Сильнее денег
Шрифт:
До меня донеслись звуки какой-то возни, потом Римма воскликнула:
– Да не будь же таким болваном, Эд!
– Замолчи! – огрызнулся Вассари. – Я сам разберусь, в чем тут дело… Кто говорит? – отрывисто спросил он в трубку.
– Приятель, – отчетливо произнес я. – Тебе нужно смываться, Эд, да поживее. Сегодня утром ты ухитрился попасть на глаза фараонам. Они уже знают, где ты живешь, и вот-вот нагрянут к тебе.
Я слышал, как он взволнованно задышал и начал было что-то спрашивать, но я повесил трубку.
Некоторое время я продолжал неподвижно
Я лег, но свет выключать не стал. Темнота обладает свойством усиливать муки совести.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
На следующий день, вскоре после часов шести, я поехал на стройку. Рабочий день уже начался, и я накоротке переговорил с десятником. За мое отсутствие работы под руководством Джека заметно продвинулись. На обоих берегах ясно обозначились расчищенные участки, в дно было забито много свай.
Осматривая строительную площадку, я увидел черно-белую машину Джека, быстро спускавшуюся по склону холма. Через несколько минут он остановился около меня и с широкой улыбкой на добродушном лице подошел ко мне.
– Привет, Джефф! Рад тебя видеть. Все в порядке?
Мы обменялись рукопожатиями.
– Разумеется. Кстати, у меня для тебя есть сюрприз. Всю нужную нам сталь мы можем получить по цене на два процента ниже той, которую нам до сих пор предлагали.
Джек удивленно посмотрел на меня.
– Ты хочешь сказать, что в отъезде занимался делами? А мне-то казалось, что тебя сорвали с места какие-то сугубо личные проблемы.
– Я всегда занимаюсь делами. Ну, так что ты скажешь? Ведь мы получаем возможность сэкономить тысяч двадцать пять.
– Уж куда лучше! Расскажи-ка подробнее.
Минут двадцать мы разговаривали о делах, потом Джек заметил:
– Надо обязательно поговорить с заказчиком. Новость превосходная. Послушай, я сейчас проверну кое-какие неотложные дела и вернусь в контору. Там и встретимся.
Мы направились к его машине.
– Ну, а как Сарита? – поинтересовался он.
– Все идет хорошо. Завтра встречусь с Циммерманом. Циммерман, – пояснил я, – предлагает повторную операцию.
Джек сочувственно выслушал меня, но я видел, что он весь поглощен мостом, и совсем не обижался на друга.
– Ну что ж, рад, очень рад, Джефф. Я, пожалуй…
– Да, да! Встретимся давай в конторе. Как Уэстон?
– Хороший работник. Но ты вернулся вовремя. Ему нужно помогать, а у меня не хватает времени.
– Ну, я займусь этим.
– Вот и чудесно. В таком случае, часов до одиннадцати. – Джек подозвал десятника и ушел с ним.
Возвращаясь на машине в контору, я взглянул на часы, вмонтированные в щиток с приборами. Было семь часов сорок пять минут утра. Минут через пятнадцать Уилбор получит мое письмо. Что он предпримет? Ладони у меня внезапно вспотели.
Клару
Я уселся за стол и принялся за работу.
Часов в десять, когда я устроил себе маленький перерыв и закурил, мысль об Уилборе снова пришла мне в голову. Поезд отходил в Санта-Барбару в 10.10 утра. Уехал ли он? Я не мог преодолеть желания узнать это.
Собрав несколько записей, подготовленных для Джека, я положил их Теду на стол.
– Будь другом, отвези их Джеку. Они ему нужны. Я пока побуду здесь.
– Пожалуйста, мистер Холлидей.
Симпатичный молодой человек, трудолюбивый и добросовестный. Я с завистью смотрел на него, пока он собирал со стола свои бумаги. Как хотелось мне быть в свое время таким же, как он! Если Теду хоть немного повезет, он не получит в физиономию раскаленный кусок шрапнели, ему не придется месяцами валяться на госпитальной койке, выслушивать стоны и проклятия тех, кому нельзя сотворить новое лицо, не придется возиться с наркоманкой, обладающей серебристыми волосами и бесценным голосом и способной, не дрогнув, убить человека. Он не станет жертвой отвратительного шантажа и никогда не замыслит сам убийства…
Как только Уэстон вышел, я позвонил на междугородную станцию и попросил соединить меня с гостиницей «Андерсон» в Сан-Франциско. Ждать пришлось минут десять, не больше, но они показались мне бесконечными.
– Ну? В чем дело? Что нужно? – равнодушно спросила та же самая девушка в гостинице.
– Я хочу поговорить с Уилбором.
– Ничего не выйдет. Он выписался.
У меня внезапно пересохло в горле.
– Вы хотите сказать, что он уехал?
– А что же еще я хочу сказать?
– Вы не знаете, куда?
– Не знаю и знать не хочу, – девушка повесила трубку.
Я вынул из кармана носовой платок и вытер лицо и руки.
Итак, Уилбор уехал. Но куда? В Санта-Барбару? Если да, то он приедет туда не раньше двух часов дня, и я еще успею предупредить Римму. Надо только поднять трубку… Я уже протянул руку к телефону, но дверь распахнулась: в комнату вошли Джек, Уэстон и два субподрядчика. Здороваясь с ними, я взглянул на часы. Было пятнадцать минут двенадцатого. Я еще мог позвонить Римме в перерыве.
Совещание затянулось, и Джек предложил закончить обсуждение бесчисленных вопросов за ленчем.
– Вы пока идите без меня, – сказал я. – Мне нужно позвонить, а потом я присоединюсь к вам.
Но я не сразу позвонил Римме. Я сидел в одиночестве, курил сигарету за сигаретой и думал. Услышав об Уилборе, Римма, конечно, немедленно скроется, и мне, вероятно, уже никогда не удастся найти ее. И она по-прежнему будет меня шантажировать, и угроза тюрьмы постоянно будет висеть надо мной. Но тут я снова вспомнил бар Расти и все, что произошло в нем в тот дождливый черный вечер, снял телефонную трубку и назвал телефонистке междугородной станции номер Риммы. В трубке долго звучали протяжные монотонные гудки.