Семиречье. Трилогия
Шрифт:
— Пусть спит, — крикнул ему вслед тысячник.
— Я не собираюсь ее будить, — ответил Дарей и закрыл за собой дверь.
— Что он будет делать? — встревоженно спросил Ярополк.
— Не знаю, — пожал плечами Радмир. — Но точно ничего плохого. Подождем, не будем мешать.
Чародея не было какое-то время. Ярополк начал ходить взад и вперед, стараясь унять тревогу.
— Поешьте, гости дорогие, — на пороге возникла хозяйская дочка, лет шестнадцати.
— Благодарствуй, ягодка, — подмигнул ей Радмир, и девушка залилась
Девушка выскользнула за дверь, и Радмир тихо засмеялся.
— Садись, тысячник, — позвал он, — чай, сегодня еще не ел ничего.
— Волнуюсь я, кусок в горло, боюсь, не полезет, — ответил Ярополк, садясь за стол, но продолжая смотреть на закрытую дверь.
— А ты начни, — подмигнул Радмир. — А там уж как полезет.
Ярополк сначала нехотя ковырял ложкой в своей миске, потом голод взял свое, и он заработал ложкой более активно под одобрительным взглядом воина-странника. Когда они уже закончили трапезу, к ним вернулся Дарей.
— Ну что скажешь? — первый заговорил Радмир.
— Ее сила возросла во много раз, с тех пор как мы уехали. Ее теперь даже видно. Вокруг нее, как кокон.
— Так она же чародейка жизненной силы, — сказал Радмир.
— Не то это. Хоть и самые могучие чародеи жизни, но силу свою они наращивают многие годы. Белава сейчас уже сильней меня раза в два. Меня чуть не разорвало, когда я сунулся в этот кокон. И сила какая-то странная… Говоришь, Ярополк, дар твоей тетки смогла взять и вернуть после?
— Да. — подтвердил мужчина.
— И огнем дохнула?
— Точно так.
— Я ведь ее этому не учил… Не мог я ее этому учить, нет у меня такого дара. Даже у тех, кто силу из огня берет, нет такого дара. Что же с ней случилось до Берестова? — чародей встал и прошелся по горнице. — Хоть буди ее.
— Не надо, — в один голос воскликнули Радмир и Ярополк. — Пусть поспит.
— Да не буду, не буду, — разочарованно глянул на них Дарей. — Ишь защитнички еще нашлись. — потом повернулся к Ярополку. — А тебе спасибо, тысячник, что стал ей товарищем, не оставил девку одну в дороге.
— Мне только в радость было, — ответил тот и вдруг зарделся, как хозяйская дочь.
— Если у тебя дела есть спешные, то можешь возвращаться. Теперь она не одна. Домой не отправлю. Во-первых, не поедет зараза, а во-вторых, надо разобраться, что с ней происходит.
— Я не поеду никуда, — тут же нахмурился Ярополк. — Дальше с вами вместе отправлюсь. Я обещал ей быть товарищем и помощником и слово свое держать буду… пока сама не прогонит.
— Пока сама не прогонит, — машинально повторил чародей. — Так, так, так… Учти, тысячник, замуж ее пока не отдам, не закончила она еще обучение.
— Я и не прошу… пока. — ответил чуть обиженный Ярополк.
— Вот и ладно.
Радмир, внимательно наблюдавший за ними, сказал насупившемуся тысячнику:
— Ты не серчай на
— Опасное дело? — Ярополк посмотрел на него.
— Опасное.
— Тогда тем более с вами поеду. Только вы мне расскажите, что за дело такое.
— Расскажем, — сказал Дарей, принимаясь за трапезу. — Всему свой срок.
На том и порешили. Чуть погодя хозяева дома истопили баню и позвали гостей попариться. Белава все еще спала, и мужчины с удовольствием согласились. Когда они вернулись чистые, румяные и благодушные обратно, из своей светлицы вышла бледная девушка, держась обеими руками за голову. Она со стоном опустилась на скамью.
— Болит? — сочувственно спросил Радмир.
— Болит, — со вздохом ответила Белава и тут же уточнила. — А будешь ржать, аки конь дикий, я тебя в прах обращу.
— Испужала, спас у нет как, — усмехнулся весельчак.
— Оставить бы тебя как есть, — сказал чародей, — да успокоился я. Сейчас помогу.
Он подошел к девушке и достал пузырек из своего бездонного кармана.
— На вот, выпей. Полегчает.
Девушка послушно глотнула из пузырька и вскоре блаженно выдохнула, и Радмир опять усмехнулся. Ярополк сел рядом с девушкой и взял за руку, ободряюще сжав ее.
— А теперь поговорим, — начал чародей, и Белава втянула голову в плечи. — Тебя какой бес погнал за нами, коли я тебе велел дома сидеть?
— Не усидела я, мастер. Прям почуяла, что нужна вам буду. — потупила очи ученица.
— Почуяла она… Чем ты недоучка сможешь нам полезной быть? Думаешь, я не справлюсь?
— Ну чего вы, мастер, даже не думала…
— Не думала. Вот именно, что не думала! Рванула вслед, будто шпынь ненадобный. А мне-то казалось, что повзрослела моя ученица, поумнела. Ан, нет, все та же ветряная мельница вместо головы.
— Ну, мастре-е-ер, — Белава зашмыгала носом, готовая разрыдаться.
— Нет, нет, нет, не вздумай, — возмутился Дарей, приходя в ужас от одной мысли, что она сейчас расплачется. — Вот отправлю тебя домой, и попробуй не поехать! Через дверь прямо в терем отправлю!
— А я и оттуда вас догоню, — девушка сжала кулаки и в упор посмотрела на учителя. — Никуда я от вас не денусь!
— Пиявка, кровопивица! Конечно, не отстанешь, конечно, не денешься, иначе звали бы тебя не Белава дочь Никодиева! Не отправлю, не боись. Только чтоб слушалась неукоснительно, поняла меня?
— Поняла, — Белава заулыбалась сквозь все-таки выступившие слезы.
— Только не плачь, — поморщился чародей. — Сейчас попрошу тебя накормить. Голодная ведь, — в его голосе появились нотки заботливого, но ворчливого отца. — А пока в баньку сходи, помойся. Там как раз хозяйка пошла с дочками. И пусть тебя вениками получше отходят, может хоть через это место в тебя ума вложат.