Скипетр Дракона
Шрифт:
В следующее мгновение что-то легонько тронуло ее за лодыжку и откатилось в сторону. Посмотрев туда, Эмбра увидела мохнатого длиннозуба, который спрыгнул с потолка. Волк-паук охранял ее, отпугивая двоих латников — солдаты, дрожа от страха, пятились к стене. Эти двое стали первыми, кого Эмбра убила, когда увидела, что Гларсимбер упал бездыханным.
Барон так неожиданно стал ей другом — а теперь он лежал в луже собственной крови, и двое латников снова и снова вонзали мечи между пластинами его разбитых, покореженных доспехов, чтобы убедиться, что он мертв. Этих двоих Эмбра убила вторыми.
Позади нее клыкастый
Эмбра Серебряное Древо ничего этого не видела. Она яростно завопила и снова взмыла в воздух. Дваер ослепительно сиял у нее на челе, а в глазах белым пламенем блестели слезы.
— Вы грабители! — выкрикнула Эмбра. — Убийцы, негодяи! Умрите, вы все! Умрите!
С этими словами она вскинула руки и призвала всю мощь Дваера. Смертоносные копья белого света метнулись из ее рук и пронзили десятки солдат Кровавого Меча, словно те были тряпичными куклами, а не воинами в доспехах.
Ролин взвизгнул от страха, увидев, какое количество людей погибло за одно мгновение. Он не мог вынести вида десятков разом обезглавленных или прожженных насквозь солдат. Юный бард отшатнулся и хотел броситься прочь — но его схватил в охапку подоспевший сзади Краер. Лицо коротышки было мокрым от слез.
— Она больше нравится тебе веселой? И мы все тоже, да? Пусть так и будет! Всегда! — прошипел Краер в лицо барду.
После этого он резко крутнулся на месте и с диким криком напрыгнул на ближайшего латника. Он подпрыгнул так высоко, что сразу вскочил воину на плечи и обвил ногами его шею. Латник умер прежде, чем рухнул на пол — Высочайший Князь Делнбон в припадке дикой ярости множество раз вонзил кинжалы ему в горло, в затылок и в смотровые прорези шлема.
— Халдус! — заревел Кровавый Меч. — Убей колдунью!
Хоукрил Анхару понятия не имел, кто такой этот Халдус, но позади латников, которых он крошил своим мечом, Хоукрил увидел огромного воина в доспехах, который занес для броска копье не меньше тех, с какими сражаются конные рыцари. Хоукрил заревел, вскочил на груду мертвецов и взвился в воздух, прежде чем те солдаты, с которыми он сражался, успели сообразить, в чем дело, и помешать ему. Меч Хоукрила лязгнул, сшибая в полете огромное копье. Силой удара Высочайшего Князя отбросило в сторону, на другую груду мертвых тел. Он упал, перекатился и встал на ноги — как раз вовремя, чтобы разрубить одного напавшего латника и уклониться от меча другого, а потом снести ему голову на обратном взмахе.
Меч Хоукрила со страшным хрустом врезался в шею противника, ломая латный воротник и круша кости. Убитый повалился прямо на Хоукрила, но тот успел увернуться — и сразу же набросился на следующего врага.
Эмбра снова нанесла удар — и новые сияющие копья белого света пронзили десятки латников Кровавого Меча. Теперь воины закричали от ужаса и попытались сбежать — повсюду, по всему тронному залу началась паника. И только наверху, над краем разлома остались стоять чешуйчатые
Латники в страхе разбежались перед Хоукрилом, оставив его лицом к лицу с великаном, который метал копье. Закованный в броню великан держал в руке чудовищных размеров булаву. Хоукрил бросился вперед. Великан отбил его меч булавой именно таким приемом, какого Хоукрил и ожидал. И сила великана оказалась примерно такой, как Хоукрил и предполагал. А еще оказалось, что после этого приема смотровая щель в забрале великаньего шлема оказалась в пределах досягаемости второй руки Хоукрила. Тот не замедлил воспользоваться случаем. Он ударил врага кулаком в латной перчатке и несколько раз повернул кулак, царапая острыми шипами перчатки брови и переносицу гиганта, чтобы ослепить врага его собственной кровью.
Они упали вместе и покатились по полу, по телам убитых. Великан оказался внизу — и крякнул от боли, напоровшись на торчащие острия мечей, зажатых в руках мертвецов. Хоукрил выпустил меч, выхватил из ножен кинжал — и перерезал великану горло. Великан остался лежать среди других трупов, а Хоукрил подхватил свой меч, вскочил и мрачно огляделся по сторонам, высматривая врагов. Все враги в панике бежали…
Тшамарра Талазорн с благоговейным ужасом взирала на то, что может сотворить магический Дваер, когда его владелец вне себя от ярости. Но она недолго наслаждалась зрелищем. Тшамарра стала осматривать тронный зал в поисках опасностей, которые могли угрожать Эмбре, — чтобы предотвратить их прежде, чем они навредят Высочайшей Княгине или отвлекут ее от магического поджаривания армии Кровавого Меча. Первым делом Тшамарра посмотрела наверх. Убедившись, что в армии Кровавого Меча лучников нет вовсе, колдунья Талазорн решила заняться змеиными жрецами — и быстро пробормотала заклинание. На это последнее заклинание у нее ушли, наверное, почти все оставшиеся магические силы. Но если бы колдунья слишком заботилась об этом и старалась беречь силы, то любое заклинание вполне могло бы оказаться для нее последним — в буквальном смысле этого слова последним в ее жизни.
Тшамарра пристально смотрела на чешуйчатых жрецов Змеи и плела свое заклинание — аккуратно и быстро. На жрецов обрушилось зеленое пламя — стремительное и смертоносное. Конечно, оно не шло ни в какое сравнение с разрушительными копьями света, которые разбрасывала Эмбра. Но и зеленого пламени хватило, чтобы змеиные жрецы попадали на колени и на какое-то время позабыли о своих собственных заклятиях. Один из жрецов даже свалился вниз, в тронный зал. Барон Орнентар, который стоял внизу, с отчаянной поспешностью вскинул меч и несколько раз пронзил чешуйчатого змеечеловека, пока тот лежал на полу, извиваясь и содрогаясь в корчах.
Оставшиеся в живых змеиные прихвостни опасливо отступили подальше от края пролома в потолке тронного зала и поспешно сплели защитное колдовство. Тшамарра Талазорн вскинула руки, делая вид, что творит очередное заклинание — хотя на самом деле она ничего такого не делала. У нее осталось слишком мало магической силы.
Эмбре, у которой был Дваер, такие неприятности не грозили. Сияющий Камень парил над ее челом, и Высочайшая Княгиня разила магией по вражескому воинству направо и налево — и в считанные мгновения противники потерпели поражение.