Серый принц
Шрифт:
На закате отряд устроился на отдых у каменных столбов на южной границе Морнингсвейка. Джемах пошел на охоту и убил небольшого поросенка, дикого потомка домашних свиней, которых завезли сюда первые колонисты. Чейн и Элво набрали хвороста и развели костер. Все четверо отрезали по куску мяса и стали жарить его на вертелах.
— Завтра мы найдем воду, — сказал Герд. — Насколько я помню, придется пересекать три или четыре ручья.
— Да, оттуда до южной станции всего десять миль. Там наверняка есть
— А где аосы?
— Они могут быть где угодно. Но я полагаю, что они откочевали на север. От них помощи нам не приходится ждать.
— Как твоя нога?
— Так себе. Но идти я могу.
Элво Глиссам лег на спину и смотрел на звезды.
Его жизнь так просто по сравнению с жизнью баронов. Чейн! О чем она думает?
Иногда она казалась ему чрезвычайно умной, искушенной, иногда наивной, а иногда ею завладевали эмоции, которых понять он не мог, но, без сомнения, она была смелой, ласковой и восхитительной.
Он с удовольствием подумал о том, что они могли бы провести остальную жизнь вместе. В Морнингсвейке? Он не был уверен в этом. А согласится ли она жить в другом месте? В этом он не был уверен.
Элво подумал, что ему следовало бы помочь Келсу, взять часть его ноши.
Утром Элво предложил Келсу помощь.
Келс запротестовал, но Элво сказал:
— Это всего лишь здравый смысл. Тебе приходится выполнять вдвое больше работы, чем мне, и в общих интересах, чтобы ты был здоров.
Герд Джемах согласился.
— Глиссам прав, Келс. Лучше нести твою поклажу, чем нести тебя.
Келс промолчал, и отряд двинулся в путь.
Часом позже они достигли южного перевала.
Там им пришлось карабкаться вверх на высоту пятисот футов. Они стояли на гребне перевала. Позади лежала земля не подчинившихся племен, терявшаяся в дымке тумана, впереди простирались плодородные долины, поля, фруктовые рощи. Солнце отражалось в тихих озерах.
— Морнингсвейк! — возбужденно воскликнула Чейн. — Мы дома!
— И еще идти шестьдесят миль, — добавил Келс.
Джемах обернулся назад.
— Худшее — позади. Дальше будет легче.
Весь день они шли по южной Прерии.
На следующий день им пришлось пробираться среди Турмалиновых Холмов. Келс уже двигался с большим трудом. К полудню следующего дня отряд пробрался через колючие заросли и оказался на чистом пространстве. Здесь они остановились для отдыха. Келс посмотрел вперед.
— Еще пятнадцать миль. Сегодня нам их не пройти. Может, вы пойдете вперед и пришлете за мной коляску?
— Я останусь с тобой, — сказала Чейн. — Это хорошая мысль.
Герд Джемах сказал:
— Это было бы правильно, если бы за нами не следили.
Он
— Трижды за последние два дня я видел в облаках Воздушную Акулу.
Все взглянули вверх.
— Я ничего не вижу, — сказала Чейн.
— Сейчас она вон в тех облаках.
— Но чего хочет Акула? Если пилот настроен враждебно, почему он не стреляет в нас?
— Я могу только предположить, что он хочет оставить нас живыми. Может, только некоторых из нас. Если мы разделимся, его шансы увеличатся. Может быть, в это время еще один отряд Хунгов хочет перехватить по дороге нас.
Чейн недоверчиво спросила:
— Почему они забрались на территорию аосов? Ведь аосы убьют их.
— Воздушная Акула предупредит Хунгов о приближении аосов.
Элво Глиссам облизнул губы.
— Теперь мне совсем не хочется попадать в плен или быть убитым.
Келс с трудом поднялся.
— Тогда идем.
Через двадцать минут Герд Джемах остановился и стал изучать местность в бинокль. Он опустил бинокль и сказал:
— Ульдрасы. Около двадцати.
Чейн вгляделась в розоватый туман.
Снова стрельба, снова убийства — а на открытом пространстве у них было мало шансов отбить нападение. Четырнадцать миль до Морнингсвейка! Так близко — и так далеко!
Элво Глиссам пришел к такому же выводу.
Его лицо осунулось и посерело. Жалобный звук родился у него в груди.
Герд Джемах вгляделся в ульдрасов.
— Они едут на криптидах.
Чейн облегченно вздохнула.
— Это аосы!
Герд кивнул.
— Да. У них на голове белые перья.
Чейн радостно засмеялась. Элво спросил сдавленным голосом:
— Они враги?
— Нет, — коротко ответил Келс.
Всадники приближались в клубах пыли.
Герд Джемах внимательно изучал небо через бинокль.
— Она улетает.
Герд показал на черную точку, которая вынырнула из облака и, набирая скорость, исчезла на западе.
Аосы совершили ритуальный объезд отряда.
Мягконогие Криптицы ступали по земле легко и бесшумно. Наконец они остановились.
Старый ульдрас, низенький и плотный, спешился и подошел к ним. Чейн схватила его за руку.
— Кургеш! Я вернулась домой!
Кургеш коснулся ее головы, что означало и приветствие, и ласку.
— Мы рады видеть тебя дома, хозяйка.
— Утер Маддук мертв, — сказал Келс. — Он был сбит над Драмальфо Воздушной Акулой.
Серое лицо Кургеша — он не пользовался голубой краской — ничего не выразило, видимо он уже знал об этом. Чейн спросила:
— Ты знаешь, кто убил моего отца?
— Знание еще не пришло ко мне.
Келс, склонившись вперед, хрипло проговорил:
— Ты поищи знание, а когда найдешь, скажи мне.