Сэйл-мастер
Шрифт:
Судя по всему, ожидание за дверями среди гостей данной зоны считалось нормой — вдоль ограждения галереи приютились мягкие диванчики. Заклинание в центре модуля давало возможность не скучать. Оказалось, что история Пищевой Базы — дико интересная штука. Открыл планету первый африканский эфирный экипаж. Планета, хоть и кислородная, была признана бесперспективной: отрицательная температура на поверхности круглый год, замерзшие океаны, вся растительность и все животные — под водой. Но уж очень удобным показался этот перекресток течений — и было принято решение создать здесь единственную
Тридцать лет назад проблем снабжения Завитка продуктами питания встала в полный рост: станция так разрослась, что подвозить продукты стало совсем уж накладно. Тогда и вспомнили про планету, лежащую всего в 12 часах движения в эфире. Корпорации, владеющие станцией, оплатили услуги магов, заказав один из самых масштабных заклинательных проектов в истории: старый транспорт зачаровали от клотика до киля и сбросили с десяти километров прямо на замерзшее море (без экипажа, разумеется). Корабль ушел под лед, где и разрушился, а заклятие, высвободившись, пробудило вулкан. Вулкан растопил воду до горизонта, нагрел участок суши, после чего специалисты в управлении погодой наложили комплекс постоянных заклятий, обогревающих единственный город планеты и разгоняющих над ним облака. Колоссальные затраты на удивление быстро окупились, как только выяснилось, сколько пород деликатесной рыбы обитает у побережья, и дела колонии немедленно пошли в гору, что позволило десять лет назад…
— Штурман Александр Белобрысов? — выглянувшая за дверь миловидная брюнетка окатила поименованного молодого человека холодно-равнодушным взглядом. — Пройдите, вас ожидают.
Говорила брюнетка по-русски.
Сашка в некотором смешении чувств вошел внутрь, миновал логово брюнетки, оказавшейся секретаршей неизвестно чего (вывесок или табличек не было и изнутри), и попал в просторный кабинет. Мягкий тон освещения, почти солнечный спектр — это первое, что бросилось ему в глаза. Заклинание «Ясно солнышко», ну надо же! Станцию спалить они, значит, не боятся?..
Второе, что он заметил, — Балл, спокойно сидящая в одном из кресел (Белобрысов постарался выдохнуть незаметно) и седеющий, пожилой менш в цивильном. При этом держался седовласый так, что хотелось тут же отдать ему честь, или, как минимум, оглядеться — не висит ли где на спинке кресла адмиральский мундир?
— Извините, что мешаю вашего отдыху, Александр, но ваш капитан любезно предложила мне возможность узнать у вас некоторые интересующие меня детали по поводу найденного вами «голландца».
«Все-таки он эфирник, и — волосы готов поставить — кадровый военный. Неужто контрразведка?» — холодной волной мысль пролетела по позвоночнику. Через мгновение Сашка опомнился. Флот — в прошлом, сейчас он просто шпак, хоть и штурман торговца. Ему до лампочки, кто там этот хмырь.
Другая мысль была вот какая: по-русски говорит чисто, но фразы строит немного чуждо. И вообще по всему видно — не наш. Не вполне
Сашка демонстративно расслабил плечи и скосил глаза на Княгиню. Та поймала его взгляд, улыбнулась даже не глазами — тенью в глубине зрачков — и незаметно кивнула.
— Разрешите…
«Чтоб тебя, опять сорвался на казенный слог!»
— Ох, моя вина! — неожиданно улыбнулся седой: — Присаживайтесь, конечно.
Улыбка профессионально захватывала и глаза, но Белобрысов не обманулся. «Хорошо, меч при мне… Может, и глупо — что, у него тут своих мечей мало?.. Но все равно спокойнее. Главное, она отсюда выберется».
Он сел, предприняв попытку расслабиться в удобном мягком кресле. До грации Княгини ему было как отсюда до Земли под парусами, но худо-бедно штурман все-таки справился.
Вопросы оказались довольно ожидаемые, так что отвечать на них Сашка начал как по писаному. Как он обнаружил первый сигнал, как обнаружили транспорт («Банальная триангуляция» — Сашка не раскололся насчет необычного поведения заклятия у Сандры), особенности навигации в штилевой зоне и т. п. Про собственно корабль вопросов не последовало, но лежащий на столе бортовой журнал «Присциллы» лучше других улик свидетельствовал о том, что остальные подробности этот тип уже успел выяснить раньше.
— А вы отличный специалист, Александр, — неожиданно заключил собеседник после очередного вопроса. — Модификация чар радара — довольно индивидуальное дело. Стандартные заклятия ложатся по-разному, зависит от штурмана. В вашем лице флот Русских Княжеств потерял много интересных возможностей. Я думаю, они еще об этом пожалеют… Знаете что? Если вдруг, по какой-то причине, — слово «вдруг» он выделил голосом, — вы потеряете работу, ну, или, может быть, разочаруетесь в текущей должности… Запомните номер на двери. Пригодится, и не только тут.
Пока Сашка растеряно пытался придумать, что сказать на такое лестное предложение, Княгиня довольно холодно распрощалась с их безымянным собеседником, и они вышли из кабинета. Вид у Княгини сразу за дверью сделался крайне задумчивый. Но прежде, чем Сашка надумал спросить что-нибудь про этот странный допрос-разговор, она внезапно остановилась и, как ни в чем не бывало, произнесла, глядя Сашке в глаза:
— Штурман, я вам весьма признательна. Ваши ответы увеличили общую долю от нашего «голландца» не менее чем на двадцать процентов, будьте уверены.
Охота расспрашивать дальше у Белобрысова пропала.
Людоедка с тачкой, нагруженной добрым десятком разномастных ящиков и коробок, и непривычно довольная Белка повстречались с Сашкой и Балл аккурат перед таможенной зоной. Здесь по широкому коридору сновало такое количество самого разнообразного народа с таким количеством разнокалиберных грузов, что экипаж «Блика» сразу показался маленьким, и незначительным. Им пришлось вжаться в стену, чтобы пропустить целую процессию крабов, волокущих сладко пахнущие можжевеловые доски, и Сашка подумал: «Ну глупости, какие еще шпионские игры! Кому мы тут вообще нужны?»