Совушка
Шрифт:
– Вэдимас, - она шёпотом позвала коракса, - у меня что-то на лице? Может, макияж размазался?
– Нет. Почему ты спрашиваешь?
– Тот мужчина… Он так смотрит…
Ворон весело усмехнулся.
– Птичка моя, ты красивая. В тебе есть особая прелесть. Помнишь, как писал Вартак? «Всю яркость спелых летних дней не променяю я на утра прелесть…» – мужчина посмотрел на оборотницу.
– Твоя красота не броская, но манкая. Не каждый обратит внимание, но если заметит, то уже не забудет.
Сидни польщённо заулыбалась и украдкой взглянула на незнакомого
Мужской интерес был приятен. И Сидни надеялась, что незнакомец сделает следующий шаг. Но вдруг услышала с той стороны смех, она подняла глаза и увидела рядом с кораксом кудрявую девушку. Та что-то весело щебетала, жестикулировала, привлекая внимание окружающих и молодого, свободного самца прежде всего. А потом что-то спросила у него. Оборотень ответил. Девица ахнула, прижимая руку к груди, и мужской взгляд ожидаемо устремился следом. Наверное, увиденное впечатлило, потому что авилак повернулся к новой знакомой, и через несколько минут они увлечённо болтали, не замечая никого вокруг. Сидни расстроилась, но вида не показала. Допила свой сок и повернулась к старому кораксу.
– Давайте вернёмся в зал.
Вэдимас хмыкнул, но послушался. До конца антракта Сидни сидела поникшая, явно переживая случившееся. А потом начался второй акт, и он неожиданно увлёк девушку. В какой-то момент она и вовсе с головой погрузилась в судьбы героев, а опомнилась, когда зал взорвался аплодисментами.
– Вы специально, да? – спросила сова у Вэдимаса, когда они вышли на улицу.
– Что?
– Тереза? Сестра главного героя… Она такая, как я.
Коракс пожал плечами.
– Нет, не специально. Мне просто нравится игра этой труппы… Хм-м-м, говоришь, Тереза похожа на тебя?
Сидни кивнула.
– Мне так показалось. Она тоже тихая и скромная.
– «Тихая и скромная», - передразнил старый ворон. – Нашла чем гордиться!
И девушка не выдержала.
– Разве скромность – это недостаток?
– А что в ней хорошего? Что она тебе дала? Счастье в личной жизни? Прибавку к зарплате? Новое звание?
Сидни поджала губы:
– При чём тут это?
– При том! Старайся хоть что-то сделать сама! А не сиди на попе, СКРОМНО сложив ручки на коленях!
Сова растерялась, а ворон уверенно продолжал:
– Ты не там скромная, где нужно! Вспомни мужчину в буфете. Он же заинтересовался тобой. А ты глазки в пол потупила. И что в итоге? Коракс переключился на ту хохотушку.
Оборотница начала злиться:
– Мне похохотать надо было? Моим басом?
– У тебя нормальный для совы голос. Не хуже моего карканья. Однако меня слушают!..
– отрезал старик и, успокоившись, сказал: - Сидни, я тебя на сцену не гоню. Но отстаивать себя нужно всегда. Хоть басом, хоть шёпотом!..
Они шли по городу, наслаждаясь прохладным вечером. Вернее, наслаждался ворон. У Сидни голова пухла от мыслей.
– Я не понимаю, Вэдимас. Всё, что вы говорите, так
– Тебя учили жить в мире со всеми. Понимать, уступать, помогать, чтобы другим было хорошо с тобой. Правда?
– Да.
– Другим-то хорошо, а тебе?..
– ворон посмотрел на неё. – Сидни, будь нужной, но не удобной!
Часть 2 Глава 6
Как и предполагала Сидни, просмотренный спектакль потом был разобран по косточкам: Вэдимас спросил всё, даже про её ощущения в театре. Что-то покритиковал, за что-то похвалил и в конце посоветовал не забрасывать такие походы.
Их странная дружба крепла. Авилаки по-прежнему много разговаривали, но теперь чаще летали в город.
– …Разве так готовят стейки?
– возмущался как-то раз в столовой коракс, пока Сидни мужественно пыталась прожевать пересушенное мясо. – Где Ритис нашёл эту повариху?
– В том-то и дело, что не нашёл ещё, - сказала сова. – И пока готовят солдаты по очереди.
Именно после этого неудачного ужина оборотни и стали летать в маленький ресторан на окраине Мренго-са. Назывался он смешно - «Ворона в гнезде», но готовили там очень вкусно. Сидни нравились приятные цвета в интерьере, тяжёлая деревянная мебель с маленькими подушечками и уютные шторки на окнах. А лампы со старинными абажурами добавляли особое очарование этому месту. Зимой авилаки просиживали тут по несколько часов. (Много лет спустя девушка поняла, что походы в «Ворону» были и её уроками по столовому этикету.)
Если позволяла погода, оборотни с удовольствием гуляли по городу. И порой это приводило к неожиданному результату.
– Смотри, Сидни!
Сова послушно поворачивалась и читала объявление.
– «Танцевальная студия объявляет новый набор...»
– Запишись! – говорил ворон.
– Зачем?
– Затем!
И она записалась. А в другой раз Вэдимас бросил на колени оборотницы рекламный буклетик.
– Что это? – Сидни с интересом разглядывала обложку.
– Риманте Каро набирает группу на «Готовим вкусно!»
– Зачем мне это? Я в столовой питаюсь.
– Сходи! – настаивал коракс.
Сидни закатывала глаза:
– Тогда и вы со мной!
– Хорошо! – на удивление легко соглашался мужчина.
А ещё через пару месяцев следовало новое приглашение.
– Стрип-пластика? – девушка вытаращилась на оборотня.
– Тоже со мной пойдёте?
– Хм-м-м, - насупился тот.
– Меня не пустят… А жаль!
И сова засмеялась, ластясь о плечо старого ворона. В каком-то смысле он заменил ей друзей и родителей. Оборотница была благодарна Вэдимасу, потому что он незаметно вытащил её из депрессии, затянувшейся после всеобщей травли. Вэдимас Рукша открыл ей столько граней окружающего мира, что Сидни порой диву давалась! Она была занята постоянно! Помимо службы ходила то на какие-то занятия, то на выставки, то на встречи с прилетающими знаменитостями. У девушки появились новые знакомые. Они не стали близкими друзьями, как Вэдимас. Но собраться и посидеть вечерком в каком-нибудь баре сову приглашали и девочки с курсов по готовке, и партнёры из танцевальной студии.