Скиннер
Шрифт:
Гренант! Она проковыляла к гробу и приложила ладонь к датчику замка.
– Открыть!
Черные линии разделили на четверти крышку ящика, потом эти четверти начали медленно расходиться. Гренант лежал в одежде, скрюченные пальцы застыли над грудью, там, где он пытался царапать крышку. На бедре висела пустая кобура. Проклятье! Она совсем забыла, что его оружие – у выставленной в зале музея скульптуры. Тай боялась поднять голову и посмотреть на полностью открывшуюся дверь.
– Кажется, вам советовали убраться отсюда, – услышала она раздраженный голос.
Олиан
Моллюск открыл створки, между которыми замерцали зеленые огоньки, и заговорил:
– Тебе повезло – ты осталась жива. А кто твой друг?
– А ты кто такой? – спросила Тай, хлопнув ладонью по датчику замка гроба.
– Я – ПР-12, меня обычно посылают убирать дерьмо за людьми, – сообщил ей железный моллюск. – А здесь я вижу много дерьма. Может быть, хочешь сообщить через меня обо всем Блюстителю?
– Закрыть.
Женщина посмотрела, как выполняется команда, и только после этого отошла от ящика-гроба. Когда она приблизилась к двери, зонд отлетел и завис в центре комнаты. Коснувшись ладонью пульта, Тай закрыла сейф и стала осматривать разгромленную комнату. Это был обычный вандализм – словно некто, вооруженный газовым импульсным пистолетом, сошел с ума. Вся мебель была сожжена, даже пол и потолок обуглились, все шкафы разбиты. Везде валялись и уже сгоревшие, и еще тлеющие книги; компьютерный пульт представлял собой полностью выгоревшие обломки.
– Судя по всему, они за что-то обиделись на тебя. Тай мгновенно поняла, что моллюск заговорил совсем другим голосом, впрочем, именно это он и хотел ей сообщить. Обходя обломки, женщина направилась к выходу. Зонд последовал за ней.
– Обиделись? – переспросила она.
– Я имею в виду наемников-батианцев, которые, предположительно, пришли сюда, чтобы найти Сэйбла Кича, – сказал Блюститель.
– О, я не считаю это обидой.
Она вышла на залитую зеленоватым светом, лишенную растительности площадку.
– Как мне кажется, тебе нанесен чрезмерный ущерб.
– Но не ими, как мне кажется. Не их стиль. Скорее всего, все это, – Олиан, не оборачиваясь, показала большим пальцем на дом, – дело рук их заказчицы, которая поняла, что не сможет достать меня. Эта особа давно известна своей раздражительностью, точнее, просто безумна.
Тай направилась к зданию музея, зонд опередил ее и влетел в зал. Приятный сюрприз – здесь ничего не было разрушено. Зонд висел над головой Скиннера, и вместе они представляли собой зловещую композицию.
Тай подняла на него взгляд.
– Никакой взрывчатки? Никаких ловушек?
– Все чисто, – ответил ПР-12 своим голосом.
– Я так и думала. Высокомерие и забота о собственных интересах не позволили ей разрушить все это.
– Кого ты называешь заказчицей? – спросил зонд снова голосом Блюстителя.
– Ты еще не догадался?
– У меня есть некоторые мысли, но я хотел бы услышать твой ответ.
– Ребекку
– Значит, женщина, которую на Земле мы приняли за Фриск и стерли ей память, невиновна, – сказал Блюститель.
Тай показалось, что Блюститель специально пытается выглядеть тугодумом. Возможно, ИР иногда испытывают трудности в оценке интеллекта людей, с которыми общаются.
– Итак, что ты собираешься сделать, признав очевидное?
– Пока ничего. Здесь у меня нет достаточных полномочий.
Историк поморщилась и со злостью посмотрела на зонд.
– Сделай одолжение. Обычный гражданин может поверить в подобную чепуху, но только не я.
Железный моллюск подлетел ближе и шире раскрыл створки. Такое действие можно было понять только как улыбку. Потом створки закрылись, а голос Блюстителя стал резким.
– ПР-12, анализ.
Наверное, Блюститель хотел, чтобы она слышала их разговор. Других причин оставаться в звуковом режиме не было, потому что Блюститель и зонд могли общаться в тысячу раз быстрее другим способом или даже стать единым разумом.
– Изученные мной обломки принадлежат построенному после заключения перемирия прадорскому межпланетному грузовому кораблю. Вероятно, она использовала небольшой тактический заряд, чтобы взорвать его, и под прикрытием взрыва покинула корабль в отделяемом отсеке, – доложил ПР.
– Олиан Тай, как ты считаешь, почему она прилетела сюда? – спросил Блюститель.
Вопрос застал Тай врасплох. Может быть, она недостаточно быстро соображала?
– Чтобы разобраться с Кичем. Это первое, что приходит в голову. Она могла также оказаться здесь, чтобы найти мужа, или просто по прихоти. Трудно предсказывать действия такого человека. А ты как считаешь? Почему она здесь?
– Не могу сказать. Крайне сложно оценить столь древнюю личность. Знаю только, что кому-то хочется, чтобы ее присутствие здесь не сохранялось в тайне. Прежде чем ты подтвердила ее присутствие, я наблюдал за несколькими непонятно кем нанятыми агентами, распространявшими слухи об ее прибытии на планету. Занятно, как ты считаешь?
– Может быть, это выгодно какому-нибудь ее врагу? – предположила Тай.
– Возможно.
– А как иначе? Ты знаешь, какой будет реакция на ее появление.
– Знаю и уже наблюдаю за ней, – сказал Блюститель. – Старые капитаны уже объявили сбор – не сомневаюсь, чтобы договориться о том, как ее выследить и бросить в стаю пиявок.
Тай повернулась и вышла из своего музея, дотом остановилась и долго смотрела на башню.
– Полагаю, эта стерва уничтожила мой антигравитационный скутер.