Солнце Мирлеи
Шрифт:
И Талий ему почти верил.
* * *
Коралину отвели в одиночную камеру, сухую и чистую. На прощание Риген даже не оскорбил, просто молча ушел, зубоскалясь и хлопая товарищей по плечам. Они все, как один, что-то твердили о том, что «босс будет довольна» и «Милета получит по заслугам». Никто ее не пытал, не избивал и не морил голодом, потому что через пару минут уложенный ею же на лопатки дукрут принес ей поднос с едой, все так же не обмолвившись с пленницей и парой едких слов. Все они на удивление стали милыми и тихими. Кору это пугало. К еде она не притронулась, рассудив, что пока не очень голодна, а пакетики с пайком выглядят безопасно и стерильно. Припрячет на случай,
Девушка старалась держаться позитива, поэтому оглядев комнату с пола до потолка, рассудила, что ей достался практически номер класса люкс. Какая щедрость. Осталось надеяться, что ее не сделают таким же эксклюзивным товаром и не продадут какому-нибудь богатому дукруту. Вот потеха будет, если это окажется Антон. Кора хохотнула с собственных мыслей, усевшись на подогреваемый пол. Нет, мама же сказала, что Антон сейчас шкерится по Милете в поисках нее. Если, конечно, Мартина не решила спровадить всех туристов от греха подальше. Ох, если она и бабушка узнают, что с ней стряслось… Коралина передернулась, стараясь не думать о том, что будет, если одновременно отобрать внучку у правительницы самого большого государства Милеты и тирры столичного округа. Кем бы не был босс Ригена — он конченный идиот. Или отчаянный храбрец.
Несмотря на все это, Коралина чувствовала себя на удивление хорошо и спокойно. Безумный голос внутри нее наконец-то заткнулся и больше не твердил о том, что Кора всем вредит. Рэйн и Талий сейчас в безопасности под защитой Алиты и Ольтерны, да и спасти измученного пленника было куда лучше, чем оставить его здесь. Что-то Коралине подсказывало, что Риген бы не оставил старшего Сэт-Ави в живых. А она нужна какой-то важной шишке, поэтому протянет еще пару часов, пока не придумает план побега. Сердце печально сжалось, когда Кора вспомнила изувеченное лицо Талия, изнемогая от желания прижать его с себе, убедиться, что все позади. Любовь грела ее сердце, и Коралина чувствовала себя сильнее всех.
Приближавшийся звук шагов вернул ее из мыслей, и Коралина вся напряглась, быстро построив в голове самую удобную серию приемов. Подсечка, поворот, бросок. И бежать. Бежать, куда глаза глядят. Она запомнила, где выход из ангара, Кора скроется в лесу, по выгоревшему следу добежит до космодрома. Кто знает, может ей удастся угнать кокой-нибудь дукрутский транспорт… Но все ее планы разбились в единый момент, когда в камеру вместо Ригена зашла Агнесс Кормак. Доктор биологических наук выглядела дико в своем идеально выглаженном белом халате, с этой строгой прической на голове и чистым лицом. Среди темных камер ей было нечего здесь делать.
Первой мыслью Коры было то, что ее тоже пленили бестолковые дукруты, но когда женщина растянула губы в хищной улыбке, Коралина вздрогнула, сложив два плюс два.
— Вы, — она выдохнула, попятившись к стене.
— Здравствуй, Цветочек, — Агнес раскинула руки в радушном жесте. — Как тебе путешествия между мирами? Не укачало, Коралина Деменова?
Как же давно ее так не называли. Слишком давно, чтобы забыть, как звучит настоящие имя. Но Кора не забыла. И сердце ее в страхе прижалось к горлу, мешая дышать. Оживший ночной кошмар стоял прямо перед ней, скалясь во все тридцать два зуба. Одна из самых почитаемых женщин Мирлеи, легенда и героиня, спасшая миллионы жизней, Агнесс Кормак надвигалась на Коралину стеной грозного пламени. Она украла у нее все, жизнь и тело, и сейчас грозиться отобрать и то, что Коре подарила Милета. Девушка плотнее сжала зубы, лопатками почувствовав стену, в которую уперлась.
