Слуга короны
Шрифт:
– И его тоже? – Дед засмеялся. – Он, наверное, посмешнее тебя будет.
– Наверное. – Я пожал плечами. – Ты-то чего хотел?
– Ничего, – ответил Дед. – Так, зашел командира проведать.
– Ну и как тебе командир?
– Страшен, как черт, и злой такой же. Короче, как всегда.
Я улыбнулся, Дед тоже, похоже, моего смеха он и добивался.
– Шепот не видел? – спросил я.
– Не, – ответил Дед и внимательно посмотрел на меня, – а чего тебе до нее?
– Да плевать мне на нее.
– Аделька! – Дед пытался сдержать улыбку, но у него плохо получалось.
Я взглянул на него и согласно кивнул. Он улыбнулся шире и сказал:
– Хороша
Он весело засмеялся и, поймав мой взгляд, ретировался.
Весь день я провел, разбирая бумаги, накопившиеся за время отсутствия. И откуда они только берутся? Жалобы, контракты, доносы новичков, донесения разведки. Последнее – в мусор. Сразу, не читая. Весь день был потрачен на сортировку и приведение в порядок бесполезного барахла. Весь день меня никто не отвлекал. Весь день я никого не видел, если не считать Следопыта мирно посапывавшего в углу, но он за весь день не сказал ни слова.
Вечером Окорок доложил о состоянии отряда и потерях. Карманник представил меня пополнению, набранному в Длалине. Окорок оказался прав, одни недоноски да доходяги. Посмотрим, как они в бою, а то отошлю их всех в пехоту, к чертям собачьим.
– Где же вы их набрали? – спросил я Окорока, глядя, как новобранцы обращаются с оружием.
– Это, командир, не ко мне, – почесав нос, ответил Окорок. – Это вон к нему, – он кивнул на Карманника. – Это он отвечал за набор и вербовку. Жаль, Молота не было. Святые ляжки, ты еще сам себя заруби, бестолочь! – заорал он и двинулся к рядам новобранцев.
– Ты бы не смотрел на меня так, – жалобно заскулил Карманник, – не моя это вина. Всех лучших забрал маршал и рассовал по другим частям, а нам досталось то, что осталось.
– Может, ты Шепот видал? – примирительно спросил я.
– Не, – ответил он. – Как думаешь, может, стоит тут народу поискать?
– Поискать-то, может, и стоит, – ответил я. – Да вот чем ты их кормить будешь.
– А вот это уже проблемы начальства, – засмеялся он.
Да, это, черт возьми, мои проблемы, и никому не интересно, нужны ли мне дополнительные неприятности. Всем на это наплевать. Да ну к дьяволу! Наш новый друг герцог Восбурский объявил себя командиром, вот пусть он об этом и думает, а мне недосуг.
Лерой улыбался. Еще бы! Им всем доставляет удовольствие ввалиться посреди ночи и радостно заорать: «Вставай, Медный, хрен ли ты дрыхнешь, когда я не сплю». Ну я встал, дальше что? Но Лерой молча улыбался, и соблазн стереть с его лица улыбку возрастал с каждой минутой.
– Ну? – прорычал я, нащупывая рукой меч, оставленный у изголовья скамьи.
– Пойдем к столу! – заговорщицким шепотом сказал Лерой и взял меня за локоть, как кавалер девушку: осторожно, но настойчиво.
Про себя кроя матом страдающего бессонницей герцога, я поплелся к столу. А там лежал ворох каких-то бумаг, некоторые свернуты в трубочку и скреплены печатью, другие аккуратно сложены вдвое, а то и вчетверо, третьи – просто обрывки некогда значимых бумаг.
– Ну и что? – глядя на это безобразие, спросил я.
– Как что? – вскипел Лерой. – Это же бумаги…
– Вижу, что бумаги, – прервал я его, – не слепой, ваша милость. – Я добавил в голос яду и низко поклонился. – Вы разбудили меня только для того, чтобы сообщить, что притащили ворох никому не нужных бумаг? Насколько я понимаю, – нахмурившись, продолжал я, – это заговор. Мне сегодня не дают выспаться,
Мне полегчало, когда я смотрел на ошалело вращающего головой Лероя. Герой прошлой войны вблизи совсем не казался страшным и тяжелым в общении человеком. А может, он просто устал от этой роли и с нами решил не притворяться.
– Не было никакой карты, – наконец сказал он.
– Ну ладно, не было, – согласился я, незачем его добивать. – Так что это за бумаги?
– Это королевский архив! – торжествующе сказал Лерой. – То, что от него осталось, – добавил он, смутившись.
– Та-ак, – я зло глянул на Гробовщика, – а как же мой приказ, или вас, друзья мои, уже не волнует то, что я говорю? Тогда пошли вы все к черту вместе с вами, герцог. Во главе с вами! Я же сказал, этот архив нас не касается и мы не должны его трогать. Знаете что, при таком раскладе выбирайте себе нового лейтенанта! Того, кому вы наконец будете подчиняться. А я? Я увольняюсь! Вернусь в Триит и заново отстрою свой старенький трактир.
– Перестань, лейтенант, – прогудел Гробовщик. – Ну, сходили мы за этим, – он кивнул в сторону стола, – что с того? Нас никто не видел, никто об этом не знает и не узнает. Мы-то не дураки, сами никому не скажем.
– Дураки вы. – На этот счет у меня сомнений уже не было, а вот насчет сохранности тайн огромные сомнения. – Надеюсь, Трепы с вами не было?
Герцог выпучил глаза и непонимающе уставился на меня, Гробовщик замотал головой, а Треска сложил пальцы в оберегающий от нечистой силы символ. Я спрятал улыбку в руку и подавил смешок.
– Хрен с вами, – сдался я, – не сжигать же их теперь. Храните, раз уж притащили. Только никому не слова. – Напоминание было лишним, но такая моя командирская доля. – Так что, важные бумаги?
– Да, – сказал Лерой и нырнул в кучу, – вот, например, подлинный договор короля Гернога Восьмого с маршахским принцем о передаче части Ольтуского архипелага в пользу Маршаха за разрешение ходить по морям и защиту наших кораблей от пиратов. А вот…
– Стой, стой, стой, – замахал я руками. – Это ж когда было? Ты что, принес сюда никому не нужные документы? Это же на растопку костра, уже и Маршаха никакого нет. Уже двести лет как нет, после того как… э-э-э… не помню кто высадил десант и стер его с лица земли к чертям собачьим. – Не обязан я знать всю историю, но даже эти скупые познания произвели на Лероя впечатление. – Да вы что, – взорвался я, пользуясь моментом, – охренели совсем?
– Ты погоди орать, Медный, – рассудительно заметил Дед, притаившийся в углу. – Тут и поинтересней документы имеются. И насчет Адельки кое-что есть.
У меня отпала челюсть, руки сами скользнули к оружию.
– Что за дерьмо? – прошептал я. – Кто из вас пасть открыл? – Пальцы нащупали рукоять, и в руках заблестел нож.
Гробовщик сделал шаг ко мне и, прежде чем я понял, что происходит, поднял меня над головой как пушинку.
– Успокойся, – Дед встал и подошел ко мне, – я давно все знаю и давно об этом молчу. Помнишь, Грамаля ловили. Так вы с Треской о чем-то в его телеге шептались, а я залез туда и все слышал и видел. Так что умолкни, лейтенант, и оружие убери.