Скорпион
Шрифт:
— Конечно-конечно, что я знаю? Ничего не знаю и не помню, — рвался из автомобильной западни. — Очень был рад помочь.
Я его задержал вопросом: обо мне известно Армии любовников? Меня прекрасно поняли и ответили, что Аркаша Тихий на сообщение о том, что его оппонент господин Фиалко нанял частного детектива, рассмеялся: один в поле не воин.
— Тогда ещё одна просьба, Ирвинг Моисеевич, — сказал я. — Передайте Аркадию Семеновичу, что на него сделан заказ. Именно с целью сообщить об этом, вы были похищены.
— Заказ? — застыл адвокат. — Вы серьезно,
— Я похож на того, кто шутит, — удивился. — По-моему, вы убедились в обратном? — И позволил пафос. — В отличии от многих я держу слово, — и похлопал по куртке, где оттопыривалась кобура.
На этом мы и попрощались: аденоидный человечек вырвался на свободу и подпрыгивающей походкой торопко удалился в сторону подземки. Не удивлюсь, если через сутки господин Аркадий Семенович дернет из страны неограниченных возможностей. Жить с мыслью, что тебя пристрелят, как собаку, трудно и чревато.
— И чему ты, милая, смеялась? — обращаю внимание на Марину. Она устала и равнодушно смотрит перед собой, но я беспощаден: — Не от мысли, что женишок голубой, как небо?
— Прекрати, — морщится. — Какая все это гадость!
— Можно было бы не обращать внимания, да они слишком далеко зашли, говорю я. — Давай договоримся, или ты мне сообщаешь все, как врачу, или на этом наши отношения, прости…
— Они меня убьют, — говорит девушка. — Я их знаю, они меня убьют.
— Нет, — отвечаю я. — Не убьют.
— Почему?
— Убивать буду я, — и уточняю. — Если в этом будет нужда.
Она мне поверила — убеждать я умею, особенно когда дело касается личной безопасности. Поверив, поведала о своих сложных отношениях с Андреем, который вел с ней весьма сдержанно как мужчина. Проще говоря, она делала несколько попыток затащить его в постель — и безуспешно. (Надо признать, этому факту я порадовался, но скрыл свои положительные эмоции.) Более того теперь она понимает, что между мальчиками, Андрюшей и Шуриком, существует некая связь… и не нашла легитимных слов, чтобы произнести их вслух.
— Все понятно, — помог я. — Вот почему кассету передали Шурику.
— Почему?
— Верный голубой друг, — шутил я, — лучше двух натуралов и всех женщин на свете.
— Саша, я тебя прошу, — страдала Марина. — Как ты можешь шутить на эту тему?
Я не шутил, какие могут быть шутки, когда развязка приближалась к финалу, мне пока неизвестному. Чтобы все закончилось успешно для меня и моей спутницы, необходимо счастливое стечение обстоятельств. Главное, чтобы Андрюша не стал играть на стороне родного папы. Надеюсь, он ненавидит его со всей максималистской страстью, на какую способен. Тогда все в порядке: выдергиваю Тихого-младшего из ночного клуба «Арлекино» и с его помощью разыскиваю неуловимого Лонго. После произвожу обмен: компрометирующую пленку господину Фиалко, моим далеким детям — денежное довольствие: маленькому Славику на памперсы, дочери Машке на свадебное путешествие. На мой взгляд, обмен вполне удачный, особенно для высокопоставленного любителя порно. Правда, возникает вопрос: имею ли право пользоваться
Чтобы исключить любую неожиданность, угрожающей безопасности моей спутнице, я предложил Марине поехать на конспиративную квартиру СБ. Там она будет находиться под надежной защитой тети Клавы.
— Боже мой, какой ещё тети Клавы? — вспыхнула девушка. — Не хочу я никаких теть, понимаешь.
Я рассмеялся: по-моему, кто-то кого-то ревнует; дурочка моя, обнял её за плечи, тетя самый верный наш товарищ, вы подружитесь.
— А ты?
— А что я? Выполняю спецзадание и… женюсь.
— На тете Клаве?
— На вам, в смысле, на вас! — и целую в щеку. — Я самый завидный жених, однако.
— Чем же? — прыскает девушка. — Пистолетом в штанах?
Словом, через час я уже знакомил Марину с Клавдией Петровной, которая трудилась на невидимом фронте с незапамятных времен. Была сухонька, энергична, смешлива и крашена в цвет абрикосового повидла.
— Под вашу ответственность, тетя Клава, — предупредил я.
— Ой, отстань, Алекс, — смеялась. — Ты знаешь, у меня пулемет Дегтярева, отобьемся. Да, Мариночка?
Той ничего не оставалось делать, как согласно кивать. То есть было много смеха и здорового оптимизма. Потом женщины ушли на кухню готовить обед на скорую руку, а я, сделав несколько необходимых телефонных звонков, совершенно подготовился к ночной акции.
По сведению информаторов, господин Тихий-средний заметно нервничает, усилив охрану вокруг себя, дома и вверенного ему банка. Поиски студента Лонго и Марины Фиалко по его приказу прекращены. Андрей Тихий жив-здоров и находится под домашним арестом. Четыре сотрудника-секьюрити «Оргхимбанка» срочно отправились в ночной клуб «Арлекино» для предварительной диспозиции на местности. И так далее.
И без особого на то анализа было ясно, что противник стремится сделать все, чтобы разрешить проблему одним ударом. Ну-ну, вы, господа, слишком уверены в своих силах, а такая самоуверенность ведет к поражению. Возможно, повезло, что против меня действуют непрофессионалы и любящий отец. На месте Аркадия Семеновича я бы расплющил пальчики строптивому сыночку, чтобы убедиться в его лояльности к общему делу. У меня тоже есть сын, он мал и живет далеко от меня, однако я буду делать все, чтобы он меня никогда не предал.
… Я ушел из теплой домашней квартиры, когда за окнами начали сгущаться сумерки — они были тяжелые, пропитанные дождями, и казались бархатно-театральными.
— И сколько мне здесь, — спросила Марина на прощание, — куковать?
— Пока не вернусь.
— А вдруг не вернешься, — брякнула. — Прости, я не то хотела сказать.
— Потерпи, — обнял. — Метни с тетей Клавой картишки. В «подкидного дурака», к примеру. Она у нас игрок экстра-класс, но ты победишь, я знаю.
— Главное, чтобы ты победил, — целует в щеку. — Вот когда вернешься, мы с тобой в «дурака» и метнем… на раздевание.