Сегмент времени
Шрифт:
Чепрыгин с трудом понял, куда они идут. Оказывается, на окраине военного городка находилось убежище. Леонид Алексеевич здесь никогда не был, но даже если бы и забрел случайно, вряд ли смог узнать, что за небольшой дверью у холма находится скрытое под землей, укрепленное здание. Оно было оборудовано средствами связи, электродвижком на дизеле, укомплектовано запасами продуктов питания с длительным сроком хранения и другими необходимыми вещами для жизни.
– Ну, наконец-то! – воскликнул прапорщик Данилюк. – Мы уже думали, что потеряли Вас, Леонид Алексеевич.
Чепрыгин стоял на ступеньках и всматривался в слабо освещенное
Убежище состояло из служебных помещений, общей комнаты и небольшими отсеками, которые были предназначены для проживания укрывшихся здесь людей.
– Мы уже посылали за Вами. Солдатики ходили в лабораторию, Вас не нашли. Посылали к Вам домой, там тоже никого нет. Где Вы были, Леонид Алексеевич?
– Я работал, – удивленно развел руками Чепрыгин.
Когда все жители городка спустились в бункер, двери наглухо закрыли. Посередине большой комнаты стояли встревоженные люди, которым предстояло обживать этот бункер.
В середину вышла Александра Константиновна Валуева.
– Здравствуйте, – сказала она. – Очень рада видеть здесь всех в добром здравии.
Она обвела взглядом всех и продолжила:
– Почти каждый из вас задается вопросом, что же происходит? И не менее важно, когда все это кончится и кончится ли вообще? Я постараюсь ответить на эти вопросы. Скажу сразу, что информация, о которой я буду говорить, некогда имела гриф «секретно». Думаю, что ситуация, в которой мы сейчас оказались, сама автоматически снимает этот гриф. Было бы неразумно, оставлять всех в неведении.
Вокруг полковника Валуевой стояли человек пятьдесят. Это были, в основном, военные, солдаты срочной службы и офицерский состав. Но было немного гражданского населения, семьи военнослужащих, и еще Чепрыгин со своей аспиранткой, которые совершенно случайно оказались здесь в это время.
– Почти десять лет назад учеными всего мира было замечено, что ядро нашей планеты начало активно смещаться из центра к поверхности Земли. Ядро, как мы предполагаем, имеет твердую металлическую структуру, оно, плавает в плазме, поэтому, ему относительно легко перемещаться. Надо сказать, что ядро никогда не оставалось на одном месте, оно всегда немного двигалось, но потом, снова возвращалось на свое место. В последнее время, его движение стало не хаотичным, а направленным. Были высказаны гипотезы, что Земля может из-за этого резко изменить ость вращения. Просчитывались варианты. Но, так как спрогнозировать, как будет в дальнейшем вести себя ядро, не представлялось возможным, ни один из вариантов не мог быть принят за основу.
Современная наука еще не настолько сильна, чтобы стало возможным заглянуть вглубь планеты, нашему подразделению и некоторым другим была поставлена задача, наблюдать за проявлениями движения ядра.
Но никто не мог предположить, что может случиться то, что мы имеем сейчас. Ни одна из гипотез такого сценария не предполагала.
Люди внимательно слушали, даже те, которые понимали не все. В толпе среди жителей городка прошел удивленный возглас.
– Судя по всему, Земля стремительно меняет ость вращения. Какой она теперь станет, не может сказать никто. Могу только сказать, что наша планета потеряет на какое-то время свою магнитосферу а, значит, и атмосферу. Чем быстрее она будет переворачиваться, тем разрушительнее будут последствия на ее поверхности. Кроме того, можно предположить, что Земля может изменить свою орбиту
– Сколько мы будем здесь сидеть, не знаю. Предполагаю, что за пределами нашего убежища уцелеют немногие. Когда будут новости, мы обязательно поставим всех в известность. Если можете, молитесь. Мы все будем надеяться на лучшее. А сейчас прапорщик Данилюк всех вас расселит.
Едва Александра Константиновна, пройдя сквозь замершую толпу, вышла в служебное помещение, где теперь был ее кабинет, послышались крики и надрывные рыдания. Некоторые женщины метались в истерике, прижимая своих детей. Кто-то оказался в прострации, отключившись от осознания реальности. Кто-то искал место, где бы сесть, чтобы переварить услышанное и садился прямо на пол.
Людям было не до расселения.
Сидя в своем кабинете, Александра Константиновна закрыла ладонями свое лицо. Прежде всего, она была просто женщиной. Теперь ей предстоит проявить недюжинную силу, чтобы уберечь людей, за которых отвечала, не допустить паники, не позволить им голодать а, главное, не дать потерять надежду. И ради этого ей пришлось сейчас лгать. Не обо всем, но о том, что подорвет веру и тем самым помешает возродиться цивилизации лучше помолчать.
Чепрыгин тоже обнаружил себя сидящим на полу. Он понимал, что жизнь никогда уже не будет прежней. Что теперь этот бункер может стать его пристанищем навсегда. А еще он подумал, что теперь его научные изыскания кажутся не только совершенно не нужными, но даже нелепыми.
Он посмотрел на Карину, сидящую рядом с ним, и ему захотелось прислониться к ней и замереть в ощущении единства, она сама обняла его:
– Папа, что же теперь будет? – спросила она, вытирая слезы.
Чепрыгин прижал ее плечо к себе:
– Не плачь, девочка, – сказал он. – Главное, мы вместе.
Если бы не сам повод, который их сблизил, это был бы самый счастливый момент в их жизни.
Глава 9
Сколько они уже сидели в этом убежище Чепрыгин не знал. Наверное, кто-то следил за временем, но только не он. Когда всех звали в столовую, он не шел, а продолжал лежать на своей кровати, отвернувшись к стене.
Карина попросила зайти к отцу военного врача, майора Рякина Николая Николаевича, но в это время многие обитатели убежища жестоко болели, и военврач только заскочил на минутку к Чепрыгину и ушел, признав его здоровым.
Население бункера спасало то, что были они народом молодым и здоровым. Большинство отделывались только головной болью и потерей аппетита. Но больше всех досталось Лене, жене прапорщика Данилюка. Она совсем не вставала с постели, доктор не отходил от нее, переживая, что ее хватит инсульт.
Был еще один человек, который тяжело переносил катаклизм, это был старшина сверхсрочник Войкович Анатолий Павлович. Он служил в продовольственном отделе в штабе дивизии, и уже готовился выйти на пенсию. Когда в законсервированную часть отправили команду, попросили его поехать помочь своим опытом наладить там жизнь. Он поехал и оказался абсолютно незаменимым. Теперь он был при смерти.
Тот, кто проходил мимо приоткрытых дверей комнаты Анатолия Павловича мог видеть неизменную капельницу, стоящую у его кровати. Говорили, что старшина давно не приходит в сознание.