Щит
Шрифт:
Ревик фыркнул.
— Для тебя — возможно.
Балидор не засмеялся.
— Вообще-то нет. Это не ради меня. Я приглашаю тебя отнюдь не на приятную экскурсию. И я не хочу приуменьшить важность положения, в котором ты находишься. Уверяю тебя, по времени просто так совпало. В критический момент я столкнулся с нехваткой людей, и это та область, в которой ты уже продемонстрировал свои умения.
Балидор наклонился к столу, поставив локти по обе стороны от тарелки.
Видя, что Ревик раздумывает над
— Я оставлю кое-кого из своих людей в лесах, как подкрепление для Чандрэ, если хочешь, — он поколебался. — Исключительно женщин, если ты предпочтёшь такой вариант. На меня работает больше людей, чем я показываю публично.
Ревик взглянул на него, затем кивнул.
— Спасибо.
— То есть, ты сделаешь это?
Ревик поколебался. Посмотрев в окно камеры, он подавил реакцию в своём свете. Мысль о том, чтобы оставить её там, причиняла боль, пусть он и не мог увидеться с ней. После того утра будет ещё хуже… даже если не считать поступка Мэйгара.
Но лидер Адипана лично просит его об услуге. Ревику уже сказали, что не позволят увидеться с ней, даже если он останется здесь.
Черт, да он даже не знал, хотела ли она его видеть.
Если он останется здесь, они могут и дальше держать его взаперти.
Логика попыталась утвердиться, но по его aleimi курсировала боль, отчего становилось сложно думать. Ревик почувствовал, как Балидор отстраняется, давая ему некоторую свободу.
Однако в итоге здравый смысл привёл его к тому же заключению.
Взглянув на Балидора, Ревик переместил свой вес на стуле и кивнул.
— Ладно.
— Хорошо. Тогда договорились, — Балидор положил салфетку. — Я должен оставить тебя в оковах, пока самолёт не взлетит. Но затем, если пообещаешь не угонять моё транспортное средство, ты будешь свободным мужчиной.
Он поднялся на ноги, и Ревик уставился на него, все ещё держа палочки для еды.
Лидер Адипана скрестил руки на груди.
— Ты будешь готов через полчаса? Один из моих людей упакует для тебя сумку.
— Куда мы отправляемся? — спросил Ревик.
— Сикким, — сказал Балидор.
***
Через два часа Ревик уже приближался к небольшой грунтовой взлётно-посадочной полосе, сидя в видавшем виды американском седане. После полуторачасовой поездки через горы и человеческий город Дармсала, машина, в которой он ехал с двумя людьми Балидора из Адипана, съехала с главной дороги чуть южнее человеческого аэропорта. Она попрыгала по передней дороге до второго поля за обширной полосой банановых деревьев.
Заехав через автоматические ворота в отгороженный сегмент, водитель дал по газам и быстрее поехал к взлётно-посадочной полосе, пока два других видящих запирали за ними ворота.
Седан
Покосившись на двух видящих, Ревик ответил на их вежливые кивки таким же кивком.
Когда они открыли перед ним дверь, он вышел из машины, все ещё держа перед собой связанные руки. Когда старший из двух видящих показал ему на открытую дверь самолёта, Ревик пошёл прямиком к металлическому трапу и начал подниматься.
Он помедлил всего один раз, чтобы посмотреть на поцарапанные крылья самолёта. Слегка нахмурившись при виде древних винтовых двигателей и следов от пуль на металлической обшивке, Ревик вошёл в овальную дверь.
Пригнув голову, он подождал, когда глаза привыкнут к отсутствию света, и поискал Балидора. Лидер Адипана пока что был один в самолёте, так что Ревик прошёл по проходу и плюхнулся на сиденье рядом с ним.
— Новый самолёт найти не мог? — спросил он.
Балидор покосился на него, и на его губах играла лёгкая улыбка.
— Мы считаем, что эти древние модели с меньшей вероятностью вызовут вопросы, — он приподнял бровь. — Ты же не боишься летать, а, брат?
Ревик выставил свои скованные руки на сиденье перед ним.
— Боюсь? Нет. Насторожен, когда приходится летать на штуках, по которым я стрелял ещё шестьдесят лет назад? Да.
Балидор рассмеялся, мельком обернувшись на остальных, которые поднимались на борт.
— С тех пор мы несколько раз делали ремонт.
Ревик взглядом проследил за тем, как ещё семеро видящих прошли через ту же дверь. Они разместились на тридцати с лишним местах в салоне самолёта.
Двое из них оказались мужчинами, которые везли его из Сиртауна. В дороге они вели себя достаточно дружелюбно, разговаривали с ним о работе, которую они проделали по выслеживанию тел Териана, а также о статусе человеческой войны.
И все же коллективный настрой группы нервировал Ревика. Они не смеялись, не шутили, даже не вели себя так, будто они на работе. Все они казались мрачными, даже эмоциональными. Пелена нависла над отрядом, хоть они и закрывались щитами крепче, чем любая группа видящих, с которой Ревик когда-либо имел дело.
Все, за исключением одной, были мужчинами, и насколько мог сказать Ревик, все они старше него, а самому молодому после него было как минимум триста лет.
Единственная женщина прошла по проходу и села рядом с Грентом — единственным видящим во всем самолёте, с которым Ревик до сегодняшнего дня обменялся хоть парой слов. Заметив взгляд Ревика, Грент помахал ему в знак приветствия. Затем он посмотрел на женщину, и выражение его лица сменилось с печали на улыбку, когда она наклонилась, чтобы поцеловать его, приласкать его щеку рукой, а затем вновь поцеловать его.