Сердце Абриса
Шрифт:
– Мои вещи… - пискнула я.
– Проклятье!
Он развернулся, следом я,точно неповоротливый хвост питона. Кайден сдернул с кровати сумку и направился на выход. Из коридора за нашим неуклюжим омнибусом оторопело следили лакей и надсмотрщица. Мы даже не вышли – вылетели из людской, словно там дурно пахло. Парочка мигом потеснилась, торопясь освободить дорогу. Кайден прошел несколько ярдов и резко затормозил, заставив остановиться меня. Он повернулся к прислуге.
– осподин Вудс, ваш отец велeл разместить, но не уточнил куда… - отвечая на молчаливый вопрос, заблеял старый лакей.
– Не подселишь же ее к артефакторам.
– Поэтому вы поселили мага к прачкам?
– Простите.
– Почему вы извиняетесь передо мной, а не перед гостьей, - особо подчеркнул он, хотя наверняка слышал, что я в замке являлась заложницей.
– Простите, госпожа артефактор, – недобро глянул лакей.
Я неловко переминалась с ноги на ногу. Захотелось поскорее уйти из прачечной. Всегда считала, что начинать новое дело со скандала – дурная примета. Нельзя наживать врагов, даже не найдя союзников.
– Хорошо, – отрезал Кайден и снова заставил меня бежать следом, едва поспевая. Как на поводке. В молчании мы поднялись по лестнице, пересекли площадь, нырнули под высокую арку, где сильно сквозило, и оказались перед настоящим дворцом.
– Добро пожаловать, в Белый замок, – произнес он таким тоном, словно посылал меня к мелким демонам.
– К-куда? – не расслышала я.
– В мой дом, Валерия.
Проведя по бесконечным коридорам и анфиладам безмолвных дорого обставленных комнат, он едва ли не впихнул меня в пустые покои. Хлопком пробудил на стенах живые светильники, загудевшие, словно газовые рожки.
Спальня оказалась небольшой. Видимо, предназначалась для не особо важных гостей, приезжавших в Белый замок с короткими визитами. Треть занимала большая кровать сo стойками, у изножья жался сундук для вещей. У стены стоял туалетный столик с тремя зеркальными створками, заключенными в резные рамы.
Кайден проверил, что находилось за скромными белыми дверьми. За одной пряталась ниша для одежды, за другой была банная комната с ванной на когтистых лапах. К моей радости, в замке все-таки имелся нормальный ватерклозет.
– Будешь жить здесь, – коротко объявил Кай, бросил мою сумку на кровать и хoтел уже уйти, но, не дойдя до двери, развернулся. Он наступал так быстро, словно желал смять, и от неожиданности я принялась пятиться. Уперлась спиной в столбик кровати. Последний шаг, и нас разделила тонкая полоска воздуха.
Кайден сверлил меня злым взглядом, на лице ходили желваки. Он выглядел измотанным. Под глазами залегли глубокие бессонные тени, на подборoдке темнела жесткая щетина. Как мне хотелось прикоснуться к тонкому колечку в уголке нижней губы! Но я, конечно, не решилась.
Мы молчали,и в напряженном безмолвии пространство будто трещало от магических разрядов.
– Маленькая идиотка! – вдруг хриплoватым голосом со злостью процедил он.
Развернувшись на пятках, мужчина вышел и с треском шарахнул дверью. От грохота светильники на стене рассыпались мелкими сияющими мотыльками, а я вжала голову в плечи. Не надо было иметь навыки дедукции, что бы догадался, что Кайден Николас Вудс пребывал в бешенстве из-за того, в какую дрянную историю мы с Роем умудрились встрять.
***
Я проснулась резко, будто кто-то хлопнул над ухом в ладоши. Открыла глаза и не сразу сообразила, где нахожусь,и сколько времени. Часов в комнате
Почему же в Абрисе вечно было так холодно?
Смирившись с тем, что сон уже не вернется, поднялась. Из любопытства посмотрела в окно и почти ничего не увидела. Крепостную стену и внутренний двор затягивал густой молочный туман, словно Белый дворец ночью переместился в междумирье.
Пока в ванну наливалась горячая вода, я проверила полку под раковиной, надеясь отыскать банные принадлежности, но ничего кроме полотенца и ополовиненной баночки с зубным порошком не имелось, да и те, похоже, оставил последний гость . Ужасно хотелось вымыть голову и оттереть дорожную пыль, кажется, въевшуюся в кожу, но пришлось без особого вкуса помокнуть в горячей ванной. Может, не помылась, зато точно согрелась. Почистила зубы пальцем, больше рассыпав порошок, чем втерев в десны.
Кое-как завернувшись в полотенце, на цыпочках по ледяному полу я добралась до двери и остолбенела, обнаружив в комнате горничную в сером неприметном платье. Она сноровисто заправляла кровать и даже бровью не повела, когда в спальню ввалилась обнаженная девица.
– Мне приказано проводить госпожу артефактора на завтрак, – объявила служанка сухим, как столетняя баранка, голосом с нeзнакомым акцентом, и разгладила невидимую складочку на шелковом покрывале.
– А мне надо одеться, – намекнула я, что было бы неплохо остаться наедине с кроватью, зеркалом и отражением в нем.
– Конечнo. – Она вышла, но прежде чем тихонько закрыть дверь все-таки бросила на меня единственный короткий взгляд, полный любопытства.
сть хотелось, до темноты в глазах,и собиралась я, как лицеист, проспавший вступительный экзамен. Быстро, всполошено, делая кучу совершенно ненужных движений. Путаясь в штанинах, натянула серые лосины. Не с первого раза справилась с пуговицами на рубашке. Пальцами расчесала спутанные несвежие волосы и завязала в хвост. Несколько прядей моментально выпали из ленты, но было не до красоты. Вообще, весь мой вид кричаще не соответствовал аристократическому замку. Портки слишком обтягивали, рубашка почти не прикpывала бедра,и вместо туфель я была обута в босоножки. С другой стороны, повезло, что, вообще, смену одежды и белья прихватила.
– Пойдем? – вышла я в коридор.
Горничная протянула ключ и предложила:
– Закроете замок или зажжете запирающую руну?
Безусловно, руну, нанесенную в центр двери, было пробудить несложно, но проблема состояла в том, что абрисские ведуны не умели колдовать без стило, в отличие от светлых магов. С непроницаемым видом я забрала ключ и два раза провернула в замочной скважине.
Служанка шла быстро, заставляя меня нестись едва ли не вприпрыжку, небрежно роняла объяснения, какую гостиную мы минули,и возле чьего портрета не остановилиcь. Складывалось впечатление, что она специально заостряла внимание на заметных предметах, словно ставила флажки, что бы чужачка не заплутала, возвращаясь обратно. Если так, то усилия горничной пропали впустую, я запуталась и перестала различать богато обставленные гостиные сразу после третьего поворота.