Сокрушители
Шрифт:
Пожав плечами, Лестер двинулся к двери.
– В общем, обладать подобной сигнализацией полезно. Грабителей не боюсь, но вполне уверен: пока отсутствую - ни единая живая душа в лабораторию не проникнет. Ни со скверными намерениями, ни с добрыми. Пока трудился над электронными разработками, не придавал этому особого значения. А вот когда занялся иным... Кое-какие составы небезопасны, особенно во время первоначальной обработки. Не хотелось бы ненароком спровадить маменьку в Элизий, если вздумает уборку затеять... Все твердила, будто я конюшню в свинарник превратить умудрился...
Он
– Милая манера: прибирать комнату в отсутствие хозяина, правда? Так неизменно и было, пока я обитал вместе с ними, в усадьбе... Наверное, потихоньку проверяли: а не балуется ли сынок возлюбленный наркотиками? Что-то он подозрительно тихий да скрытный, да к обычным ребячьим забавушкам нелюбопытный... Всю жизнь изумляются: как у респектабельного биржевого маклера и добропорядочной светской барышни могло появиться подобное убоище?
Говорил он, впрочем, улыбаясь. Видимо, давно примирился с обывательской тупостью родителей, взирал на их выходки терпеливо, безропотно выслушивал нуднейшие мещанские нотации... Приятно было видеть человека добродушного и не склонного затевать откровенную войну отцов и детей...
Леонард отомкнул дверь, включил внутреннее освещение, посторонился, давая нам войти первыми.
Комната казалась довольно уютной гостиной, перенесенной сюда из богатого городского дома. Обставлена была явно при помощи семейного декоратора: бледная мебель, бледная обивка, бежевый ковер на полу... Но Лестер поспешил завалить роскошное убранство грудами книг и компьютерных распечаток.
По всем углам виднелись неведомые приспособления - собранные и разъятые на части. На стене висела большая цветная фотография умопомрачительно красивой девушки. Линды Ансон, следовало полагать. Подойдя поближе, я увидал: это журнальная вырезка, вставленная в резную раму.
Леонард направился к маленькому бледному бару, украшенному пузатой ретортой, подле коей высился длинный цилиндрический сосуд с делениями. Еcли ничего не путаю и не позабыл школьный курс химии напрочь, такие вместилища именуют мензурками Эрленмейера.
Заткнутая резиновой пробкой реторта содержала зеленоватую жидкость, приводившую на ум зловещие сцены из фантастических кинофильмов. Упаси Боже опрокинуть и разбить: вдохнешь пары - грохнешься; или вурдалаком сделаешься, или оборотнем; или вообще неведомо кем.
– Выпить не желаете?
– спросил хозяин дома. Я непроизвольно вздрогнул.
– Держу для гостей, - пояснил Лестер, - а сам предпочитаю колу и тоник. Между прочим, бутылки поставляет батюшка. Заявил, будто поить визитеров неумело выбранной в магазине дрянью не годится. И подарил мне дюжину шотландского, за чье качество ручается вполне. Хотите немножко?
– Хорошо, - сказала Дана Дельгадо, - спасибо. Но только совсем немного.
– А мне столько же, и еще полстолька, и еще четверть столько, - прибавил я.
– Наливайте сами, мистер Хелм, пока я принесу льда, - предложил Лестер. И, вернувшись с серебристым ведерком, осведомился: - Вы и впрямь работаете на правительство?
Я кивнул.
– Да, подчиняюсь Вашингтону.
– М-м-м...
– Леонард замялся
– Но тогда возникает неприятнейший карамболь. Судя по газетным сообщениям, я предполагал, что вы задались целью отомстить. Угодившая в больницу девушка была ведь женою вашего сына, правильно?
– Личная месть, безусловно, замешана в дело; по сути, меня и отрядили бороться с Карибским Освободительным Легионом как самого заклятого врага террористов. Кстати, примите благодарность болящей и скорбной девицы за отважную и решительную помощь.
Лестер чуток порозовел: то ли от удовольствия, то ли от смущения.
– Да как же иначе прикажете? Она, себя не жалеючи, ринулась выручать пострадавшего... И ни звука не проронила, хотя рана, должно быть, чертовски болела! Даже когда в машину переносили, зубы стиснула - и все. Я-то сам отнюдь не герой, мистер Хелм; я бы орал, как резаный. Но речь не об этом... Будучи федеральным агентом, вы просто обязаны уведомить начальство, если обнаружите что-то противозаконное. А у меня все помещения битком набиты самыми что ни на есть противозаконными штуковинами!
– Конечно, сперва следовало бы задать несколько вопросов... Но говорю сразу: не уведомлю.
– Понимаете... Там, у озерка... Убедившись, что вам разрешено ходить вооруженным, услыхав, как повелительно вы говорите с полицейскими... я оробел. Решил: не стану влипать в историю... Одно дело - связаться с частным лицом, снабдить его, или ее, всем, что нужно для мести убийцам. А если вы числитесь тайным сотрудником, вам и так выдадут все необходимое? И револьверы, и взрывчатку?
Я рассмеялся.
– Заблуждаетесь. Но как же решились подкатить ко мне после этого?
– Есть несколько электронных приспособлений, которые... Которыми вряд ли располагают даже ваши командиры. И я подумал... Счел нужным.
Остальное было понятно. Парень попросту не сможет спать спокойно, зная, что имел отличный шанс приложить руку к делу возмездия и не осмелился.
– А еще, - добавил Лестер, мгновенно убеждая меня, что не следует спешить с окончательными выводами, - решил: правительственному служащему не все дозволяется. Бывают положения, когда он располагает лишь ограниченными правами... Но я готов уничтожить кого угодно из KOJIa! Как частное, никому не подчиненное лицо!
При первой встрече глаза Лестера показались мне блеклыми и беспомощными, но сейчас они сверкали ясным голубым огнем.
– Вы, чего доброго, наживете неприятности, - заметил я.
– Не с нашим правительством, нет...
– Отвечайте: нужен вам пособник? Решительный, достаточно разумный и готовый... жертвовать собою?
– Так любил эту девушку?
– Да...
Я надолго умолк, размышляя. Лестер выглядел исключительно славным малым, хотя и не вполне уравновешенным. Впрочем, из таких сплошь и рядом получаются великолепные агенты-истребители. Но я весьма легко мог увлечь его на погибель... А! Начхать! Парень только что самолично отпустил мне возможный грех. А совесть не принадлежит к товарам, коими наша служба располагает в избытке. Мы не торгуем ею, но и угрызениями оной не мучаемся.