Спец экстра-класса
Шрифт:
Снайпер перенес прицел левее на второго охранника, тот медленно двигался поверху кирпичной стены, усиленно борясь с зевотой. В этот момент его и догнала смерть, ткнув в затылок свинцовой пулей.
– Лис работу закончил, – поднеся микрофон ко рту, произнес снайпер и тут же услышал:
– Сергунек работу закончил.
Пробил час для штурмовой группы. С разных сторон к ограде усадьбы двинулись бойцы «Вымпела» и прикрывающие их оперативники.
Штурмовая группа была разделена на три пары. К каждому «вымпеловцу» был прикреплен оперативник. Диверсанты были облачены в тяжелые бронежилеты, кевларовые шлемы
По общей команде штурмовики двинулись к ограждению.
Олег Донцов едва поспевал за Христофоровым. Где-то в темноте к вилле приближались Фантомас со Шнифтом и Макнамара с Лялькиным. Особняк был разбит на зоны действия пар, каждой предстояло зачистить свой сектор.
Достигнув кирпичной стены, Олег повесил автомат на плечо, затем, сложив ладони в «замок», подставил их под ступню Владимира, помогая тому взобраться на гребень ограды. Легко взлетев на ограду, полковник профессионально огляделся по сторонам в поисках опасности, потом протянул руку майору. Перемахнув через ограду, они бегом направились к особняку, огибая его с правой стороны, там, где был вход в подвал. Достигнув лестницы, спрятанной под металлическим козырьком, Христофоров вытащил из подсумка набор отмычек и начал спускаться вниз. Донцов, прикрывая действия напарника, встал на одно колено, упер в плечо откидной приклад «узи» и замер в ожидании.
Неожиданно во дворе приглушенно защелкали выстрелы, с грохотом посыпались оконные стекла. Кто-то истошно закричал, из особняка высыпали полураздетые, но вооруженные люди. В следующую секунду во дворе громко с ослепительной вспышкой взорвалась «заря».
Никем не замеченный Магомед Хусейнов спустился на первый этаж, а затем направился в подвал, где должен был медленно умирать русский пленник.
В подвале было светло, как днем, от десятка люминесцентных ламп, установленных под потолком.
Переводчик прошел по узкому коридору между стальными перегородками складских помещений. В дальнем углу подвала была вмурована толстая стальная арматура, сваренная крест-накрест. К поперечине был привязан за запястья мужчина. Силы давно покинули его, и мужчина стоял на коленях, высоко задрав руки и уронив голову на грудь. Под самым потолком висел пластмассовый бак, из его тонкого отверстия капала вода. Тяжелые капли, подобно булыжникам, обрушивались с большой высоты на темя пленника. Разбившись о его голову, влага стекала по распухшему от побоев лицу вниз. За время пытки у ног Федорова растеклась внушительная лужа с кровяными разводами.
Подойдя к пленнику, Магомед остановился в нерешительности, не зная, с чего начать.
– Любуешься? – неожиданно раздался за спиной знакомый голос.
Рыжебородый Ахмат решил проверить, как часовые несут службу. Но сперва собрался проведать пленника.
– Жаль, что Бабай не разрешил ему голову отрезать, – не без сожаления произнес новый эмир, потом, оскалившись, подмигнул переводчику. – Впрочем, это даже интересней, завтра мы повеселимся,
Закончить свою мысль Рыжебородый не успел, в проеме появились двое неизвестных в камуфляже и с автоматами на изготовку. Ахмат, прервавшись на полуслове, рванул из висевшей на поясе кобуры «стечкин», но переводчик оказался быстрее. Рука араба еще вытаскивала длинноствольный «АПС», когда кургузый «Макаров» Магомеда уперся ему в грудь. Громкий выстрел «ПМ» и едва слышные автоматные очереди одновременно отшвырнули Рыжебородого к противоположной стене, он умер мгновенно, так и не сообразив, что же произошло.
Выстрелив, переводчик тут же бросил оружие и, подняв руки, затараторил на русском языке:
– Не стреляйте, я свой. Я агент майора Камаева.
Появившиеся в подвале спецназовцы внимательно смотрели на него через прорези прицелов своих автоматов. Донцов кинулся вперед и ударом ноги отшвырнул брошенное оружие. Повесив автомат на плечо, выдернул из ножен, висевших на бронежилете, десантный нож. Короткое лезвие с мелкой пилообразной заточкой блеснуло в свете электрической лампочки. Хорошо отточенная сталь легко резала путы на руках Николая Федорова.
– Это действительно так, – вперед вышел Христофоров, опуская оружие. – Особый отдел военной группировки в Чечне предупредил управление о вашем звонке. – Потом, глядя на переводчика, добавил: – С того самого звонка и началась наша операция.
В разговор вмешался треск автоматных очередей, бой переместился в особняк.
Встреча оказалась неожиданной больше для араба. Виктор первым отреагировал и ухватил противника за горло левой рукой. По всем канонам рукопашного боя и спецподготовки с холодным оружием, его следовало сейчас ударить ножом под сердце, быстро и бесшумно. Но кинжал был в ножнах, прикрепленных к запястью левой руки, и пока он его вытащит, будут упущены драгоценные мгновения. Савченко, ни секунды не раздумывая, правой рукой. развернул автомат, вжимая торец глушителя в грудь араба, и надавил на спуск.
Очередь в упор сбила боевика, он кулем повалился под ноги Виктора, орошая его камуфлированные ботинки горячей липкой кровью. Отпустив убитого, разведчик левую руку перебросил на цевье «хеклер коха», одновременно вскидывая оружие в направлении стоящего в дверном проеме боевика. Тот неистово закричал, бросаясь внутрь особняка.
Длинная автоматная очередь оставила на полированной двери несколько круглых отверстий, крик оборвался так же неожиданно, как и начался. Но было уже поздно, сигнал тревоги прозвучал.
– Черт, – выругался Савченко, бросаясь к высокой каменной ограде, окружающей палисадник в центре двора.
Во всем доме, как по мановению волшебной паломки, вспыхнули окна, двор, и без того освещенный яркими фонарями, теперь был просто залит светом.
Из дверей с гортанными криками выбежали пятеро боевиков, полуголые, босиком, но все были вооружены автоматическим оружием.
Настоящий воин, профессионал, не будет палить во все стороны, не видя противника. Арабские наемники были хорошими бойцами, они не зря получали свои доллары. Выбежав во двор, боевики остановились полукругом, держа перед собой оружие, готовые в любой момент пустить его в ход.