Североморье
Шрифт:
Неотрывно глядя в окно, я вспомнила все: как подобрала меня Мария Кларк, как мы жили, как дрались, как Витольд Корд меня учил.... Он ведь мог особо не стараться...Медленно, словно в тумане, я надела военную форму. Я состою на службе ее высочества. Мне пора, да и ведь своим отъездом я наверняка принесу покой сыну барона. Я спустилась, подготовила дорожную сумку, затолкала платье и остановилась. Надо попрощаться.....Постучав в кабинет, я вошла. Барон был бледным, с темными кругами под глазами, с отросшей щетиной, его галстук валялся на кушетке, а сам он быстро писал какие-то распоряжения. "Я уезжаю, пришла попрощаться". "Я дал слово отцу, что буду вас оберегать...". "Я не нуждаюсь в защите. Спасибо за все. Примите мои соболезнования. Я, к сожалению, ничем вам помочь не могу. Могу лишь уехать, чтобы одной проблемой у вас стало меньше. Прощайте" - поклонившись, я открыла дверь, и в последний раз взглянула на барона. Он оторвался от писем и посмотрел на меня; сил анализировать его странный взор у меня не было.
Без происшествий я доехала до места службы. А через день с посыльным пришло письмо
Меня отпустили до утра - но если к утренней смене караулов меня не будет, свободна на все четыре стороны....С королевскими особами не спорят, слава Богу, что отпустили... Вскочив на коня, я тронулась в путь. Мчась на пределе сил лошади, где-то в пути я остановилась у озера, давая Бурану попить и перевести дух. И услышала: "Ховард, черт возьми! Ховард!", вдали, все приближаясь, неслось облако пыли - Мели! Ее голос! Но, что она тут делает?! "Что ты здесь делаешь?! Что случилось?" "На посту Инель, если что, скажет, что отлучились ненадолго....Тебя одну не могу отпустить! Когда тебе надо на посту быть?" "Утром" "Шутишь?" "Нет, какие уж шутки" "Тогда поехали, времени мало" И мы рванули. Бешеная скачка - от ветра срывает шляпу, свистит в ушах, а придорожная трава сливается в единое зеленое полотно...Начался ливень.
Полностью вымокшие, мы, наконец-то подъехали к замку, за ним по дорожке проскакали к семейному месту захоронения. Все было пустынно. Ни души. Мельком оглянувшись и никого не увидев, я подошла к памятнику. Лил дождь; с трудом стащив перчатки, развязала тесемки плаща. Я плачу или это дождь по лицу? ... Наверное, все-таки, плачу. Опустившись на одно колено и стянув шляпу, я замерла. Внутри все дрожало... "Ты замерзла? Ты вся дрожишь". "Нет. Вроде бы нет". "Гм-м...Еле, а вон ...там люди" Какие люди? Поднявшись и поправив меч, висящий сбоку, я вгляделась вправо от себя - там, действительно, виднелись люди... Черт .... Сквозь завесу дождя в беседке рассмотрела и милорда, и барона, и каких-то еще господ. "Нам обязательно подходить? Может, так поклонимся и свалим?" "Там, вон слева Дарчесир. Вот с ним и надо поздороваться..." "А справа? Прям глаз с тебя не сводит... кто это?" "Это сын барона, и вот с ним ....короче, желательно избежать общения". "Почему?" "У нас горячая взаимная нелюбовь". "Странно...." "Что странно?" Мой вопрос остался без ответа; мы подошли.
