Сдохни, но сделай

Шведов Павел

Стояла глубокая ночь. Но, если прислушаться, становилось ясно, что город не спал. Где-то вдали гудели двигатели строительной техники. То и дело хлопали двери машин, заводились двигатели, чтобы увезти в ночь беспокойных человеков. В другом крыле здания, Егор это знал точно, сейчас заседали вояки, пытаясь организовать эффективную оборону города. Да и переведенные на круглосуточный режим работы логисты со снабженцами тоже должны были бдеть, распределяя запасы и выделяя под них транспорт. Без бюрократии никуда в любом более сложном, чем группа скидывающихся на бутылку алкашей, образовании. Сразу же появятся списки и распоряжения, места их хранения, журналы учета, ещё приказы о хранении этих

самых приказов и распоряжений. Потом, несомненно, добавится журнал учета журналов, ну и, разумеется, штат ответственных. Егор даже вникать в эту кухню не стал. Вспомнил жизнеутверждающий армейский принцип и просто распорядился всё организовать и назначить исполнителей. И доложить. А сам уселся изучать успешно добытые из сейфа Мясникова документы. Правда перед этим пришлось поссориться с тремя бравыми полковниками, которые попытались поиграть в мудрых отцов-основателей, и принялись наперебой давать советы, что ему делать. Егор поначалу терпел, но после очередного захода Ворошилова с предложением передислоцировать его полк в город, чтобы обеспечить порядок на улицах, взорвался. Построив перед собой всю троицу, он рассказал им свое видение ситуации, где он сам во всем разбирается, а если чего-то не понимает, или не знает, то идет и спрашивает у них. И только после этого принимает решение. Сам. Не одобряет сходу чью-то идею, а делает это с пониманием ситуации. Полковники тут же сдулись, тихо извинились и свалили заниматься своими делами, при этом оптимистично и весело переговариваясь между собой.

Информация там была для его не особо искушенного в политических играх ума конечно интересной, иногда даже пугающей. Но не особо сейчас нужной. Или, наоборот, крайне нужной. Понимание этого пришло, когда через пару часов вернулись полковники и задали простой и конкретный вопрос: какие будут распоряжения. Вместе с собой они притащили целую кипу накопившихся сводок по состоянию дел в Анклаве. Те были заботливо разложены по папочкам: дела военные, гражданские, активность Чужих. Сводки по производству, боевым и небоевым потерям. Раненые и погибшие. Отдельно лежали сводки по Новосибирску. Отчеты по поиску и доставке в госпитали раненых, список остановленных предприятий. Электричество, Вода. ПВО. Сошедший с рельсов состав. Каша в голове Егора набухла и чуть не лилась из ушей.

– Мне что, каждый чих согласовывать надо? – спросил он, наскоро пролистав принесенные папки.

– Ага. Здание администрации разбомбили. Аппарата больше нет. Точнее он есть. Но работать негде. Здесь, конечно, кое-кого разместили. По крайней мере, управление военными частями отсюда худо-бедно наладили и даже связь до Центрального гарнизона протянули уже. По третьей категории пока, но лучше, чем ничего, - ответил тогда Ворошилов.

– Я понял, - ответил Егор: - Утром всё решим. А теперь можно мне поработать?

Принесшие бурю в его голову полковники испарились, оставив его наедине с новой кучей бумаг. Егор с тоской посмотрел на неё и схватился за голову. Под какую же херню он подписался! Как всё это понять и разуметь? Аппарат! Ему нужна государственная машина, которая будет решать все текущие вопросы. Он есть, но просто сломался и нужно его исправить. Егор суетливо поискал в бумагах Мясникова его заметки по руководству гражданской администрации Анклава. Промышленность, транспорт, образование, медицина, и прочие, прочие, прочие. Интересно, почему они все сидели в пусть большом, но всё же в одном здании? Проще контролировать? Проще решать межведомственные вопросы? Или, чтобы количество чиновников не превышало вместимости здания? Вот с чего нужно начинать. Ему как в компьютерной стратегии на хардкорном уровне сложности выдали ресурсы, юнитов и персоналий. И теперь

ему нужно сделать ход. Двинуть свои войска, назначить губернаторов, запустить производство пушек и кораблей. Жаль, что время на паузу не поставишь, чтобы изучить всё как следует. Как всё это организовать? Три гребаных полковника только и делают, что ехидно лыбятся и подкидывают новые головняки на его голову. Он ведь не просил всего этого.

