю в голову! И уж извини, если ради выживания мне приходится идти на жертвы. В том числе и людские.
–
– Сейчас не причастен, но в будущем будет причастен. Я разорву кольцо боли одним взмахом ножа. Не пытайся мне помешать!
– Горностаев выхватил меч и приставил его к шее Новы. Мутант был предельно напряжён. С клыков Питона падали капли серной кислоты.
Фьюр! Свинцовая пуля насквозь пробила бедро Ивана Петровича и застряла в полу. С минуту она вращалась, как безумная, постепенно превращаясь в лужицу расплавленного металла. Горностаев взревел.
– Выследили! Только не сейчас!
Приставив клинок Диме к горлу, Питон попятился к выходу.
– В этой войне нет места нейтралитету. Убей или будешь убит. Как бы ты не противился, твоя позиция теперь определена, - прошипел он.
Оттолкнув Нову в сторону, мужчина утонул во тьме помещений. Прогремели выстрелы. Не одиночные, а именно затяжные очереди. Короткий крик. Топот ног сменился звуками возни, после чего воцарилась тишина. "Ушёл, зараза", - сказал кто-то басом.
Брюс, укрытый тёплым больничным пледом, сидел рядом с изуродованным телом Щербакова. В сторонке стояли два плотных санитара с носилками. Саня попросил их дать несколько минут для прощания. Порез на щеке нашего героя был хорошенько обработан йодом и зашит толстыми чёрными нитками.
– Шрам останется навсегда. Так что, без обид, но в актёры и модели тебе, наверное, путь заказан, - добродушно сказала медсестра.
– Не чеши - знаю, это будет невыносимо - и не злоупотребляй с водными процедурами. Иначе столкнёшься с ужасным словом "гангрена", и придётся вырезать мёртвую кожу. Справку не хотишь? Отлежался бы дома, побалдел.
– Спасибо, не нужно. Диплом зовёт, - слабо улыбнулся Саня.
"Интересно, где он сейчас? Не исключено, что сидит сейчас передо мной. Смотрит на своё тело с такой же скорбью и сожалением, как на него смотрю я, и понимает, что больше не сможет вернуться назад. Отчаявшись, встаёт и начинает кричать. В своём стиле, с размахиванием рук и постоянными скачками голоса. Прости, Щербаков, но я не понимаю ни слова. Ага, дошло-таки. Что дальше? Заходит ко мне за спину и начинает ставить рожки. Очень мило, даже воздержусь от шутки про инфантила. Лоша-а-а-а-ара! Да, Сань, не поспоришь. Ты снова обошёл меня. Вообще, с тобой всегда приятно было соревноваться. Хотя забавно, ведь я хотел узнать про другую сторону жизни куда больше тебя. Удачливый засранец! Ну и зачем ты полез в мою голову? Пощупать мой мозг не получится. Прекрасно, теперь из моего лба торчит прозрачная рука. Очень смешно. Привидения ведут себя культурно, даже Каспер, которым ты себя мнишь. Да, и щупальца из пальцев, торчащие из моего рта, это тоже не прикольно. Смотри, Монитор, у тебя ноги исчезают! Чувак, ты становишься частью вечности. О, а теперь и руки! Боишься? На тебя это не похоже. Мутанта же с мечом не испугался! Без понятия, куда дальше пролегает твоя дорога, но, надеюсь, там будет даже лучше, чем здесь. Осталась голова. Саня, уже скоро! Если не вытрешь слёзы, закрою глаза! Гений. У тебя же рук нет уже. Я тоже буду скучать, ковбой. В добрый путь!"
Брюс медленно закрыл глаза Щербакова и
– Пш-ш-ш-ш. Пш-ш-ш! Центр базе. Приём!
– за спиной Сани послышался голос Ильющени.
– Приём. Что там с Ходановичем?
– Сотрясение мозга и пару ссадин. Состояние тяжёлое, но не критическое. Отлежится в больничке недельку и снова будет на ногах.
– Координаты записал?
– спросил Брюс.
– Обижаешь, шеф. В качестве бонуса ещё и пару номеров взял, - выпятил грудь Дима.
– Там же в основном женщины бальзаковского возраста. Неужели жизнь бармена стала настолько тяжела?
Нова улыбнулся. Меткие подколки он ценил. Особенно в свой адрес.
– Спасибо за то, что помог мне и Ходановичу, - Саня благодарно сжал ладонь Димы.
– Для меня это действительно много значит. Эта капсула... Я понятия не имел, что она превращает людей в мутантов. Прости, что чуть не испытал её на тебе.
– Пустяки. Что сделано, то сделано, - подвёл итог Ильющеня.
– Кстати, о женщинах. За тем столиком вас, сударь, с нетерпением ожидает одна из коварных искусительниц.
Саня бросил взгляд в нужном направлении и увидел там Аню.
– Что ей нужно?
– Моя хата с краю, ничего не знаю, - загадочно сказал Нова.
– Разбирайтесь сами. Кстати, заходи на чай как-нибудь. Думаю, ты знаешь, где меня искать.
– Обязательно, - доброжелательно кивнул Брюс.
Липкина сидела на стуле, закинув ногу на ногу, и листала газету. Выходное платье сменилось лёгким белым сарафаном и атласными сапожками. Рядом с девушкой на дне чашки дымился кофе. Чёлка спадала Ане на глаза и слегка подрагивала, когда девушка поднимала брови.
Когда Саня сел напротив Липкиной, то сначала подумал, будто его появление оказалось незамеченным. Лишь взглянув на газетный лист, где находился постер одной из телевизионных див, Брюс догадался, что Аня собирается с мыслями. В усугублении неловких ситуаций наш герой был мастер.
– Хорошая погода на улице, - брякнул он.
– Отличная, - согласилась девушка и тотчас выстрелила вопросом: - Что ты почувствовал, когда держал кубики?
– Вот так вот сразу, без раскачки?
– удивился парень.
– Отвечу так: родители неспроста говорят детям не совать пальцы в розетку. С кубиками похожая ботва. Ощущения были не из самых приятных, это уж точно.
– Ты мог умереть. Впрочем, если говорить о приятных вещах, то плохой человек не смог бы к ним даже прикоснуться. При удачном раскладе он бы остался без руки. Повторюсь, при удачном раскладе.
– Я чуть не задохнулся от дыма!
– Не удивительно, - хмыкнула Аня.
– Заключённая в кубиках сила исследует все уголки твоей души и, если обнаруживает тьму, незамедлительно вступает с ней в конфликт. В твоём случае даже далеко ходить не пришлось.
– И поэтому, увидев мою истинную сущность, ты убежала? Бедная, наверное, испытала очередное разочарование в людях, и не смогла справиться с этим в душном помещении, - зацокал языком Саня.
– У тебя получается быть мерзким, - сказала Липкина. Изумрудные глаза смотрели на него с укором.
– Случаев, когда оба начала встречаются в практически одинаковых пропорциях, не так уж много. Поэтому в ситуации с тобой мне потребовалась консультация у Совета.
– Совет? И много там таких просветлённых, как ты?
– поинтересовался Брюс.
– Достаточно, - Аня отхлебнула из чашки кофе.
– Меня попросили не вмешиваться и ждать. Ждать момента, когда ты более-менее твёрдо станешь на путь света или тьмы.