— Молчишь? — Агнесс
— Я никого не предавала, — рявкнула Коралина, сжимая кулаки. Из-за нее Талий страдал, из-за нее похищают мужчин. А ведь Коралина считала, что самая распоследняя дрянь на этой планете, это Камила. Еще никогда она так сильно не ошибалась в людях.
— Как раз наоборот, — Агнесс слащаво улыбнулась. — Сбежала с Дукрута, чтобы променять его на красивую картинку идеальной Милеты, — последнее слово она едва ли не выплюнула.
— Ты отобрала у меня мою настоящую жизнь и мой дом. Дукрут — не моя родина, — напомнила Коралина.
— О нет, — Кормак терпеливо покачала головой. — Все миры — едины. И ты всего лишь поменялась местами с другой версией себя, Цветочек. Ты всех предала. Разве ты не узнала своих родителей? Они тоже отражение себя из твоего мира. Как ты смогла так просто бросить их и променять на… посторонних мужчин? — судя по тому, как Агнесс скривила губы, она удержалась от оскорбления в адрес Рэйна и Талия.
— Они моя семья, — почти автоматически отозвалась Кора, выдержав насмешливый взгляд.
— Вот как. А я ведь думала, мы похожи, — Кормак притворно разочаровалась, чуть отвернувшись. — Думала мы обе любим свою родную планету, — она сделала акцент на предпоследнем слове. — Думала, мы обе хотим мира и справедливости.
— Что из твоих действий предполагает мир и справедливость? — ядовито уточнила Коралина, мысленно согласившись, что с Агнесс справиться будет легче, чем с Ригеном. Это реальный шанс.
— Например то, что Милета в кои-то веки перестанет считать себя всесильной, — невозмутимо ответила Агнесс, скучающе оглядев пространство. — И будет воспринимать всерьез чужие проблемы.
— Чьи проблемы? Дукрута? — Коралине хотелось смеяться. Кормак с интересом посмотрела на нее. — Милета никому не обязана! А то, что Дукрут загнивает сам в себе — только его вина. И таких, как ты.
— Удивительно, как быстро ты позабыла, откуда родом. Идеальная система настолько сильно промыла твои мозги, Коралина? Я думала, ты сильнее. Милета зажралась, забылась, утонула в собственном могуществе. А я всего лишь хочу, чтобы и Дукрут, и Нюкта, и Ирнекан не знали бедности и разрухи. Разве это плохо?
— Исправлять ошибки своей планеты ценой свой — да, — рыкнула Кора, затравленно глядя в мудрые синие глаза женщины напротив. — Почему же ты тогда не пошла в Совет, если так сильно хотела изменить мир?
— О, дорогуша! Какая ты забавная, — Агнесс по-доброму рассмеялась. — Милета ненавидит, когда кто-то идет против ее традиций. Слышала о бедняжке Гим-До, который просто хотел запретить полиаморные браки? Просто хотел любви и верности? Его вышвырнули с должности сразу же. Эти дикари не готовы меняться во благо. Если бы я предложила наладить и расширить торговлю полезными ископаемыми, если бы узаконила охоту и вырубку лесов — я бы даже не успела это сделать, тебе ли не знать. Ты же видела, как ревностно они охраняют свои камни, зверей и цветочки, — в каждом ее слове сочился яд. — Но они не имеют права сидеть на богатствах Милеты, не делиться ими. Разве ты не понимаешь? Если бы Милета согласилась на это, дети Дукрута не знали бы нужды. Мы бы воспряли духом, восстали из пепла с ее помощью, — Агнесс загоралась с каждой сказанной фразой.