Егор вспомнил начало своей карьеры в контрразведке. Они пришел в оперативный отдел. Начальник отдела, майор Незлобин, тут же приставил его к старшему оперу, опытному следователю из структур бывшего МВД. И тот натаскал, обучил, помог. А теперь некому помочь. Хотя, кто сказал, что он должен ехать по тем же самым рельсам, что и сотни правителей всех мастей? Даже Мясников в своей напутственной речи так прямо и сказал: «Придумай, Егор». Может, нахрен нужна вся эта бюрократия? А как без нее? Кто скажет, сколько нужно танков, сколько починить вагонов? Блин.

Голова уже шла кругом. И темнота не помогала. Егор раздраженно поднялся из-за стола и подошел к окну. Как быть? Легко быть простым исполнителем, когда за тебя подумали, выдали пистолет, чистую совесть и послали творить добро. Чуть сложнее, уже придумывать исполнителям задания, выбивать со склада новые пистолеты и получать с химчистки чистые совести. Но у него получалось. Когда он был руководителем группы сопровождения особо важных проектов. И даже когда был начальником отдела. Но как теперь, когда в твоих руках не просто какое-то конкретное направление, а целая страна?

Так, Егор, не паникуй. Разбивай задачи. Самое важное сейчас – не допустить раскола в руководящих кругах Анклава. Второе – наладить управление. Третье – восстановить и усилить оборону. Четвертое – найти путь к победе. Вот! Молодец! Можешь же, когда припечет.

Егор довольно улыбнулся и замер. Он улыбается. Он радуется пришедшему в голову решению. Срочно зафиксировать это состояние. И даже не смей забыть его. Не превращайся в робота. Да. Самое главное – не потерять себя. Не дать себя засосать делам и ответственности. Сейчас ты смог. И дальше сможешь.

Дверь негромко скрипнула и открылась. Егор развернулся и уставился на вошедшего полковника Брюханова.

– Товарищ генерал, разрешите? – необычно вежливо и официально обратился тот.

– Входите, - кивнул Егор, подходя к столу и включая обратно светильник. Приглушенный свет мягко осветил комнату. Егор уселся за стол. Полковник сделал шаг вперед и вошел внутрь. Следом за ним в кабинет просочился ещё один офицер.

– Папа?! – неверяще воскликнул Егор, узнав спутника Бати.

– Генерал? – хмыкнул Пашка, подходя к столу: - Кого подсидел?

– Блин, рад, что ты выжил, - Егора вынесло из-за стола. Он изо всех сил сжал командира в объятьях. Или уже бывшего командира. Или даже совсем бывшего.

– А я то как рад, - ответил Пашка, выбираясь из тисков. Похлопал Егора по плечу: - Поздравляю с повышением, товарищ генерал-майор, - заметил он его погоны.

– Спасибо, - Егор вернулся за стол: - Вы зачем ночью приехали?

– Я его привез, - вмешался Батя: - Подумал, что тебе проще будет, когда рядом кто-то твоего уровня. И не совсем тупой.

– Ну, спасибо, - возмутился Егор. Только няньки ему тут не хватало. Пашка тоже скорчил недовольную рожу.

– Потом скажешь, - ответил Батя: - Тем более я хотел бы услышать историю об одном крайне любопытном трофее, что наш майор притащил из рейда.

– Это бы и до завтра потерпело. И даже подольше. Никакой срочности нет, - ответил Пашка.

– А что за трофей? – поинтересовался Егор.

– Охотник. Только пассажирский. Мы на нем и прилетели, - ответил Пашка.

– Охотник?