Спец экстра-класса
Шрифт:
– Вытаскивайте барбекю.
Из салона вездехода вывалились три невзрачных субъекта, одетых весьма неряшливо. Это была «личная гвардия» Хлюста, исконные жители тюрем и зон, стопроцентные отморозки.
Выбравшись наружу, они не спеша размяли суставы и только после этого вытащили наружу связанного по рукам и ногам Шаха.
Выкрасть авторитета прямо из-под носа личной охраны Хлюст считал своей самой лучшей задумкой. Еще бы, матерого спекулянта и кидалу обвести вокруг пальца, как обычного лоха.
Приехав в офис к Шаху, Вениамин изобразил на своем
– Что делать? – взвизгнул Фарид Шарипов. Бывший фарцовщик, занявший место на одной из вершин воровской иерархии, не был готов к тому, чтобы драться за свое место, за свою жизнь.
– Выход один, – сказал Хлюст. – Нужно по-тихому отсюда слинять и, как говорится, «залечь на матрасы». Потом определиться с тактикой действий, возможно, мы сами «закажем» законников – и тогда еще посмотрим, кто кого. Главное, выбраться отсюда незаметно.
Фарид от страха ничего не соображал и полностью доверился своему помощнику. Они никем не замеченные вышли из магазина «Ритуальные аксессуары» через подвал, которым давно никто не пользовался.
Проходными дворами они перешли на соседнюю улицу, где Хлюста ждал «Чероки» с тремя его отмороженными гвардейцами. Прямо там же Шаха оглушили, связали и бросили кулем под ноги.
Теперь он стоял посреди поляны связанный, испуганный, потерявший весь недавний лоск. Несмотря на жару, грузное тело Фарида била мелкая дрожь, на губах пузырилась слюна.
– Ты что, ты что это задумал? – бормотал он, глядя с нескрываемым испугом на своего недавнего помощника.
– Я же сказал, тебя приговорили паханы, не чета тебе, настоящие воровские. Нечего было якшаться с «шерстяными», порушил воровские традиции и законы. Так что, будь добр, отвечай, – с усмешкой произнес Хлюст, с интересом наблюдая, как его гвардейцы извлекают из багажника вездехода канистры с бензином.
– Чего ты хочешь? – Шарипов перешел на шепот, наивно надеясь, что он еще сможет заключить сделку. – Деньги? У меня есть, много… или, может, ты хочешь взять мой бизнес? Бери все, мне ничего не надо.
– Я и так все возьму, – криво оскалился Вениамин Сырцов, по-блатному сплюнув сквозь зубы. – А ты должен искупить свою вину, и с этим ничего не поделаешь. Давай, братва, поливай.
Трое уголовников с громким смехом стали поливать Шарипова. Тот, предвидя свой ужасный конец, с воем катался по земле и молил о пощаде.
– Черт, забыл. – Хлюст хлопнул себя по лбу. – А ну, кончай.
Отмороженные удивленно уставились на своего пахана, но лить бензин перестали. Фарид, валяющийся в бензиновой луже, поднял перепачканное грязью лицо и с надеждой посмотрел на Хлюста. Бывший по-мошник авторитета не проявил великодушия. Подойдя к джипу, он извлек из-под резинового коврика в багажнике длинное мачете с широким лезвием.
Резко обернувшись, в два прыжка он достиг места, где лежал Фарид, и, по-кавалерийски высоко
Тело еще дергалось в предсмертных конвульсиях, когда один из отморозков бросил на него зажженную спичку. С громким хлопком вспыхнул бензин, в одно мгновение поглотив тело убитого, с треском загорелись вещи. Через несколько секунд в воздухе повис запах горелого мяса.
Подняв отрубленную голову за волосы, Вениамин недовольно поморщился:
– Черт, воняет бензином, как голова начальника заправки.
Гвардейцы сдержанно хихикнули на шутку своего патрона. Передав ближайшему страшный трофей, Хлюст распорядился:
– Упакуй ненадежнее, чтобы не воняло в салоне. А мне еще позвонить надо.
Отойдя в сторону, Сырцов извлек из кармана трубку сотового телефона и, нажав кнопку памяти, отыскал номер Креста. Когда на другом конце ответили, произнес:
– Это я. Все сделано в лучшем виде. Доказательство? Конечно, есть, при мне. Тогда до встречи.
Закончив разговор, Хлюст отключил телефон, потом повернулся к своим подельникам. Те развлекались тем, что подливали бензин в огонь, помогая пламени кремировать обезглавленное тело.
– Кончайте, – приказал новый пахан. – Сам догорит, а что не догорит, сгниет. Места здесь глухие, вряд ли до следующего года кто появится.
Обмыв бензином мачете, вернул его на место, туда же легли опустошенные канистры. Захлопнув крышку багажника, отморозки сели в джип, который, взревев мощным двигателем, круто развернулся и двинулся в обратном направлении.
После положенных в подпольной жизни для незнакомых людей пароля и отзыва Бабай наконец смог увидеть того, кто готовил операцию, задуманную Великим Беном.
Невысокий смуглолицый мужчина, опрятно одетый, в свои сорок лет выглядел значительно моложе. В прошлом пакистанский студент из богатой семьи, в конце учебы он настолько проникся идеями «Талибана» и ваххабизма, что готов был умереть за мировую исламскую революцию. Но умереть или хотя бы воевать ему не пришлось, судьба готовила другое испытание. После захвата Кабула и большей части Афганистана союзник талибов Бен аль Бен, выбрав сотню наиболее образованных боевиков, разослал их по миру обживаться и налаживать контакты.
Бывшему студенту выпал Черноморск. Выправив себе подлинные документы, он прилетел в город на побережье моря. Несколько лет учился в институте пищевых технологий, где основной упор делал на изучение русского языка. Научившись прилично разговаривать, бросил институт, имеющиеся в наличии деньги запустил в бизнес, начав постепенно обрастать связями в деловых и чиновничьих кругах города. Каждый день он регулярно исполнял намаз, читал суры из Корана, мечтая о смерти во имя Аллаха.
Когда Великий Бен нанес удар по заокеанскому гнезду мирового империализма, студент предложил нанести не менее сокрушительный удар по второму заклятому врагу исламского мира – Израилю. Идея