Просторная светлая беседка, увитая плющом - несколько дам, вытирающих глаза платочком, несколько очень почтенных старичков, и милорд с бароном при входе... "Сударыня Ховард, барон стал для вас не только ведь учителем, а гораздо более..." "Да. Милорд. Это так. И сейчас мне .... мне тяжко думать, что его нет..." "Надеюсь, вы останетесь. Ну, познакомьте же со своей подругой" "О...простите, Мели Донован - милорд Дарчесир". Мел поклонилась. "Милорд, думаю, Ховард нужно на службу...Вы ведь уже простились с отцом?" Строгий черный смокинг, осунувшееся, мрачное лицо, и взгляд, способный поджечь. Я не смотрела на барона Корда, вполне хватило слушать... "Милорд, барон абсолютно прав. Нас отпустили до утра, на утренней смене караула мы должны быть на постах. Поэтому, мы вынуждены откланяться". "Откланяться?! Невероятно. Но вы определенно мокрые! Вам надо хотя бы сухую одежду! ...Утром должны быть в карауле? Но это абсурд!" "Ничего. Не нужно нам ничего...Единственная просьба, - Мел слегка замялась, - вы могли бы заменить нам лошадей. Буран Елены и моя Стрела порядком выбились из сил". "Думаю, с этим сложностей не возникнет, не так ли, барон Корд?" "Нет, вам заменят лошадей. Можете выбрать сами, или вам приведет Лайн, конюх". "Мы бы с удовольствием выбрали сами" - услышав Мели, я уставилась в пол, представляя, что испытывает от подобной наглости "бедный" барон. "Конечно, Колан проводи дам к конюшне". Мел легонько дернула меня за рукав - я, наконец, оторвав глаза от пола, посмотрела на барона Джона Корда: "Примите мои соболезнования. Простите нас, если что не так " - ох-ох - черные глаза, смотрящие в упор; безукоризненно выбрит, от этого синева на скулах; чуть волнистые темные волосы, губы упрямо сжаты; косая сажень в плечах; черный длинный плащ делает его фигуру еще выше и мощнее. Да, зрелище не для слабонервных... Попрощавшись, через внутренний двор Колан отвел нас к конюшне. Не мешкая, мы оседлали двух жеребцов, привязали Бурана и Стрелу и отправились в обратный путь.
Мы неслись. Перед моими глазами стояло серое надгробие с именем барона и его фраза, высеченная на камне "Честь имею". Я не замечала, сколько мы проехали, пока подруга не возопила перерыв для лошадок. Чуть отдохнув, мы вновь тронулись в путь, и Донован начала меня нервировать... Загадочно ухмылялась и томно вздыхала. Я предупредила, что скоро врежу - на что Мел захихикала, но отъехала подальше. "Ну, рассказывай! Что с этим красавчиком не поделила?" - не выдержала подружка. "Привязанность барона Витольда Корда". "Не поняла...Он сын, а ты девчонка, взятая в дом для обучения, на время... В чем прикол?" "Не знаю. Но для него я была как бельмо на глазу, представь себе, быть все время центром вселенной, а тут на тебе, появляется какая-то оборванка, на которую обращают внимания,
Стемнело. В небе взошла круглая яркая луна, мы сбавили скорость, и уже не очень быстро продвигались по земляной дороге. "Давай свернем, хорошо срежем!" "Ты уверена?" "Я запомнила дорогу, видишь, вдали поблескивает...Это озеро, где мы привал делали. А мы свернем немного" "Ладно, но если что, получишь по полной программе, ясно?" "Ну, до чего же ты вредная! Поехали" Мы и вправду сократили путь, не доезжая до таинственно мерцающей глади, взяли правее и через какое-то время вдали увидели сторожевые огни нашего поселения; миновав караульные посты, на пределе сил лошадок и своих собственных доехали до казарм.
У входа горели факелы; нам навстречу выглянула Инель. "Ну, наконец-то.... У тебя случаем уши сегодня не горели?" - беспокойно глядя на нас, она помогла отвязать Стрелу и Бурана. "А почему они должны гореть?" "Потому что, черт возьми, сегодня о твою персону фрейлины сломали языки!". "И что говорили?" - зайдя внутрь, мы с наслаждением стягивали сырые плащи, камзолы и главное, сапоги. "Гадали, почему милорд Дарчесир желал тебя видеть... Персона не чета нам, важная.... Короче, перемыли тебе косточки..." "И к чему в итоге пришли? До чего досплетничались?" "Не поверите....Смех один. Они поругались, так как одна половина за твой с милордом тайный роман, другие - что быть этого не может. Потому что ты на службе, здесь, в конце концов, у них на виду. А Дарчесира рядом и в помине нет. Вот, такие дела..." "Да уж - зевнула Мел, с хрустом растягиваясь на узкой, неудобной лежанке, - слушай, Инель, с ужина что-нибудь осталось?" "Репа. Будете?" "Будем. Куда деваться". "Слышь, подруга, ты молодого барона видела?" "Ага. Он к нашей Еле неровно дышит, точно тебе говорю" "Вот и я такого мнения...Ты бы видела его лицо, когда мы подошли поздороваться. Корд ее глазами...буквально пожирал. Побледнел, нахмурился. Зырканул так, что дрожь пробрала. Еле, скажи!" Я молчала... Против воли в памяти возникло лицо барона и его глаза. Непроизвольно поеживаясь, я легла на лежанку и затихла. Почему он так со мной? Что я такого сделала? Что ж...Ладно, я привыкла к его отношению, мне почти не больно....И скрипнули зубы - вру я, себе вру. Ни черта я не привыкла....О Господи, еле удержалась, чтобы не всхлипнуть...
"Да замолчите вы, наконец! Спать хочется! Нашли, о чем говорить! Выискалась тут....Сегодня только о ней и говорили! Донован, а куда ты сегодня делась? Давай, не робей! Признавайся, куда бегала? На свидание?" "Элания, душа моя, нельзя быть такой злой! Будешь злой, будешь некрасивой, мальчики любить не будут! Будь проще, и к тебе потянутся люди!" "Да пошла ты... А Ховард ваша наверняка с кем-нибудь гуляет, мужики глупцы, на смазливые физиономии бросаются....Смотри, Донован - отрывисто и почему-то хрипло рассмеялась Эла, уведет подружка твоих женишков, вот тогда слезы на кулак-то намотаешь..." "Во, язык без костей. Слушать тебя, Элания Риис, не переслушать. Одно знаю точно, будешь продолжать людям портить нервы, сама без них останешься! И будешь старой, страшной и злой! Бр-р. Фу, представила, пакость. Инель, давай отодвинемся, а вдруг заразно!" "Вот, черт, две идиотки собрались, о своей Ховард распрекрасной посудачить, о красавице нашей бедной...". "Слушай, тебе, по-моему, спать хотелось. Так спи. Если у тебя настроение дрянь, не порти другим!" "О, что я слышу. Благородная Инель открыла "варежку"...Захлопни, ясно?" "А вот грубить не надо. Я ведь и встать могу, и настроение может испортиться! Если мозги в черепушке после тренировки остались, Элла, отвернись к стенке и спи! Я выразилась понятно? Или подойти и объяснить подоходчивее?" "Слушай, Донован, ты, вроде неглупая девка, неужели не понимаешь, что Ховард со своей ангельской физиономией ни тебе, ни этой дуре Инель шансов не оставит! Так старыми девами и останетесь" - послышался удовлетворенный хрипловатый смех Элании; похоже, она конкретно застудила горло. И тут же смех прервался испуганным иканьем - лежанка Мел тихо скрипнула, раздались негромкие шаги, и голос в отдалении пробормотал, что спит, уже спит... "Еле, ну, слушай, он и вправду на тебя на одну так реагирует и смотрит! А, что думаешь?" Слушать, как мне перемывают косточки теперь подруги, было нереально, но терпимо; но слушать при этом про барона было невыносимо! Поэтому, послав их обеих к черту, я отвернулась к стене, накрылась одеялом и решила, во что бы то ни стало урвать остаток ночи, раскрывший уже мне свои сонные объятия....
Следующие два дня принесли мне осложнения: мало мне переживаний с потерей барона, так меня изводили фрейлины. Стоически терпя их провокационные вопросы, я улыбалась, что сводило с непривычки челюсть, и стараясь вежливо отвечать, заслужила ироничные взгляды подруг, и угасающий интерес дам. Уф.
Первые недели две я продержалась благодаря девочкам, не дававшим киснуть, хандрить, и постоянно меня тормошившим. Я запретила себе думать о бароне Витольде Корде, его предсмертный дар - кулон в виде капельки с цепочкой, всегда был на мне.... Порой возникала дурная мысль съездить, навестить Джона Корда, но испуганно я гнала ее от себя. Как разумный человек, коим я надеюсь, являлась, мне пришлось признать, что не только страх и боязнь, удерживали меня от этого шага. Было что-то еще, от чего предательски больно замирало сердце...